Главная / Вы здесь

БИТВА ЗА МОСКВУ И ЕЕ ОТРАЖЕНИЕ В РАБОТАХ ЗАРУБЕЖНЫХ ИСТОРИКОВ

Разумный Виталий Витальевич,

и.о. декана исторического факультета

ГОУ ВПО «Донецкий национальный

университет», кандидат исторических наук,

доцент (Донецкая Народная Республика)

Аннотация. Разгром немецко-фашистских войск в Битве под Москвой стал предметом научных исследований отечественных и зарубежных историков. В боях под Москвой был окончательно развеян миф о непобедимости вермахта. В данной статье проводится анализ работ западных историков и их понимания исторического значения Московской битвы 1941 года.

 Ключевые слова: историография, Битва за Москву, Красная Армия, зарубежные историки, разгром немецко-фашистских войск.

В декабре 2021 года исполняется 80 лет победе Красной Армии в Битве за Москву. В тех событиях, которые развернулись на подступах к советской столице в 1941 году, решалась историческая судьба различных народов мира. Впервые гитлеровские войска получили сокрушительное поражение и вынуждены были панически отступать под натиском сил Красной Армии. Именно разгром немецко-фашистских захватчиков в Московской битве дал новые силы и уверенность в победе странам антигитлеровской коалиции.

Следует подчеркнуть тот факт, что контрнаступление советских войск под Москвой в декабре 1941 года по времени совпало с периодом крупных поражений британских и американских армий и флота на Тихоокеанском театре военных действий. В этой связи в работах зарубежных историков имеет место попытка придать первоочередное значение военным операциям западных союзников. В англо-американской историографии присутствует тенденция субъективного изучения победы советских войск в Битве за Москву в 1941 году. В этой связи, на наш взгляд, представляется актуальной попытка рассмотреть данный вопрос в исследованиях зарубежных историков.

В своей статье мы не ставим задачу рассмотреть все работы зарубежных историков, посвященные истории Битвы за Москву в 1941 году. Цель данной работы состоит в том, чтобы в работах западных историков найти характерные черты и особенности в освещении событий Московской битвы в период октября-декабря 1941 года.

Одним из первых западных историков, кто изучал историю Московской битвы, был Бэзил Лиддел Гарт (Liddel Hart B.H.). Это известный британский военный теоретик и историк, автор многих книг по истории Первой и Второй мировых войн. О Битве за Москву в 1941 году Бэзил Лиддел Гарт рассказывает в своей работе «Тhe German Generals talk» («Немецкие генералы говорят»), которая была опубликована в 1948 году в Нью-Йорке [1]. Отдельные фрагменты этой работы были опубликованы в 1992 году в Москве в сборнике «От Мюнхена до Токийского залива: взгляд с Запада на трагические страницы истории Второй мировой войны» [2]. В своем исследовании британский историк использовал материалы устных бесед с пленными генералами вермахта, которые находились в английском плену. В ходе них был собран значительный массив информации об оценках и рассуждениях германских генералов о событиях на Восточном фронте. При изучении Битвы за Москву, Бэзил Лиддел Гарт использует материал бесед с немецким генералом Гюнтером Блюментритом, который служил в штабе 4-й армии вермахта и принимал непосредственное участие в наступлении на Москву осенью 1941 года в рамках операции «Тайфун».

По мнению Блюментрита, наступлению немецко-фашистских войск осенью 1941 года все время мешали различные внешние факторы. В частности, он часто указывает на неблагоприятные погодные условия, на растянутые коммуникации, а также на неудовлетворительное состояние дорог. В работе Бэзила Лиддела Гарта упоминается тот факт, что по мере продвижения к Москве офицеры вермахта все чаще стали перечитывать мемуары французского посла Коленкура о наполеоновском походе на Россию в 1812 году. Генерал Блюментрит приводит следующие комментарии по этому поводу: «Эти мемуары действовали угнетающе в те критические дни 1941 года. У меня до сих пор перед глазами командующий 4-й армией генерал-фельдмаршал Клюгге, как он, с трудом вытаскивая ноги из грязи, идет по двору к себе на командный пункт и долго стоит перед картой с книгой Коленкура в руках. И так изо дня в день» [2, С. 230].

Британский историк со слов Блюментрита дает крайне субъективную характеристику действиям бойцов народного ополчения, которые героически сражались в боях под Москвой. В частности, он пишет, что «258-я пехотная дивизия вермахта пробилась на окраину Москвы, но русские рабочие покинули свои заводы и вышли на защиту своего города, используя все, что было у них под руками» [2, С. 230]. Исходя из логики германского генерала, можно сделать вывод, что немецко-фашистские войска были остановлены на окраине Москвы не регулярными войсками Красной Армии, а отрядами простых рабочих.

На наш взгляд, необходимо подчеркнуть тот факт, что в работе британского историка практически отсутствует информация о героизме бойцов и командиров Красной Армии, о деятельности советских партизан. Нет также упоминания о полководческом таланте советских военачальников.

Более того, военный историк Бэзил Лиддел Гарт, говоря о начале наступления советских войск под Москвой, использует в своей работе просто фантастические факты и цифры. По его мнению, «русский генерал Жуков кинул в бой 5 декабря 1941 года сотни новых дивизий» [2, С. 231]. Из каких источников была приведена информация о сотнях новых дивизий, британский историк не уточняет.

Позднее Гюнтер Блюментрит в своих мемуарах, которые были написаны в более позднее время, среди причин поражения под Москвой выделял факт недооценки сил и военного потенциала Красной Армии. Этот момент отличается от логики изложения событий в книге британского историка. В частности, германский генерал указывал, что многие из руководителей вермахта сильно недооценили нового противника. Это произошло, по его мнению,  потому что немецкие генералы не знали ни русского народа, ни тем более русского солдата: «Некоторые наши военачальники в течение всей Первой мировой войны находились на Западном фронте и никогда не воевали на Востоке, поэтому они не имели ни малейшего представления о географических условиях России и стойкости русского солдата, но в то же время игнорировали неоднократные предостережения видных военных специалистов по России» [4].

Генерал Гюнтер Блюментрит в своих мемуарах приводил свои впечатления от столкновения с русской армией еще в период Первой мировой войны. Он указывал, что «во время Первой мировой войны мы близко познакомились с русской царской армией. Я приведу малоизвестный, но знаменательный факт: наши потери на Восточном фронте были значительно больше потерь, понесенных нами на Западном фронте с 1914 г. по 1918 г. Русский генералитет тогда качественно уступал немецкому, и тактика огромных армий в наступлении была негибкой. Зато в обороне русская армия отличалась замечательной стойкостью. Русские мастерски и очень быстро строили фортификационные сооружения и оборудовали оборонительные позиции» [4]. 

Такой характеристики русской армии нет в работе британского историка, поскольку он, будучи офицером армии Великобритании, высоко оценивал только свой личный опыт, полученный в битве при Сомме в 1916 году. Более того, в своих трудах Бэзил Лиддел Гарт указывал на эффективность действия механизированных войск, в частности бронетанковых войск. А таких военных формирований не было в Русской императорской армии в Первую мировую войну.

В своих мемуарах Гюнтер Блюментрит высоко оценивал танковые войска Красной Армии. Он указывал, что именно в сражениях под Москвой немцы впервые в полной мере почувствовали на себе, что такое советский танк Т-34: «И вдруг на нас обрушилась новая, не менее неприятная неожиданность. Во время сражения за Вязьму появились первые русские танки Т-34. В 1941 году эти танки были самыми мощными из всех существовавших тогда танков. С ними могли бороться только танки и артиллерия. 37-мм и 50-мм, противотанковые орудия, которые тогда состояли на вооружении нашей пехоты, были беспомощны против танков Т-34. Эти орудия могли поражать лишь русские танки старых образцов» [4]. 

 Рис. 1. Советский танк Т-34 в боях декабря 1941 года  

В целом, подводя итоги Битвы за Москву, генерал Гюнтер Блюментрит указывал, что это был «поворотный пункт нашей восточной кампании – надежды вывести Россию из войны в 1941 г. провалились в самую последнюю минуту» [4, С. 65].

В 1970 году в США была опубликована работа американского историка Альфреда Тюрнея (Alfred W.Turney) «Крах под Москвой: военные кампании фон Бока 1941 – 1942 гг.» [5]. Автор этой работы – американский историк, профессор, полковник армии США, который изучал дневники генерал-фельдмаршала фон Бока. В этой работе уже в названии определена субъективная тенденция оценивания исторических событий. Альфред Тюрней считает, что разгром немецко-фашистских войск под Москвой – это не закономерный итог авантюристических план нацистского руководства, а лишь случайность, вызванная неблагоприятно сложившимися обстоятельствами. В этой работе часто можно найти объяснение поражения вермахта благодаря «большому численному превосходству Красной Армии над противником в момент ее перехода в контрнаступление в декабре 1941 года» [5]. Более того, Альфред Тюрней действительно считает, что катастрофа немецко-фашистских войск произошла благодаря целому ряду «случайностей». Он без тени сомнения приводит аргумент, что «случайности» поражения германского вермахта под Москвой были из-за «недостающего последнего пехотного батальона», который мог бы решить исход сражения [Там же].

Американский историк весьма субъективно оценивает военную помощь, которую оказали Советскому Союзу союзники в рамках программы «Ленд-лиза». Так, Альфред Тюрней дает лестную характеристику британским танкам «Валентайн», которые участвовали в Битве за Москву в 1941 году. Хотя в мемуарах советских военачальников вклад танков британского производства в дело разгрома войск вермахта оценивается очень скромно.

Рис. 2. Танк британского производства «Валентайн» перед отправкой в СССР

Аналогичный подход к освещению истории Московской битвы можно найти в работе еще одного британского историка Алана Кларка (Alan Clark). Он известный политический деятель, историк, автор двух книг «План Барбаросса» [6] и «Москва 1941-го». На наш взгляд, есть необходимость дать небольшой анализ этих работ. В книге «План Барбаросса», несмотря на то, что автор описывает полную картину событий на советско-германском фронте с 1941 по 1945 годы, он сам выделяет только четыре крупных сражения, которые кардинальным образом влияли на последующее течение войны на этом театре военных действий и вообще Второй мировой войны в целом. Битва за Москву входит в первый раздел книги. Изучению двух крупных исторических сражений, в частности Сталинградской битвы и Курской битвы лета 1943 года, был посвящен материал второго и третьего раздела книги «План Барбаросса». Четвертый раздел книги Алана Кларка «План Барбаросса» под названием «Немезида» не является описанием какой-то конкретной кампании или сражений, а отражает ход последнего периода Великой Отечественной войны, вплоть до разгрома гитлеровской Германии в мае 1945 года.

Битва за Москву является кульминацией первого объемного раздела книги «План Барбаросса», завершая собой изучение летнего и осеннего наступления вермахта в военной кампании 1941 года. Историк Алан Кларк убедительно подводит читателей к мысли, что важнейшей задачей плана «Барбаросса» было взятие Москвы. Он объясняет, что причины провала стремительного наступления вермахта, по его мнению, были связаны с проблемами обеспечения боеприпасами и снабжения продовольствием, трудностями на других фронтах, помощью союзников СССР и огромными потерями. Все это, в конечном счете, повлияло на судьбу главного события 1941 года. Автор детально описывает атмосферу кризиса в генеральских кругах вермахта, вызванного поражением под Москвой. Позднее этот кризис отразился в массовом увольнении высших германских генералов, командующих армиями и даже группами армий на советско-германском фронте.

Как мы можем видеть, поражение под Москвой опять объясняется неблагоприятными стечениями обстоятельств. И опять нет ни слова о героизме бойцов и командиров Красной Армии. Нет информации о военном искусстве и полководческом таланте советских генералов.

 Рис. 3. Немецкие солдаты, взятые в плен  Битве под Москвой в 1941 году

Вместе с тем, отмечая субъективный подход со стороны зарубежных историков в изучении Битвы за Москву, следует выделить работы, в которых авторы стремились дать объективную оценку происходящих событий. Так, британский историк Джефри Джукс (Geoffrey Jukes) подчеркивает, что «исход Битвы за Москву обусловили не распутица и морозы, а действия способных советских военачальников и непреклонных, как сама смерть, советских солдат» [7].

Эффективность советской обороны отметил в своей работе «Неизвестная война» американский историк Харрисон Солсбери (Salisbury Harrison)  [8]. Он справедливо считал, что немецко-фашистские войска не смогли преодолеть сопротивление Красной Армии в первую очередь благодаря хорошо продуманной системе советской обороны. Именно этот факт, а не погодные условия привели к значительным потерям в живой силе и технике вермахта.    

Особенно убедительно против версии о влиянии распутицы и сильных морозов выступил германский историк Клаус Рейнгард, показавший, что период дождливой погоды в 1941 г. был короче и слабее, чем обычно, и что немецкие войска остановились не из-за морозов, а из-за неудовлетворительного материального обеспечения и неослабевающего сопротивления советских войск [9].

Немало западных историков разделяют версию о том, что личное вмешательство Гитлера в дело разработки военной операции «Тайфун», в руководство боевыми действиями на Восточном фронте привело к печальным для вермахта последствиям.  Британский историк Джеймс Лукас (James Lucas) в книге «Война на Восточном фронте 1941-1945» пишет, что бездействие на подступах к Москве в августе 1941 года дало возможность Красной Армии лучше подготовиться и создать глубоко эшелонированную оборону [10]. Высказывается мнение, что фатальной ошибкой для военной кампании 1941 года стал якобы его отказ от наступления на Москву и поворот части сил группы армий «Центр» на юг в августе 1941 г. Следует подчеркнуть тот факт, что аналогичные суждения часто встречаются в мемуарной литературе, написанной генералами вермахта. В частности, на это указывал генерал танковых войск вермахта Гейнц Гудериан, который получил сокрушительное поражение под Москвой и был отстранен от своей должности.

 Это позволяет сделать вывод о том, что западные историки без должного критического анализа верят заявлениям побежденных германских генералов и принимают их мемуары как объективный исторический источник.

Рис. 4. Парад войск Красной Армии 7 ноября 1941 года

Среди последних работ западных историков, посвященных истории Битвы за Москву 1941 года, следует, на наш взгляд, выделить исследование, которое было опубликовано американским военно-историческим порталом «Warfare History Network» в 2019 году. Автором статьи был ветеран армии США, американский историк Виктор Каменир (Victor Kamenir), который специализируется на изучении истории Второй мировой войны. В своей статье он представляет Битву за Москву как одно из решающих сражений Великой Отечественной войны, как «столкновение решительных немецких войск с усиленными советскими частями и неумолимой русской зимой» [11].

Американский историк довольно подробно и последовательно описывает военные действия осени и зимы 1941 года. Кроме того, он детально изучает предшествовавшие им события и делает вывод, что «несмотря на понесенные в начале кампании сокрушительные потери, Красная Армия не сдалась» [11].

По его мнению, этому поспособствовала «мрачная решимость» командования и эффективность советского оружия. Вот как Виктор Каменир характеризует советское вооружение: «Во время титанического столкновения немцы были поражены эффективностью советского среднего танка Т-34 и тяжелого танка КВ-1, реактивной установки «Катюша» и штурмовика ИЛ-2. Эти оружейные платформы внушали немцам благоговейный страх, и у них не было иного выбора, кроме как признать, что Советы добились впечатляющих успехов в военной технике» [11].

Но в дальнейшем Виктор Каменир склонен преувеличивать влияние погодных условий на причины поражения вермахта. Вот как он пишет: «Затяжные бои на пути от границы к Москве вымотали наступающих, не раз останавливавшихся перед лицом решительного сопротивления Красной Армии. Истощение войск превзошло все ожидания немецкого командования. Замены не поспевали за потерями, нехватка танков и транспорта серьезно сказывалась на боеспособности танковых дивизий. Немцы все чаще натыкались на хорошо подготовленные оборонительные позиции, а обороняющиеся все чаще устраивали контратаки. Температура воздуха продолжала падать, и не имевшие достаточного количества зимней одежды немецкие войска начали замерзать» [11].

Далее Виктор Каменир делает вывод, что «в некоторых немецких частях потери от болезней и обморожений превышали потери от боевых действий» [8]. По его мнению, теплая одежда, предназначенная для наступающих частей, частично разворовывалась по пути на фронт тыловыми частями. Этот факт вызывает сомнение, поскольку срыв получения зимнего обмундирования для вермахта был осуществлен советским партизанами, действовавшими в тылу врага. Таким образом, он фактически отрицает эффективность действий советских партизан и народных мстителей, которые наносили серьезный урон немецко-фашистским захватчикам.

К концу советского контрнаступления Красная Армия продвинулась в некоторых местах на расстояние до 200 км. Вся Московская и Тульская области, а также значительная часть Калининской и Смоленской областей были очищены от захватчиков, угроза столице была устранена. Американский историк Виктор Каменир, подводя итоги Битвы за Москву, делает вывод, что к 1942 году СССР и Германия оказались втянуты в войну на истощение, которую последняя выиграть уже не могла [11].

Подводя итоги, необходимо подчеркнуть тот факт, что в трудах западных историков дается субъективная оценка событий Битвы за Москву в 1941 году. Имеет место негативная тенденция преуменьшения подвига защитников советской столицы. Замалчивается роль партизан и народных мстителей, которые наносили значительные удары по коммуникациям вермахта, срывая поставки оружия, боеприпасов и теплой одежды.  Крайне редко дается объективная информация о военном искусстве военачальников Красной Армии.

В работах англо-американских историков прослеживается тенденция преувеличения роли неблагоприятных погодных условий, которые по их мнению усложнили военные операции вермахта под Москвой. Уделяется внимание изучению различного рода случайностей, как это было замечено в работе американского историка Альфреда Тюрнея. Также характерной чертой для работ британских и американских исследователей является преувеличение роли военных поставок союзников по линии «Лэнд-лиза» в СССР.

Для американской историографии было характерно, что изучение Битвы за Москву в 1941 году осуществляли историки, которые ранее служили в армии США и, следовательно, должны разбираться в военных вопросах. Но несмотря на этот факт, в их работах можно часто обнаружить фактические ошибки и спорные моменты.

Еще хотелось бы обратить внимание на тот факт, что названия отдельных работ по истории Московской битвы носят пропагандистский и субъективный характер. К примеру, работа германского историка Пауля Вольфганга «Замороженная победа – сражение под Москвой 1941 – 1942 гг.», которая была опубликована в 1977 году в ФРГ.

Такой подход к изучению Битвы за Москву 1941 года, который наблюдается в работах западных исследователей, свидетельствует о необъективной оценки исторических событий и попытке фальсифицировать историю Великой Отечественной войны.

Список литературы 

1. Liddel Hart B.H. The Germans Generals talk. – N.Y., Harper Collins, 1948. – 320 p.  

2. От Мюнхена до Токийского залива: взгляд С Запада на трагические страницы истории Второй мировой войны: Перевод / Сост. Е.Я. Трояновская. – М.: Политиздат, 1992. – 448 с.

3. Московская битва. Генерал Гюнтер Блюментрит // Итоги Второй мировой войны. Выводы побеждённых. – СПб.: Полигон; М.: АСТ, 1998.

4. Блюментрит Г. Московская битва. Роковые решения. – М.: Воениздат, 1958. – 305 с.

5. Alfred W.Turney. Disaster at Moscow: von Bock’s Campaigns 1941–1942. Albuqueque, University of New Mexico, 1970, 228 p. 150..

6. Alan Clark. Barbarossa: The Russian-German Conflict, 1941–1945. London: William Morrow, 1965. – 560 p.

7. Jukes G. The Defence of Moscow. N.Y., 1970. – 159 p.

8. Salisbury H. The Unknown War. Toronto, 1978. – 219 p.

9. Рейнгардт К. Поворот под Москвой. Крах гитлеровской стратегии зимой 1941/42 года. – М.: Воениздат, 1980. – 305 с.

10. Lucas J. War on the Eastern Front 1941-1945. - L., 1979. – 224 p.

11. Victor Kamenir. Race to Moscow. https://warfarehistorynetwork.com/2019/11/26/race-to-moscow/

12. Wolfgang Paul. Erfrogener Sieg - die Schlacht um Moskau 1941/42. – Köln Bechtle, 1977. – 413 s.

3/11/2022 9:42
Автор: Разумный Виталий Витальевич, и.о. декана исторического факультета ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет», кандидат исторических наук, доцент (Донецкая Народная Республика)

Книги

Самые обсуждаемые

Спецпроекты

100 великих полководцев

Спецпроект: 100 великих полководцев

Любители и знатоки военной истории вместе с учеными историками, начиная с 9 Мая 2013 г., выдвигали в список 100 великих тех военачальников, которые ст...

Спецпроект: Женщины-герои

Проект посвящен женщинам, чьи поступки могут служить примером всем нам.