Русская Революция и Гражданская война: как они остались без научного подхода
Валентин Жаронкин. О праве гордиться Революцией… Сегодня мы приступаем к исследованию группы самых трудных из всех «трудных вопросов» историко-культурного стандарта. Начинаем с вопроса №9, сформулированного так: «Причины, последствия и оценка падения монархии в России, революции 1917 года, прихода к власти большевиков и их победы в Гражданской войне». Обычно наше исследование опирается на научно сертифицированное толкование конкретного вопроса в современной историографии и здравый смысл учителя и преподавателя с более чем 20-летним стажем. Но на этот раз мы вступаем в череду исключений из нашего обычая. Почему? *** Создатели списка «трудных вопросов» оставили за скобками практически всю историю России XVIII-XIX веков (хотя простыми...
На чтение: 3 минуты
![Ираклий Моисеевич Тоидзе - "Призыв вождя". 1947 г.](/images/articles/02/cEFEIcS4ReF9DhKHqs8Cja5Oqxe0a3ZJPuX1F5bs.jpg)
Валентин Жаронкин. О праве гордиться Революцией …
Сегодня мы приступаем к исследованию группы самых трудных из всех «трудных вопросов» историко-культурного стандарта. Начинаем с вопроса №9, сформулированного так: «Причины, последствия и оценка падения монархии в России, революции 1917 года, прихода к власти большевиков и их победы в Гражданской войне».
Обычно наше исследование опирается на научно сертифицированное толкование конкретного вопроса в современной историографии и здравый смысл учителя и преподавателя с более чем 20-летним стажем. Но на этот раз мы вступаем в череду исключений из нашего обычая. Почему?
***
Создатели списка «трудных вопросов» оставили за скобками практически всю историю России XVIII-XIX веков (хотя простыми очень многие проблемы, относящиеся к императорскому периоду, назвать сложно). Оставшиеся 11 «трудных вопросов» из 20 посвящены советскому и постсоветскому прошлому. И в вопросе №9, и в следующих за ним в одну проблему постарались вместить темы колоссального объёма, по каждой из которых имеются сотни научных книг, тысячи статей и десятки версий.
Собственно в ИКС эта сложнейшая проблематика оказалась помещена в раздел V «Россия в годы «Великих потрясений». 1914-1921 гг.» . Акценты там расставлены в духе некоего исторического импрессионизма – то есть максимально размыты. О том, что послужило замыслом для стандарта в целом ( формирование системного взгляда, понятного единого образа истории ) здесь речи, к сожалению, не идёт.
Небольшой вводный текст к разделу отличается невнятной и непонятной обтекаемостью: он состоит из множества банальных или пафосных слов («системный кризис», «предъявлен счёт», «глубокий раскол общества», «пожар мировой революции») не связанных в какое-либо рассуждение. В ход идёт окрашенная в умеренно-мрачные тона публицистика: «Результатом периода войн и революций стало разорение страны, её распад по региональным и национальным «квартирам». .. » За общими печальными фразами («Ставшая национальной трагедией Гражданская война явилась следствием глубокого раскола российского общества. Катастрофическими для России оказались людские потери…» ) не видно ни малейшего стремления вписать процессы 1914-1921 годов в контекст единства и преемственности отечественной истории.
А дальше следует простое и притом избирательное перечисление фактов из истории Первой мировой и Гражданской войн, революции и действий Советской власти.
***
В изложении ИКС отсутствует главное – не задан вектор понимания сложнейших проблем отечественной истории. Причём не просто сложнейшей проблемы – а именно того самого события, которое определило развитие России (и в какой-то мере всего остального мира) на весь ХХ век и по сей день. Мы даже осмелимся предположить, что без понимания этого события школьный курс истории вообще бесполезен.
Почему так вышло? Почему доселе стройная и логичная концепция единого стандарта именно в этом месте вдруг даёт сбой?
Думается, именно по причине действительной важности обсуждаемого «трудного вопроса», его идеологической злободневности – и, следовательно, множественности политических суждений и трактовок. В этой обстановке научное сообщество не дождалось от власти «единственно верной трактовки». И не рискует предложить свою.
Таким образом, «трудный вопрос №9» остаётся без внятно выраженного научно сертифицированного подхода. А вслед за ним, строго говоря, – и оставшиеся десять. Ведь и эпоха советской модернизации, и социальная и национальная политика ХХ века, и Великая Отечественная война, и распад Советского Союза, – всё это упирается в ту самую точку русской истории, которую ИКС по факту осторожно обходит сторонкой.
В итоге и учитель, внимательно прочитавший ИКС, и ученик, перед которым возникнет трудный вопрос № 9, обречены подобно утопающим выплывать сами по себе, хватаясь по своему выбору за публицистические, пропагандистские или вовсе экзотические трактовки. Благо, выбор богатый – только ни научный подход, ни единство истории в этом выборе практически не представлены.
***
В преддверии 100-летия Русской Революции авторский коллектив портала «История.РФ» пытается нащупать, как нам представляется, взвешенный подход к пониманию этого события – исторически достоверный и пригодный к осмыслению и пониманию как самой революции, так и логики преемственного развития страны и общества.
Мы не ограничиваемся перечислением и даже подробным описанием фактов и действующих лиц – мы рассматриваем их в русле закономерностей тысячелетнего течения отечественной истории, в контексте конкретных обстоятельств данного периода.
Мы видим в Русской Революции не только трагическое потрясение, но и реакцию общественного организма на объективно стоящие перед страной вызовы и задачи. А поскольку эти вызовы и задачи стоят перед любой страной, включая Россию, ежедневно, в том числе и сегодня, то мы видим в Русской Революции ещё и актуальный урок – и для ответственной государственной политики, и для гражданской ответственности современного общества.
Мы не пытаемся подогнать ни историю Революции, ни тем более, всю русскую историю под общий знаменатель абстрактных теорий или объективных, но частных факторов – даже если эти теории (как марксистская или либеральная) заслуживают уважения и изучения, а эти факторы (как «классовая борьба» или становление новых хозяйственных и социальных укладов) действительно существенны в конкретные моменты и в конкретных обстоятельствах.
Однако в преемственности отечественной истории от Рюрика до наших дней мы опираемся в числе прочих на очевидную константу – суверенную государственность со всеми её признаками и производными. Именно эту линейку мы прикладываем и к бурной революционной эпохе. Именно эта линейка позволяет нам избегать спекулятивного «осуждения» или «превознесения» конкретных событий русской истории и их действующих лиц, а видеть в них проявления – пусть даже и трагические – исторической логики.
И в итоге мы увидим, как период 1917-1922 годов, вместивший в себя революционные перемены, и длительную Гражданскую войну, ознаменовался принципиальными изменениями государственного устройства, но не привёл к ликвидации российской суверенной государственности – а совсем даже и наоборот, как показала последующая история ХХ века.
***
Мы не можем претендовать на «единственноверность» своих суждений. Однако убеждены в продуктивности своего подхода и в том, что он может быть использован в совершенствовании рассматриваемого сегодня рназдела историко-культурного спрандарта.
Литература
Ганин А.В. «Помнят псы-атаманы, помнят польские паны…» Почему побеждала Красная Армия // Родина. 2011. № 2.
Отречение Николая II. Воспоминания очевидцев, документы. М., 1990.
Февральская революция 1917 года. Сборник документов и материалов. М., 1996.
Шубин А.В. Великая российская революция: от Февраля к Октябрю 1917 года. М., 2014.
Шубин А.В. Начало широкомасштабной гражданской войны. Лекция.
Шубин А.В. Гражданская война в конце 1918 – 1920 годах. Лекция.
Читайте также:
Владимир Мединский. Мифы о революции и Гражданской войне
Андрей Сорокин. Переслушайте музыку революции. Об уроках истории вместо спекуляций
***
Иван Зацарин. Ошибка на миллион трупов. К 13-летию признания директора ЦРУ в «иракском вранье»
Борис Юлин, Дмитрий Пучков. Русско-японская война: прелюдия к невозможному
Иван Зацарин. Там начали защищать Москву. К 75-летию обороны Киева
Олег Кропотов. Русская регулярная армия перед Петром: драгуны и солдаты из крестьян
Иван Зацарин. Кто нам построил Советский Союз. К 82-летию НКВД
Дмитрий Михайличенко. Марийцы. Часть 2: тайные тропы к России
Игорь Пыхалов, Дмитрий Пучков. «Великая оболганная война»: после Пакта, но не вследствие Пакта
Иван Зацарин. Подзабытое немецкое чудо. К 64-летию восточногерманского социализма
Вадим Эрлихман. Дмитрий Милютин: военный реформатор XIX века, соавтор армии-победительницы ХХ века
Полина Яковлева. Раша и медведь, или «Мими-мишное» мягкое оружие России
Новое
Видео
Д/ф "Добровольцы Урала"
Великая Отечественная война. Главные вопросы. Часть 2
Мастер-класс О.А. Ржешевского, д.и.н., профессора, президента Ассоциации историков Второй мировой войны, научного руководителя Центра истории войн и г ...
Памятные даты военной истории России
Битва при Молодях. Памятные даты военной истории России