Девятнадцатое столетие, особенно его вторая половина, стало веком пара в военных флотах большинства европейских империй. Не остались в стороне и русские моряки: к началу Крымской (она же Восточная) войны в составе Балтийского и Черноморского флотов ходили 15 пароходофрегатов и 36 малых пароходов. А начало процессу перехода от парусов к пару в русском флоте положил 14-пушечный пароход «Метеор», заложенный на Николаевской верфи весной 1823 года и спущенный на воду в июне 1825-го. 

Новаторские затеи вице-адмирала Грейга

Инициатором строительства первого боевого парохода на Черном море традиционно считается вице-адмирал (тогда) Алексей Грейг. В 1816 году он был назначен главнокомандующим Черноморским флотом, который к тому времени фактически пришел в упадок. Добиваясь восстановления боевых возможностей вверенного ему флота, вице-адмирал Грейг сделал ставку на постройку новых кораблей, причем не только парусных, но и более современных паровых.

3DOvgZn51eRlRKyoXgb7izyCKLyFnugJBacdRTxj

В самих пароходах для русского флота первой четверти XIX века уже не было ничего удивительного. Они начали поступать на флоты с 1813 года, но поначалу выполняли сугубо прикладные функции буксиров и транспортов. Однако прошедший хорошую школу в британском флоте и внимательно наблюдавший за техническими новинками Алексей Грейг видел в паровых кораблях большой боевой потенциал.

Рассчитывать на то, что персонал починенной командующему Черноморским флотом Николаевской верфи самостоятельно справится с постройкой такого сложного судна, как пароход, не приходилось. Для решения этой задачи, да и вообще для организации работы верфи в соответствии с самыми современными условиями, по просьбе вице-адмирала Грейга в Николаев из Санкт-Петербурга прибыл один из самых знаменитых кораблестроителей того времени – Илья Разумов.

Об этом человеке стоит рассказать поподробнее, поскольку именно его рвению и знаниям обязан своим возрождением Черноморский флот. Получивший, как и Грейг, неплохую практику в Англии, Илья Разумов начал карьеру самостоятельного кораблестроителя на Адмиралтейских верфях в Санкт-Петербурге. Успехи его на этом поприще были велики – настолько, что в 1816 году его назначили начальником первого отделения адмиралтейских служителей и возвели в чин корабельного мастера. А через четыре года Разумов по просьбе Грейга, с которым он познакомился еще в 1804 году во время Второй Архипелагской экспедиции, перебрался строить корабли в Николаев.

Расчет вице-адмирала Грейга на то, что его давний знакомый-корабел на новом месте развернется в полную силу, абсолютно оправдался. Не напугала Разумова и идея командующего заняться проектированием и постройкой паровых кораблей, прежде всего боевых. По сути, тогдашние вооруженные пароходы мало чем отличались от обычных клиперов или фрегатов, поскольку несли и парусное вооружение, да и обводами напоминали скорее парусные суда. Отличие было только в колесах, размещенных в кожухах посредине каждого борта, и размещенной в центре трюма паровой машине.

Неизвестно точно, когда именно Илья Разумов получил указание заняться проектированием первого русского боевого парохода. Но вряд ли это произошло заметно позднее, чем его переезд в Николаев. Получается, что на разработку совершенно нового для него типа судна талантливый корабел потратил неполных три года: в марте 1823-го на стапелях Николаевского адмиралтейства заложили артиллерийский пароход «Метеор», ставший первенцем боевого парового флота на Черном море. Заметим: первый подобный корабль на Балтике начнут строить только семь лет спустя!

Первый командир – штурман

Постройка корабля нового для черноморцев типа заняла, видимо, меньше времени, чем его проектирование, – чуть больше двух лет. В итоге у николаевских корабелов получился очень ладный пароход. Небольшой длины – всего 36 с половиной метров. Он имел двухметровую осадку, что делало его незаменимым при поддержке морских десантов и службе по контролю за Черноморским побережьем Кавказа, что и стало одной из главных задач нового парохода. И хотя 14 пушек, размещенных на «Метеоре», не отличались большим калибром, их вполне хватало для несения именно такой службы.

r60HwgS1xYIzIbVSaDkgekpSFqs5Vjt3tXECA2Gw

Любопытно, что «Метеору», хотя он и имел на борту артиллерийское вооружение, еще на стапелях назначили в командиры не офицера флота, а штурманского помощника XIV класса Григория Михновского. То есть фактически новый корабль оказался где-то между боевыми кораблями Черноморского флота и его вспомогательными судами. Трудно сказать, почему вице-адмирал Грейг принял такое странное решение. Возможно, он не был до конца уверен в боевых возможностях «Метеора», ведь подобных ему кораблей русский флот до тех пор не имел.

Впрочем, выбор кандидатуры командира был сделан не вслепую. Выпускник Черноморского штурманского училища в Николаеве, Григорий Михновский к моменту назначения на «Метеор» уже успел выслужиться из унтер-офицерского чина, который получил при окончании училища, до первого офицерского. Получил он и опыт самостоятельного командования судном, причем тоже паровым – пароходным ботом. А уже во время командования «Метеором» получил вместо чина штурманского помощника XIV класса чин поручика (в то время чины штурманской службы числились по Морскому ведомству).

На время русско-турецкой войны 1828-29 годов командовать «Метеором» был назначен лейтенант флота Александр Скрягин, а поручик Михновский остался при нем штурманом. Во время боевых действий корабль зарекомендовал себя с лучшей стороны, поддерживая, в том числе десант под Анапой, а потом участвуя в блокаде Варны и взятии городов Василько и Агатополь. О том, насколько высоко командование Черноморского флота оценило заслуги Григория Михновского, можно судить по такому факту: вскоре по окончании войны он принял под командование второй построенный Ильей Разумовым пароход – «Молнию». Да и вся дальнейшая служба Михновского протекала на пароходах. В отставку он вышел в 1863 году в чине подполковника.

M8M5SgxuY3TlbyxHMrDdzwMIogtzB4yW4hhJxN7c

А что же «Метеор»? Ему было отмерено куда меньше лет жизни, чем его первому командиру. По окончании русско-турецкой войны он оставался в составе Черноморского флота еще несколько лет, после чего из-за износа машины его перевели в портовую службу. А в 1839 году первенца парового флота на Черном море и вовсе разобрали. Увы, тогда еще никому не приходила в голову мысль о том, что такие корабли нужно сохранять в качестве памятников. Но имя первого боевого парохода-черноморца передали по наследству другому боевому пароходу: новый «Метеор» заложили в 1838 году и спустили на воду в 1839-м, а служил он до 1853 года. Судьба же паровых машин первого «Метеора» оказалась еще причудливее: после разборки их поставили на пароход «Молния» – второй из черноморских пароходов с таким именем, который служил до 1859 года.