8 мая 1945 года в 22.43 по немецкому времени, или 9 мая в 00.43 – по времени московскому, в берлинском предместье Карлсхорсте был подписан Акт о безоговорочной капитуляции Германии. В ее тогдашнем нацистско-людоедском формате Третьего Рейха. Сторону поверженных представляли генерал-фельдмаршал Вильгельм Кейтель, генерал-полковник Альфред Йодль, генерал-адмирал Ганс-Георг фон Фридебург и генерал-полковник авиации Ганс Юрген Штумпф. Стан триумфаторов представляли Маршал Советского Союза Георгий Константинович Жуков и будущий министр иностранных дел Андрей Януарьевич Вышинский. Показательным участием на излете Второй мировой войны отметились также именитые представители США, Великобритании и Франции. В их числе, кстати сказать, – Дуайт Дэвид Эйзенхауэр, будущий президент Соединенных Штатов. Казалось бы, воды с тех стародавних времен утекло много. Однако отголоски помпезной, торжественной, но, вместе с тем, исполненной напряженного драматизма даты – слышатся в самых разных точках Земного шара по сию пору. 

Потери и приобретения – в цифрах и фактах

10 июня 1963 года американский лидер Джон Фицджеральд Кеннеди произнес в Вашингтоне речь о «холодной войне». «И никакое другое государство в истории войн не несло таких потерь, какие понес Советский Союз в ходе Второй мировой войны. Было потеряно по меньшей мере 20 миллионов жизней», – такая оценка поствоенной ситуации представлена в знаковом выступлении. Вывод, надо сказать, на диво комплиментарный. Особенно с учетом того, что сделан, по идее, центровым недоброжелателем. Однако подлинные потери, которые довелось понести нашей стране, могут быть еще более ужасающими. По данным кандидата исторических наук Бориса Соколова, общие потери СССР составили около 40-41 миллиона человек, причем основной удар пришелся по военнослужащим. Коих, кстати, поучаствовало с нашей стороны без малого 34 миллиона 477 тысяч человек. А по сведениям, озвученным депутатом Госдумы Николаем Земцовым, общая убыль населения СССР в годы Великой Отечественной войны составила порядка 52 миллионов 812 тысяч человек. А ведь погибали преимущественно самые сильные и энергичные – так сказать, цвет нации и соль земли! Те, на чьих плечах удалось протащить триумф к сияющим вершинам державного строительства. Но если бы только люди! Инфраструктура также понесла запредельные утраты, которые пришлось устранять героической коллективной пахотой.

Стертыми с лица земли оказались 32 тысячи заводов и фабрик, 1710 городов и свыше 70 тысяч поселков и деревень. В катастрофическом состоянии находились 98 тысяч колхозов и без малого три тысячи МТС. Общий материальный ущерб от боевых действий составил почти 120 миллиардов рублей. Почти в 3,5 раза больше, чем у Франции и Польши, вместе взятых. Немецко-фашистские оккупанты разгромили 65 тысяч километров железнодорожных путей, 13 тысяч мостов общей протяженностью порядка 300 километров, свыше четырех тысяч железнодорожных станций. Миллионы людей по всему Советскому Союзу остались без крова. Предприятия перебазировались в экстренном режиме – зачастую с временной и вынужденной потерей производительности. Так, лишь в июле 1941 года было эвакуировано свыше 2,5 тысячи крупных предприятий. В результате общих технологических утрат и нестыковок, а также в силу истощения людских ресурсов – в 1946-1947 годах СССР накрыла волна самого настоящего массового голода. Мор не смогли пережить, по разным данным, от нескольких сотен тысяч до полутора миллионов советских граждан. Совокупная катастрофа – едва ли не библейских масштабов! Но нет, впрочем, худа без добра.

Чудовищная транснациональная мясорубка высветила и мобилизовала лучшие черты нашего многонационального народа. Лично-коллективное мужество славянского воинства вообще исстари, от прибивания щита на вратах Царьграда, гремело в мире. Понятное дело, в наибольшей мере и наиболее рельефно мужество проявляется в максимально критических и опасных ситуациях. На сей раз вопрос встал ребром для всего человечества. Так что на сей раз тем паче не могли закрыть глаза. Как емко написал классик советской и мировой литературы Илья Эренбург, «у нас большая территория и крепкие нервы». Благо, наши бойцы навек застолбили за собой и за соотечественниками непоколебимое историческое право нахождения на обширной территории. И все – с помощью поистине железобетонных нервов. Каждого пятого воевавшего в советской армии тогда отметили какой-либо боевой наградой. Причем колоссальное количество участников эпохальных событий удостоено особых знаков отличия: 11 681 человек – звания Героя Советского Союза, 2 532 – стали полными кавалерами ордена Славы, почти миллион – получили Ордена Отечественной войны. А многие стяжали высшее признание своих заслуг в материализованном виде – а то и не по разу даже.

В стране активизировалась не только молодецкая удаль, направленная на самооборону, но вспыхнул и гигантский созидательно-строительный потенциал, а также интеллектуально-творческий. В годы боевых действий Советский Союз благополучно прирос более чем 30 тысячами новых инфраструктурных объектов. Фабрики, заводы, дороги, электростанции, угольные шахты – все это создавалось и задействовалось, несмотря ни на какие выпады, атаки и бомбежки. Удалось ввести в эксплуатацию более 9 тысяч километров новых железнодорожных путей, восстановить более 63 тысяч километров разрушенных железнодорожных путей. В 1941-1945 годах свет увидели свыше 8,4 тысячи социальных объектов – школ, больниц и поликлиник. Весьма бодро отстраивались ясли, детские сады и школы. В эксплуатацию были введены 102,5 миллиона квадратных метров нового жилья. Колхозы, предприятия, государственные органы, частные лица – все тогда объединились во имя общего дела. Бурный инфраструктурный рост, как это обычно и происходит, ощутимо «раскочегарил» культурную жаровню. События и дух Великой Отечественной войны легли в основу целого ряда текстовых и аудиовизуальных шедевров, впоследствии вошедших в золотые и платиновые фонды мирового искусства. Экстремальная опасность позволяет характеру выразить себя объемно и многогранно.

Парадокс, но послеизматывающей и высасывающей последние, казалось бы, жизненные соки войны, в Советском Союзе наметился могучий демографический бум. К концу 1941 года население страны составляло 170 миллионов человек, а к концу правления Иосифа Виссарионовича Сталина – приблизилось к 189 миллионам человек. Менее чем за полтора десятилетия прирост более чем на 18 миллионов граждан. Радикально увеличилась и средняя продолжительность жизни в СССР. В 1941 году она составляла 40,2 года у мужчин и 45,6 лет – у женщин. А вот на рубеже 1953-1954 годов: 60 лет – у мужчин, 66 лет – у женщин. Между прочим, в царской России жили в среднем 32 года, а в 1926-1927 годах – 44 года. Существенно удалось подтянуть и здоровье населения. В том числе в самый разгар бойни. И в том числе на окраинах страны. Строились суммарно тысячи больниц и роддомов. Особенно эффективными и укомплектованными медицинскими учреждениями обеспечивались территории, занятые тыловым снабжением. Труженикам необходимо было поправлять свое перманентно ухудшавшееся в результате колоссальных перегрузок здоровье.

Радикально перекроенный мир

Победа советского народа во Второй мировой войне всколыхнула те противоречия, которые дремали во время вереницы кровопролитных кампаний. Пока гиганты – по крайней мере, на декларативном уровне – заботились о собственном выживании, они были дружны супротив агрессора. Но как только общую опасность удалось в складчину, с гораздо большими усилиями советских воинов и тружеников, ликвидировать – так тут же возникла потребность в выстраивании системы бесконфликтного сожительства. Двум медведям – СССР и США – в одной берлоге становилось все теснее и теснее. Ребром встал вопрос о разграничении сфер влияния – и, что характерно, площадку для решения столь монументальной задачи предоставила «Империя зла». 4-11 февраля 1945 года в Ялте прошла конференция, четко обрисовавшая контуры послевоенного устройства по всей планете. Грядущее и неизбежное решалось сильнейшими государственными лидерами – Сталиным, Рузвельтом и Черчиллем. Величайшие владыки поделили Земной шар на советский и империалистический сектора, закрепив тем самым хотя бы приблизительный паритет сфер влияния. Перво-наперво – по географическому принципу. К слову, тот «разделенный пирог» во многом до сих пор еще не зачерствел. Как бы его искусственно ни высушивали.

Чуть сжалась территория Польши – в пользу СССР и по «линии Керзона». Правда, взамен Польша получила немецкий город Бреслау, ставший польским Вроцлавом, а также большую часть Силезии и некоторую часть Пруссии. Так что восточный сосед, как ни крути, внакладе не остался. По инициативе Сталина создали так называемое «Временное правительство национального единства». Да и вообще Польша стремительно стала входить в орбиту советского влияния. Так же, впрочем, как и Югославия. А вот Греция тяготела к западному блоку, став в дальнейшем участницей НАТО. Германию демилитаризовали. С тех пор, как мы знаем по возведению и падению приснопамятной Берлинской стены, территориальная целостность этого государства неоднократно претерпевала изменения. За СССР окончательно закрепили южный Сахалин, на который отныне не имеет права огрызаться Япония. Независимость и нейтральность закреплялась за Монголией, и страна продолжает придерживаться в целом той же политики. «Партнеры» по НАТО в попытках вывести ялтинский миропорядок из состояния равновесия и гомеостаза всякий раз получают стычки, войны и всевозрастающую напряженность. Причем бьет подчас по безопасности их же собственных ни в чем не повинных граждан.

Начиная с 1945 года курс взят на всеобщую гуманизацию и недопущение впредь шовинизма с агрессией – в какой бы то ни было форме. Но, увы, жизнерадостные декларации порой расходятся с действительностью. Причем иной раз – уже на старте. Так, известно, что 22 мая 1945 года, то бишь тут же после советского триумфа, Штаб объединенного планирования Великобритании предложил план, получивший кодовое наименование «Операция «Немыслимое»». Англичане и американцы – при безраздельной, как им тогда казалось, поддержке польских вооруженных сил – намеревались добить измотанный, истерзанный и истощенный войной Советский Союз. Лично Черчилль дал добро на подобную мерзость, призвав, правда, действовать настолько осторожно и выверенно, насколько возможно. В конце концов благоразумие и инстинкт самосохранения возобладали. Но свирепое противостояние продолжилось, с течением времени кристаллизовалось в границах блоков НАТО и Варшавского договора. До сих пор Запад и Восток непримиримы. С усугублением ресурсных и финансовых кризисов данная непримиримость лишь усиливается, международная обстановка накаляется.

Откровенной агрессией против условий послевоенного мироустройства можно по праву считать запрет коммунистической идеологии. В ряде стран – к примеру, в Польше, Украине, Грузии, Прибалтике и Венгрии – сторонников советской власти на законодательном уровне приравнивают к нацистам. Зашкаливающий абсурд. Ведь именно СССР одержал победу в схватке с Третьим Рейхом. Где, кстати сказать, благополучно трудились такие сугубо либеральные бренды, как «Фанта», «Кока-Кола», «Дженерал Моторс», «Форд» и некоторые другие. Вместе с тем, брендов наподобие «Серпа и Молота» или «Красного Октября» найти не удастся. Получается довольно странная картина. Коммунизм тождественен нацизму, но это не выражено и не подтверждено решительно ничем, кроме директивных записей, предусматривающих ответственность для всех, кто еще не заткнулся. В то время как на практике точек экономического соприкосновения было намного больше между нацистами и либералами. Сие, увы, есть упрямый факт, как его ни выворачивай.

В настоящее время именно Россия проводит традиционный Парад Победы. Европа же сомневается, нужны ли такие «глупости» вообще. Считают правильным не являться на значимые для всего человечества антифашистские празднества. Не понимают даже, что это в первую очередь – не выпад против нашей страны, а оправдание категорически запрещенного Нюрнбергским процессом. Отрицающим нашу победу приходится в ту же миллисекунду признать собственную благорасположенность к коричневой заразе. Пример «берлинского пациента» доказывает, что немецкая поддержка, ненависть к нашему Отечеству и нацистско-фашистская риторика – неизбежно идут рука об руку. До сих пор находится изрядное множество желающих нивелировать наши исторические свершения. Даже при явной бесплодности преступных поползновений данные персонажи все равно продолжат скалиться и щериться. Покуда мы не доведем до логического завершения нашу собственную миссию.