Чистый исторический интернет
более 300 ресурсов с достоверной информацией

Главный исторический портал страны

Сегодня в прошлом

Жизнь в страхе. К годовщине побега одного советского разведчика


В этот же день в 1943 году:
ведомство Геббельса сообщило о том,
что НКВД расстреляло польских офицеров в Катыни;
ровно 47 лет спустя версию Геббельса подтвердил ТАСС

13 апреля 1954 года Австралия предоставила политическое убежище сотруднику советского посольства и разведчику Владимиру Петрову, сбежавшему десятью днями ранее. 

Громкое дело «Шалтая-Болтая» завершено: Владимиру Аникееву предъявлены обвинения и, похоже, он даже готов их признать – по крайней мере передал, что раскаивается. Однако за прошедшее пару месяцев забылось главное, с чего это громкое дело начиналось. В начале февраля двум сотрудникам киберцентра ФСБ – Сергею Михайлову и Дмитрию Докучаеву – были предъявлены обвинения в госизмене: обоих обвинили в передаче секретной информации представителям США. Именно Михайлов, как считается, был кураторов Аникеева. Что же до популярного мема «Russians did this», да и всей этой темы с русскими хакерами на американских выборах, то это действительно может быть далёким отголоском деятельности экс-работников ФСБ.

Сегодня, в 63-ю годовщину одного из самых громких шпионских скандалов прошлого века, стоит поговорить о том, что все подобные граждане, по сути – глубоко несчастные люди.

И Берия ни при чём

У советской разведки 1930-1950 годов хорошее реноме: успешная работа Рихарда Зорге, предотвращение сепаратных переговоров союзников с руководством третьего Рейха в конце войны. Тем более нужно помнить, что были не одни только успехи. Одним из таких крайне неприятных провалов стало дело Владимира Петрова. И неприятнее всего то, что вина за провал лежит полностью на самом перебежчике и тех, кто готовил его для работы за рубежом.

Причёсанная версия истории гласит, что Петров считался в неформальной табели о рангах госбезопасности одним из людей Берии, его выдвиженцем. А следовательно, после довольно тёмной истории с арестом, судом и расстрелом влиятельного сталинского наркома у третьего секретаря посольства СССР в Австралии также могли начаться неприятности – от ротации на какую-нибудь менее престижную для работы страну до «ротации» в места не столь отдалённые. А не хотелось. И чтобы этого избежать, Петров вышел на работников австралийской контрразведки с просьбой о политическом убежище. И убежал.

Есть и другие сведения. В ней секретарь посольства Петров выглядит не столь уж невинной жертвой. Ну вот хотя бы взять с конца. Что значит: вышел на работников контрразведки? Это ведь не полицейские, на перекрёстках не стоят. Более вероятно другое: австралийская контрразведка (АСБР) вышла на Петрова. Ещё бы ей не выйти, если такое счастье само плывёт в руки – в пьяном виде направляется к женщинам низкой социальной ответственности. Не сам прогуливается: АСБР обратила внимание на Петрова и начала его постепенную разработку. В результате знакомый Петрова с польскими корнями (и агент АСБР) Майкл Бялогурский однажды познакомил советского разведчика со своим куратором. А тот уже пообещал, что «...будут деньги, дом в Чикаго, много женщин и машин». Так что планы остаться на Западе возникли ещё до всей этой кутерьмы с чисткой КГБ от людей Лаврентия Берии. Уже совсем не жертва обстоятельств, правда?

Что же до «бериевщины», то тут ещё проще. С момента перевода в Канберру Петров не сошёлся с послом Николаем Генераловым до такой степени, что последний при случае воспользовался политической ситуацией, чтобы таким образом «пнуть» своего противника. И отозвать Петрова в СССР действительно собирались. Но не из-за Берии, а именно из-за дружбы с Бялогурским, связи которого с разведкой Австралии были известны (так же, как и его связи с гестапо во время войны, о чём Петрова предупреждали и неоднократно). И о угрозе вербовки Петрова в Москве знали уже в ноябре 1953 года. Поэтому басни о невинно пострадавшем из-за кровавого Берии и внезапный выход на контрразведку – именно басни. 2 апреля прибыл сменщик Петрова и потребовал сдать дела. 3 апреля тот бежал, похитив секретные документы.

Участь предателей

Что Петров сдал в обмен на пожизненные гарантии безопасности и деньги? Проще сказать, что не сдал. По показаниям Петрова и его супруги (сняли с самолёта, улетавшего в Москву, убедили остаться) было раскрыто более сотни агентов, включая двух из так называемой «кембриджской пятёрки» – Гая Бёрджесса и Дональда Маклейна – исключительно ценных агентов. Достаточно сказать, что одним из пятёрки был знаменитый Ким Филби, дослужившийся до поста замначальника британской SIS и занимавшегося советской и коммунистической деятельностью в Великобритании (т.е. он должен был ловить самого себя). Бёрджес и Маклейн к тому моменту уже были эвакуированы в Москву, однако разведка Британии (австралийцы с ними самым активным образом сотрудничали) этого не знала.

А вот что написал в мемуарах его вербовщик и собутыльник: «...помимо возможности передачи сведений в отношении многих активных и потенциальных советских агентов в Австралии, Петров располагал уникальной информацией по структуре и организации руководящего центра МВД [так в тексте – Авт.] в Москве, его функциональным подразделениям, методике и особенностям вербовки, а также местам внедрения зарубежной агентуры МВД. Кроме этого, одной из служебных обязанностей Петрова был прием и отправление дипломатических курьеров, а также встреча и сопровождение вновь прибывших сотрудников посольства. Это позволяло ему получать значительную информацию о происшествиях в среде советских дипломатов и сотрудников МВД в Великобритании, Соединенных Штатах Америки и других странах».

Ну и конечно шифры – и Петров, и жена были шифровальщиками. В общем, находка для шпиона.

Находка стоила недорого, всего 5 тыс. фунтов. Потом ещё, правда, подбрасывали, по привычной схеме (гонорары за книги) Петров написал две, – о начале войны и о СССР, то есть автор был такой пробной версией Резуна-Суворова

Книга о СССР называлась «Империя страха», однако в страхе жил сам Петров. До самой смерти в доме престарелых метался от боязни повторения судьбы Льва Троцкого до желания скорейшей развязки: «Лучше бы я умер: ни друзей, ни будущего». Очень верная оценка. А умер-то в 1991 году, 37 лет в таком аду прожил.

***

Наверняка будущим сотрудникам спецслужб в рамках спецкурсов рассказывают о знаменитых и успешных разведчиках. Этого недостаточно. Стоит подробно рассказывать таких вот примерах, тем более что и додумывать ничего не нужно: людей счастливой судьбы тут не найти: пишут пакости, живут в страхе, умирают в богадельнях. Вот ведь какая судьба, удивительно злая судьба. 

Теги: Историческая политика Историческая публицистика История международных отношений и дипломатии История СССР История разведки

0 Комментариев


Яндекс.Метрика