Фильм о Зое Космодемьянской. Сделать пожертвование

Фильм о Зое Космодемьянской

Пожертвовать

Афиша

«Я не писателем родился». Захар Прилепин – о новой книге, Донбассе и лучшем друге Есенина

Писатель Захар Прилепин приглашает на встречу в книжном клубе РВИО, где он расскажет о своей новой книге и причинах возвращения в Россию из Донецкой Народной Республики.

9 августа, в 19:00, в книжном клубе РВИО «Книги. Кофе. Почитать» пройдет творческая встреча с известным российским писателем и публицистом Захаром Прилепиным. В нашей стране Прилепина знают как одного из самых крупных современных авторов, он является неоднократным лауреатом различных престижных литературных премий. Но также Прилепин известен как бывший участник военных действий в Чечне, Дагестане, а теперь и офицер армии ДНР.

Предстоящая встреча на Воздвиженке станет первым публичным мероприятием с участием Прилепина. Вечер будет посвящен выходу в свет новой книги писателя «Жизнь и строфы Анатолия Мариенгофа». Вход на мероприятие свободный, так что каждый желающий сможет задать писателю свои вопросы, приобрести книгу и взять автограф. Также в рамках встречи запланирована дискуссия Захара Прилепина и научного директора РВИО, заведующего Центром истории войн и геополитики Института всеобщей истории РАН Михаила Мягкова.

О том, что вдохновило автора на написание книги об одном из основателей имажинизма, какой русский писатель станет главным героем следующей книги и что подвигло его вернуться на войну после ужасов войны в Чечне, Прилепин рассказал в интервью сайту «История.РФ».

– Захар, в первую очередь я, конечно, хотела бы поговорить о вашей новой книге. Анатолий Мариенгоф, безусловно, не последний в ряду российских писателей, но все-таки по сравнению со многими фигура малоизвестная. Что вас так заинтересовало в его биографии, что вы решились посвятить ему целую книгу, – он сам или все-таки его близкие отношения с Есениным?

– Если бы меня интересовала только его дружба с Есениным, я бы написал книгу о Есенине, что я, собственно, и делаю в данный момент. А Мариенгоф – совершенно самостоятельная фигура, крайне любопытная не только в контексте дружбы с Есениным, которая действительно имела место быть. Собственно, на мой взгляд (и я могу это аргументировать), Мариенгоф – это самый близкий, самый важный человек в жизни Есенина, и ни с кем больше, чем с Мариенгофом, он не дружил. Более того, еще Георгий Иванов заметил, что влияние Мариенгофа на Есенина было куда более серьезным, чем обратное влияние. Иванов вообще говорил о денди-стилистике, которая была свойственна Мариенгофу, о форме поведения. Но, начав заниматься литературой Мариенгофа, и в первую очередь его поэзией, я обнаружил, что поэтическое влияние Мариенгофа на Есенина также имеет место быть, и оно крайне важно. Просто этим никто не занимался, и я впервые занялся этой темой. Мариенгоф – совершенно замечательный писатель, автор трех крайне любопытных романов. Собственно, такие люди, как Иосиф Бродский, считали его одним из сильнейших писателей столетия, да и не только Бродский. Мариенгоф не только талантливый писатель, но и весьма любопытный драматург (правда, полузабытый сейчас) и, конечно же, замечательный мемуарист: известна его прекрасная «Бессмертная трилогия», куда вошли «Роман без вранья», «Мой век, моя молодость, мои друзья и подруги» и «Это вам, потомки!». Это все образец жанра. Поэтому в личности Анатолия Мариенгофа многое слилось воедино: любопытный человек, любопытная биография и крайне интересная эпоха.

– Я читала, что несколько лет назад вы были инициатором установки памятных мемориалов Мариенгофу. В итоге их установили?

– Да, были установлены две мемориальные доски – одна в Нижнем Новгороде, другая в Пензе. Слава богу, мне пошел навстречу мэр города Пензы и один из депутатов Нижнего Новгорода Денис Москвин. И вот так появились сразу две мемориальные доски Мариенгофу в городах, где он родился и вырос: детство он провел в Нижнем, учился в Пензе, а потом уже перебрался в Ленинград.

– В Советском Союзе Мариенгоф подвергался травле, часто вызывая негодование цензоров и критиков. Кажется, будто вы пытаетесь в каком-то смысле обелить этого писателя, защитить от нападок. Так ли это?

– Да, Мариенгоф подвергался нападкам тогда и подвергается сейчас. Почему-то он являет собой средоточие необоснованных претензий. Такое ощущение, что вот Есенин погиб и кто-то должен быть в этом виноват, надо найти какую-нибудь неприятную морду рядом и все на нее свалить! У Мариенгофа такая судьба – его винят во всех тяжких. Хотя достаточно просто прочитать посвящения Есенина Мариенгофу (когда Есенин выезжал за границу, он слал ему стихи и письма) и убедиться, что Есенин таких писем даже своим любимым женщинам не писал и уж тем более никаким своим товарищам. Мариенгоф был ближайший его друг, конфидент и собеседник.

Сергей Есенин и Анатолий Мариенгоф

– Предстоящая встреча с читателями станет вашим первым публичным мероприятием после возвращения из Донбасса. В июле вы объявили, что покидаете пост заместителя комбата, но будете продолжать участвовать в делах ДНР. Каким образом, если не секрет? И почему вы решили после всех ужасов Чечни вновь вернуться в горячие точки?

– Конечно, не секрет. Вернулся я потому, что вся страна следила за этими событиями на Украине и очень переживала. Основная часть мыслящих граждан России считала это своей болью и своей проблемой, и кто как мог, тот так и помогал: кто-то ехал добровольцем, кто-то переводил деньги и так далее. И в этом участвовали сотни тысяч человек. Сейчас там некое весьма условное, но тем не менее совершенно очевидное затишье, обстановка стала чуть попроще. Но на самом деле я не демобилизовался: сейчас я нахожусь в отпуске, но все еще в составе батальона, и, если ситуация изменится, я, безусловно, вернусь. В Донбассе за три года накопилось много разнообразных дел, и вполне понятно, что республика плавно переходит от военного положения к строительству государства. И ряд моих функций – представительских, дипломатических, лоббистских – в данном случае будут более важны, чем наличие еще одного офицера в армии ДНР.

– И все-таки для меня это загадка: каким образом человек, прошедший Чечню, а потом и Дагестан, мог добровольно вернуться в пекло войны… У вас настолько железная сила духа?

– Нет, ну что вы, какая сила духа. Это нормально, это моя профессия! Я ведь, собственно, не писателем родился. Когда был молод, я лет восемь носил военную форму, ездил в командировки, посещал разные военные конфликты. Я могу в любой момент к этому вернуться, ничего в этом такого нет. Кто на что учился, что называется.

– В анонсе встречи заявлена дискуссия между вами и научным директором РВИО Мягковым. Можете чуть намекнуть, о чем она будет?

– На самом деле мы оба пребываем в тайном предвидении, потому что я не знаю, о чем будет дискуссия. И, видимо, это правильно, потому что у Михаила Юрьевича, очевидно, есть какие-то неожиданные вопросы с подвохом – этим дискуссия и хороша!

Приходите в книжный клуб РВИО по адресу Воздвиженка, 1, в этот четверг, и узнаете, как Захар Прилепин ответил на каверзные вопросы историков и читателей. Вход на мероприятие свободный!

Теги: История современной России Культура Новейшая история Литература

0 Комментариев