Чистый исторический интернет
более 300 ресурсов с достоверной информацией

Главный исторический портал страны

1547_Tsar.jpg

Первый царь

январь 1547

Иван IV Грозный венчается на царство, официально принимая титул царя и великого князя всея Руси.

И НА ЦАРСТВО СЕСТЬ

На семнадцатом году жизни, 13 декабря 1546 года, Иван объявил митрополиту, что хочет жениться. На другой день митрополит отслужил молебен в Успенском соборе, пригласил к себе всех бояр, даже опальных, и со всеми отправился к великому князю. Иван сказал Макарию: «Сперва думал я жениться в иностранных государствах у какого-нибудь короля или царя; Но потом я эту мысль оставил, не хочу жениться в чужих государствах, потому что я после отца своего и матери остался мал; если приведу себе жену из чужой земли и в нравах мы не сойдемся, то между нами дурное житье будет; поэтому я хочу жениться в своем государстве, у кого Бог благословит по твоему благословлению». Митрополит и бояре, говорит летописец; заплакали от радости, видя, что государь так молод, а между тем ни с кем не советуется.

Но молодой Иван тут же удивил их еще другою речью. «По благословлению отца митрополита и с вашего боярского совета хочу прежде своей женитьбы поискать прародительских чинов, как наши прародители цари и великие князья, и сродник наш Владимир Всеволодович Мономах на царствие и на великое княжение садились; и я так же этот чин хочу исполнить и на царство, на великое княжение сесть». Бояре обрадовались, хотя - как видно из «писем Курбского - некоторые и не очень обрадовались тому, что шестнадцатилетний великий князь  пожелал принять титул, который не решались принять ни отец, ни дед его, - титул царя. 16 января 1547 года совершено было царское венчание, подобное венчанию Дмитрия-внука при Иване III. В невесты царю выбрали Анастасию, дочь умершего окольничего Романа Юрьевича Захарьина-Кошкина. Современники, изображая свойства Анастасии, приписывают ей все женские добродетели, для которых только находили они имена в русском языке: целомудрие, смирение, набожность, чувствительность, благость, не говоря уже о красоте, соединенные с основательным умом.

К. Рыжов. Справочник. Все монархи мира. Россия

 

НАЧАЛО БЫЛО БЛАГИМ

Совершеннолетие Ивана IV было ознаменовано важным событием. Глава государства принял титул царя.

Люди средневековья представляли мировую политическую систему в виде строгой иерархии. Согласно византийской доктрине центром вселенной была Византия, воспринявшая наследие Римской империи. Русь познакомилась с византийской доктриной еще при киевских князьях. Помнили ее и в московские времена. В XIV в. московских великих князей титуловали иногда стольниками византийского «царя». Конечно, чин этот лишен был в то время какого бы то ни было политического смысла.

Страшный татарский погром и установление власти Золотой Орды включили Русь в новую для нее политическую систему - империю великих монгольских ханов, владевших половиной мира. Русские князья, получавшие теперь родительский стол из рук золотоордынских ханов, перенесли титул «царя» на татарских владык.

Московские князья давно именовали себя «великими князьями всея Русии», но только Ивану III удалось окончательно сбросить татарское иго и из князя-подручника стать абсолютно самостоятельным сувереном. Когда государь короновал шапкой Мономаха внука Дмитрия и даровал сыну Василию титул великого князя Новгородского, в Москве появилось сразу три великих князя. Чтобы подчеркнуть свое старшинство, Иван III стал именовать себя «самодержцем». Название было простым переводом титула «автохтон», который носил старший из византийских императоров.

Падение Золотой Орды и крушение Византийской империи в 1453 г. положили конец как вполне реальной зависимости Руси от татар, так и старым представлениям русских относительно высшей власти греческих «царей». Ситуация в Восточной Европе претерпела радикальные перемены после того, как вместо слабой, раздробленной, зависевшей от татар Руси появилось единое Российское государство. Русское политическое сознание отразило происшедшие перемены в новых доктринах, самой известной из которых стала теория «Москва - третий Рим». Согласно этой теории, московские князья выступали прямыми преемниками властителей «второго Рима» -Византийской империи.

Уже дед Грозного именовал себя «царем всея Руси». Правда, он воздержался от официального принятия этого титула, не рассчитывая на то, что соседние государства признают его за ним (Иван III употреблял его только в сношениях с Ливонским орденом и некоторыми немецкими князьями).

О коронации 16-летнего внука Ивана III бояре не сразу известили иностранные государства. Лишь через два года польские послы в Москве узнали, что Иван IV «царем и венчался» по примеру прародителя своего Мономаха и то имя он «не чужое взял». Выслушав это чрезвычайно важное заявление, послы немедленно потребовали представления им письменных доказательств. Но хитроумные бояре отказали, боясь, что поляки, получив письменный ответ, смогут обдумать возражения, и тогда спорить с ними будет тяжело. Отправленные в Польшу гонцы постарались объяснить смысл московских перемен так, чтобы не вызвать неудовольствия польского двора. Ныне, говорили они, землею Русскою владеет государь наш один, потому-то митрополит и венчал его на царство Мономаховым венцом. В глазах московитов коронация, таким образом, символизировала начало самодержавного правления Ивана на четырнадцатом году его княжения.

Ивана короновали 16 января 1547 г. После торжественного богослужения в Успенском соборе в Кремле митрополит Макарий возложил на его голову шапку Мономаха - символ царской власти. Первые московские князья в своих завещаниях неизменно благословляли наследников «шапкой золотой» - короной своей московской вотчины. Великокняжеская корона в их духовных не фигурировала. Ею распоряжалась всесильная Орда. Когда Русь покончила с тяжким татарским игом, повелители могущественной державы продолжали украшать свою голову прадедовской «золотой шапкой», но теперь они именовали ее шапкой Мономаха. Любознательный австриец Герберштейн видел шапку на Василии III. Она была расшита жемчугом и нарядно убрана золотыми бляшками, дрожавшими при любом движении великого князя. Как видно, шапка была скроена по татарскому образцу. Но после падения Орды восточный покрой вышел из моды. По поводу происхождения шапки Мономаха сложена была такая легенда. Когда Мономах совершил победоносный поход на Царьград, его дед император Константин (на самом деле давно умерший) отдал внуку порфиру со своей головы, чтобы купить у него мир. От Мономаха императорские регалии перешли к московским государям.

Официальные летописи изображали дело так, будто 16-летний юноша по собственному почину решил короноваться шапкой Мономаха и принять царский титул. Митрополит и бояре, узнав о намерении государя, заплакали от радости, и все было решено. В действительности инициатива коронации принадлежала не Ивану, а тем людям, которые правили его именем.

Затеяв коронацию, родня царя добилась для себя крупных выгод. Бабка царя Анна с детьми получила обширные земельные владения на правах удельного княжества. Князь Михаил был объявлен ко дню коронации конюшим, а его брат князь Юрий стал боярином.

Едва ли можно согласиться с мнением, что коронация Ивана IV и предшествовавшие ей казни положили конец боярскому правлению. В действительности произошла всего лишь смена боярских группировок у кормила власти. Наступил кратковременный период господства Глинских.

В глазах самого царя перемена титула была важной жизненной вехой. Вспоминая те дни, царь писал, что он сам взялся строить свое царство и «по Божьей милости начало было благим». Увенчанный царским титулом, Иван IV явился перед своими подданными в роли преемника римских кесарей и помазанника Божьего на земле.

Скрынников Р. Иван Грозный

 

БОЖИЕЮ МИЛОСТИЮ, ЦАРЬ

Святейший император Максималиан, вследствие многих побуждений, особенно по настоянию послов Московскаго государя, дал ему следующий титул: «Светлейшему и могущественному государю, царю Иоанну Васильевичу, повелителю всей Руси, великому князю Владимирскому, Московскому, Новгородскому, государю Псковскому, Смоленскому и Тверскому, царю Казанскому и Астраханскому, единственному другу и брату нашему».

А вот следующий титул он сам обыкновенно употребляет в своих грамотах, посылаемых к иностранным государям; этот титул все его подданные должны держать в памяти самым тщательным образом, как ежедневныя молитвы: «Божиею милостию, государь, царь и великий князь Иван Васильевич всея Руси, Владимирский, Московский, Новгородский, царь Казанский, царь Астраханский, государь Псковский, великий князь Смоленский, Тверской, Югорский, Пермский, Вятский, Булгарский, Новгорода Нижняго, Черниговский, Рязанский, Полоцкий, Ростовский, Ярославский, Белозерский, Удорский, Обдорский, Кондинский и всей земли Сибирской и северной, от начала наследственный государь Ливонии и многих других стран». К этому титулу он часто прибавляет название монарха, что на русском языке, который в сложениях очень счастлив, весьма удачно переводится словом Samoderzetz, так сказать, который один держит управление. Девизом великаго князя Иоанна Васильевича было: «Я никому не подвластен, как только Христу, Сыну Божию».

Принц фон Бухау Д. Начало возвышения Московии. Пер. И. Тихомирова. Русская старина, 1876. Т. 22. № 5

 

ЛЕСТНИЦА С ЗОЛОТЫМИ СТУПЕНЯМИ

В отличие от Византии, на Руси было установлено правило, согласно которому помазанником Божиим становится именно представитель исключительного рода, само происхождение которого связано с тайными судьбами всего мира (Рюриковичи воспринимались как последняя и единственно законная монархическая династия, родоначальник которой, Август, жил во времена боговоплощения и правил в ту эпоху, когда «Господь в римскую власть написася», то есть был внесен в перепись населения как римский подданный). С этого времени начинается история неуничтожимого Ромейского царства, которое несколько раз меняло место своего пребывания, последним его вместилищем накануне Страшного Суда становится Московская Русь. Именно государям этого царства предстоит стать теми, кто духовно подготовит свой народ к «последним временам», когда люди Руси, Нового Израиля, смогут стать гражданами Небесного Иерусалима. Об этом свидетельствует, в частности, важнейший памятник исторического повествования эпохи Грозного, «Степенная книга», в которой особо подчеркивалась душеспасительная миссия Московского царства и его правителей: история рода Рюриковичей уподоблялась там лестнице с золотыми ступенями («златыми степенми»), ведущей на небо, «по ней же невозбранен к Богу восход утвердиша себе же и сущим по них».

Поэтому царь Иван говорил в 1577 г.: «Бог же дает власть, ему ж хощет». Здесь имелась в виду широко распространенная в древнерусской письменности реминисценция из книги пророка Даниила, предупредившего царя Вальтасара о неизбежном возмездии. Но Грозный приводил эти слова для обоснования идеи наследственных прав московских государей, в чем убеждает контекст Второго послания Ивана IV А.М.Курбскому. Царь обвиняет протоиерея Сильвестра и прочих «врагов» трона в попытке узурпации власти и отмечает, что только прирожденные правители могут обладать всей полнотой Богом дарованного «самодержавства».

Каравашкин А. Мифы Московской Руси: жизнь и борьба идей в XVI веке

 

ГРОЗНЫЙ О ЦАРСКОЙ ВЛАСТИ

Как же ты не смог этого понять, что властитель не должен ни зверствовать, ни бессловесно смиряться? Апостол сказал: «К одним будьте милостивы, отличая их, других же страхом спасайте, исторгая из огня». Видишь ли, что апостол повелевает спасать страхом? Даже во времена благочестивейших царей можно встретить много случаев жесточайших наказаний. Неужели ты, по своему безумному разуму, полагаешь, что царь всегда должен действовать одинаково, независимо от времени и обстоятельств? Неужели не следует казнить разбойников и воров? А ведь лукавые замыслы этих преступников еще опаснее! Тогда все царства распадутся от беспорядка и междоусобных браней. Что же должен делать правитель, как не разбирать несогласия своих подданных? <...>

Разве же это «супротив разума» - сообразоваться с обстоятельствами и временем? Вспомни величайшего из царей, Константина: как он, ради царства, сына своего, им же рожденного, убил! И князь Федор Ростиславич, прародитель ваш, сколько крови пролил в Смоленске во время Пасхи! А ведь они причислены к святым. <...> Ибо всегда царям следует быть осмотрительными: иногда кроткими, иногда жестокими, добрым же - милосердие и кротость, злым же - жестокость и муки, если же нет этого, то он не царь. Царь страшен не для дел благих, а для зла. Хочешь не бояться власти, так делай добро; а если делаешь зло - бойся, ибо царь не напрасно меч носит - для устрашения злодеев и ободрения добродетельных. Если же ты добр и праведен, то почему, видя, как в царском совете разгорелся огонь, не погасил его, но еще сильнее разжег? Где тебе следовало разумным советом уничтожить злодейский замысел, там ты еще больше посеял плевел. И сбылось на тебе пророческое слово: «Вы все разожгли огонь и ходите в пламени огня вашего, который вы сами на себя разожгли». Разве ты не сходен с Иудой-предателем? Так же как он ради денег разъярился на владыку всех и отдал его на убиение, находясь среди его учеников, а веселясь с иудеями, так и ты, живя с нами, ел наш хлеб и нам служить обещался, а в душе копил злобу на нас. Так-то ты соблюл крестное целование желать нам добра во всем без всякой хитрости? Что же может быть подлее твоего коварного умысла? Как говорил премудрый: «Нет головы злее головы змеиной», также и нет злобы злее твоей. <...>

Неужели же ты видишь благочестивую красоту там, где царство находится в руках попа-невежды и злодеев-изменников, а царь им повинуется? А это, по-твоему, «сопротивно разуму и прокаженная совесть», когда невежда вынужден молчать, злодеи отражены и царствует богом поставленный царь? Нигде ты не найдешь, чтобы не разорилось царство, руководимое попами. Тебе чего захотелось - того, что случилось с греками, погубившими царство и предавшимися туркам? Это ты нам советуешь? Так пусть эта погибель падет на твою голову! <...>

Неужели же это свет - когда поп и лукавые рабы правят, царь же - только по имени и по чести царь, а властью нисколько не лучше раба? И неужели это тьма - когда царь управляет и владеет царством, а рабы выполняют приказания? Зачем же и самодержцем называется, если сам не управляет? <...>

Литература:

Связанные материалы:

Иван IV Грозный

Личность Ивана Васильевича IV, несомненно, является противоречивой не только для нас, но и для современников московского царя.

Иван III

Иван III Васильевич Великий (Правосуд, Грозный) - великий князь Московский и фактический создатель Московского государства. Возможно, самый недооцененный правитель России.

0 Комментариев


Яндекс.Метрика