Версия для печати

Россия. Военная история

Великий воздушный перелом. Битва над Кубанью

17 апреля началось первое в ходе Великой Отечественной войны крупное сражение в воздухе между советскими ВВС и германскими Люфтваффе

Воздушная битва на Кубани, началом которой традиционно считается 17 апреля 1943 года, стала одним из крупнейших авиационных сражений Великой Отечественной войны. С обеих сторон в ней участвовало почти 2000 самолетов — истребителей, ближних и дальних бомбардировщиков и штурмовиков. Кубанская битва в воздухе, начавшаяся с привычного для Красной Армии преимущества немецких авиаторов, завершилась безоговорочной победой советских летчиков. Именно здесь, на Кубани, во весь голос заявили о себе такие красные асы, как Александр Покрышкин, братья Борис и Дмитрий Глинка, Султан Амет-Хан и другие. В общей сложности 52 летчика советских ВВС, участвовавшие в воздушном сражении на Кубани, стали Героями Советского Союза, и сотни были награждены орденами и медалями.

Первое авиационное наступление

Весна 1943 года стала, пожалуй, первым периодом в ходе Великой Отечественной войны, когда командование советскими вооруженными силами стало рассматривать авиацию как один из важнейших инструментов «взлома» немецкой обороны. Повод для этого дали успехи наших летчиков в ходе Сталинградской битвы, когда добытое в боях преимущество в воздухе обеспечило быстрое продвижение наземных войск и снижение потерь. Поэтому, планируя весеннее наступление Северо-Кавказского фронта на Кубани и Северном Кавказе, руководство Ставки Верховного главнокомандования приняло решение прежде всего обеспечить воздушное превосходство, которое позволило бы добиться успеха на земле при штурме так называемой «Голубой линии». Такое имя носила система немецкой обороны на Кубани, протянувшаяся от побережья Азовского моря до предгорий Северного Кавказа. Именно она закрывала путь советским войскам к Крыму и азовскому побережью и дальше, в сторону северного Причерноморья.

Получив такие задачи, командование советской авиации впервые в ходе Великой Отечественной войны взялось за разработку не просто плана поддержки наземных войск, а настоящего авиационного наступления. В нем были учтены все возможности летчиков — и бомбардировщиков, и штурмовиков, и истребителей. Каждый отряд получил собственные задачи. Причем позднее, уже в ходе битвы на Кубани, эти задачи стали меняться: так, например, истребительная авиация, традиционно считавшаяся прежде всего средством прикрытия собственных бомбардировщиков и штурмовиков, превратилась в наступательные силы, целью которых стали вражеские бомбардировщики.

От Мысхако до Крымской

Воздушную битву над Кубанью можно условно разделить на три этапа, каждый из которых соответствовал тому или иному этапу наступления на земле. Первый этап начался неожиданно для советского командования, когда немцы, от которых ждали сугубо оборонительной тактики, внезапно перешли в наступление, стремясь уничтожить захваченный нашими морскими пехотинцами 4 февраля 1943 года плацдарм на мысе Мысхако — знаменитую Малую землю. Используя традиционную тактику, немцы начали атаку с массированного налета на защитников Малой земли, и, надо признать, этот удар советская воздушная разведка предупредить не смогла. В итоге в первые дни воздушного сражения на Кубани перевес был на стороне немецких летчиков, которые имели аэродромы, расположенные ближе к линии фронта, что позволяло им выполнять по несколько вылетов в сутки. Однако вскоре ближе к месту боев подтянулась и советская авиация, усиленная приданными резервными частями, и 20 апреля наступил перелом: наши летчики сумели завоевать превосходство в воздухе. В итоге всего за неделю потери немцев составили 152 самолета, советские ВВС потеряли несколько меньше, но самое главное, без поддержки с воздуха наступление германской армии на земле захлебнулось: глубина продвижения составила не более одного километра!

После недельной передышки, 28 апреля немецкая авиация нанесла новый массированный удар по советским войскам, готовившимся к наступлению на станицу Крымскую — крупный транспортный узел на Кубани. На этот раз переломить ситуацию советским летчикам удалось всего за сутки: сказался опыт, полученный на первом этапе сражения. Надо заметить, что по инициативе командования ВВС Северо-Кавказского фронта генерал-лейтенант Константин Вершинин и координировавший действия всей авиации на Кубани главком ВВС маршал авиации Александр Новиков быстро наладили обмен накапливавшимся опытом, и найденные кем-то тактические приемы быстро перенимались остальными летчиками. В результате уже к 30 апреля активность немецкой авиации снизилась вдвое, зато настолько же возросла активность советской. Сыграли в этом роль и регулярные налеты советских бомбардировщиков и штурмовиков на немецкие аэродромы: теперь близость к фронту играла против них. И в итоге к 10 мая, когда завершился второй этап воздушной битвы, советская авиация по численности в полтора раза превосходила немецкую. 

Над «Голубой линией»

Пока наземные войска готовились к штурму собственно «Голубой линии», намеченному на конец мая, авиаторы проводили пополнение и переформирование, а также готовились к авиационной подготовке, которая должна была предшествовать началу наступления. Она стартовала утром 26 мая, когда под прикрытием дымовой завесы почти две сотни бомбардировщиков и штурмовиков нанесли удар по обороне немцев. Попытки немецких истребителей помешать этому были малоэффективны: советские летчики уже научились связывать их боем, а бомбардировщики и штурмовики — самостоятельно отбиваться от тех немногих атакующих самолетов, которые все-таки прорывались к ним. Поэтому, когда немцы начали наносить массированные бомбардировочные удары по нашим наступающим войскам, советским ВВС удалось быстро выделить необходимое число самолетов для борьбы с ними. Кроме того, поскольку немецкое командование уже начало переброску к Курской дуге своих лучших истребительных соединений, наши летчики смогли нанести несколько массированных ударов по аэродромам врага, существенно сократив число его бомбардировщиков.

Наземная часть весеннего наступления завершилась к началу июля, так и не достигнув поставленных целей. Несмотря на то, что советские войска сумели прорвать два первых оборонительных рубежа «Голубой линии», разорвать ее полностью и выйти на оперативный простор им не удалось. Они смогли сделать это лишь в октябре 1943 года, когда началась Новороссийско-Таманская операция, ставшая последним этапом битвы за Кавказ. А вот успехи советских ВВС были гораздо более впечатляющими. Им не только удалось завоевать и удержать господство в воздухе над Кубанью, но и существенно сократить численность немецких самолетов, а главное, летчиков. К лету 1943 года в боевых порядках Люфтваффе стало гораздо меньше опытных пилотов, чем было в начале Великой Отечественной войны, а советские ВВС, напротив, стали пополняться опытными пилотами, которые к тому же получали в свое распоряжение новую технику, способную на равных противостоять немецкой.

По сравнению с первыми месяцами войны, когда советские самолеты во многом уступали вражеским, в том числе по маневренности и вооружению, воздушное сражение над Кубанью стало временем паритета в технике. Новые отечественные истребители Як-1Б и Як-7, а также Ла-5, могли сражаться с немецкими «Мессершмиттами» и «Фокке-Вульфами» на равных, а при условии, что за их штурвалами сидели опытные пилоты — то и с явным преимуществом.

«Этажерки» и «Аэрокобры»

Но главный перелом произошел в авиационной тактике, в которой оборонительный настрой сменился наступательным. К концу воздушной битвы на Кубани советские летчики смогли перенять у немцев тактику «свободной охоты»: если в начале войны нам банально не хватало самолетов и подготовленных пилотов, то теперь и того, и другого было в достатке. Появилась даже возможность выделять наиболее боеспособную и надежную технику, в первую очередь американские истребители «Аэрокобра» Р-39, в распоряжение самых опытных летчиков, которые могли полностью использовать их возможности для победы над врагом. Кроме того, переняли советские летчики и тактику групповых бомбардировочных налетов, и размещение авиакорректировщиков на передовой, которые позволяли не распылять силы, а направлять их именно в те места, где они были нужнее всего.

Наконец, именно в ходе битвы над Кубанью в арсенале советских истребителей появились такие тактические новинки, как знаменитая «кубанская этажерка», придуманная и опробованная летчиками под руководством Александра Покрышкина. Она представляла собой такой строй истребителей, при котором вслед за первой парой с превышением в сотни метров и немного позади шла вторая, над и позади нее — третья, а могли быть и четвертая, и пятая. Такой строй обеспечивал возможность быстро нарастить силы в случае встречи с врагом и иметь возможность нанести удар сверху, с наиболее выгодной позиции.

Результаты ожесточенных воздушных боев, гремевших над Кубанью с 17 апреля по 7 июля, до сих пор достоверно неизвестны. Традиционно считается, что советская авиация сбила 1100 самолетов противника, потеряв всего 750 своих, немецкие источники говорят о 1000 сбитых в воздухе наших самолетов, но и те, и другие цифры превышают общее число самолетов, которыми противники располагали на этом участке фронта. Однако смело можно говорить о том, что в результате первого крупнейшего воздушного сражения в ходе Великой Отечественной войны нашим ВВС удалось полностью завоевать господство в воздухе на южном фасе советско-германского фронта. А чуть позже за счет уроков и опыта, накопленного на Кубани, такого же перевеса наша авиация добилась на всех остальных участках, что и стало одним из залогов Победы.

Смотрите также

Первые герои Великой Отечественной войны

Борис Сафонов – прирожденный ас ВВС Северного флота

«Чатос» и «москас» – русские защитники испанского неба

Истребители-призраки: семь фактов о советских летчиках, воевавших в Корее

Как Советский Союз вернул себе «длинную руку»

Пожалуйста, оцените материал:
Просмотры: 59
0 Комментариев