Чистый исторический интернет
более 300 ресурсов с достоверной информацией

Главный исторический портал страны

Историко-культурный стандарт

Петровские реформы: зачем, для кого и какой ценой

 

Валентин Жаронкин.
Нет в русской истории «трудных вопросов».
Часть 8: Пётр Великий

В нашем исследовании историко-культурного стандарта переходим к «трудному вопросу» № 8: «Причины, особенности, последствия и цена петровских преобразований».

Начнём, как обычно, с научной сертификации: кратко объясним содержание вопроса, опираясь на его толкование в современной историографии и здравый смысл учителя и преподавателя с более чем 20-летним стажем.

***

К последней четверти XVII века отставание России от ведущих государств Западной Европы в научном, техническом и общекультурном отношении, начавшееся в XIV – XV столетиях, приблизилось к стадии цивилизационного разрыва.

России не только не хватало, например, средств, чтобы содержать современную для той эпохи – регулярную – армию круглый год (у нас на 11 месяцев солдат распускали на «вольные хлеба»). Ей не хватало элементарных военных, юридических и технических знаний.

Российская дипломатия не знала, что происходит в мире – не умела добыть соответствующую информацию.

Российский госаппарат был малоэффективен: не была разграничена компетенция госучреждений, не были регламентированы порядок их работы и делопроизводство.

Российская промышленность находилась в зачаточном состоянии из-за нехватки квалифицированных инженерно-технических кадров, да и вообще производственной культуры.

С 1630-х годов Россия пыталась создавать по западным образцам регулярную армию – однако некому было не только написать современные уставы, но и перевести их с иностранных языков. И ещё во второй половине XVII века русские регулярные полки учились по устаревшим западным уставам – где, например, процесс заряжания мушкета был разбит аж на 94 приёма! Попробуй-ка освой это за один месяц в году… На Западе точно такой же мушкет учили тогда заряжать в 12 «темпов». А русские солдаты (по свидетельству публициста конца XVII столетия Ивана Посошкова) в бою больше надеялись на бердыш – боевой топор…

И к концу XVII века стала реальной угроза превращения России в вассала какой-нибудь западной державы – из тех, где сами производили ружья и где заряжали их в 12 приёмов, а не в 94. Знаменитый немецкий учёный Иоганн Готфрид Лейбниц на что уж не интересовался политикой, и то заявил в 1670 году, что будущее России – это стать колонией Швеции. То есть эта мысль на Западе просто в воздухе витала – раз даже до сознания Лейбница дошла…

Соответственно, надо было модернизировать страну ещё быстрее, ещё радикальнее, чем при первых Романовых. Перенимать научные, технические и общекультурные достижения ещё более быстрыми темпами.

В этом и заключались причины (и сущность) реформ Петра I.

Но плана их у Петра никогда не было. Он начинал проводить реформы по мере возникновения перед страной проблем, которые надо было во что бы то ни стало решить.

Почему надо?

Потому что Пётр – этот сын XVII века с его рационализмом и этатизмом – хотел добиться «общего блага».

А это «общее благо», считал он, может обеспечить только государство.

А чтобы сделать государство сильным, надо, в частности, обеспечить ему прибыль от торговли с другими странами.

А для этого получить выход к морям.

А для этого – воевать с Турцией и Швецией (и эти войны заняли 26 из 43 лет петровского царствования – с 1695 по 1721 год).

А чтобы выиграть эти войны с двумя великими державами, Петру пришлось создать мощнейшие в Европе армию и флот.

А чтобы их создать, пришлось радикально перестроить, модернизировать всё государство (это же оно должно найти деньги для вооружённых сил, собрать эти деньги,  довести их до потребителя и обеспечить эффективное использование). То есть реформировать госаппарат, образовать людей, создать на этой основе мощную промышленность.

Пришлось реформировать и общество – европеизировав, например, быт его верхушки (дворянства). Потому что это ей, верхушке, надо учиться у Запада – а как учиться, если ты чувствуешь свою абсолютную несхожесть с тамошними людьми? Да не выйдет из этого ничего… А вот если ты внешне ничем от «западника» не отличаешься, таким упадническим мыслям возникнуть труднее…

Пришлось при этом ни с чьими личными интересами не считаться. Раз для государства надо – значит, надо, значит, поедешь учиться в Голландию. И выучишься! А нет – с тобой будет поступлено «безо всякия пощады»…

И вот результат: благодаря петровским реформам Россия стала великой европейской державой. Её суверенитет, её интересы оберегали теперь мощнейшие армия и флот – опиравшиеся на собственную промышленность и систему образования.

Теперь уже Россия, закономерно ставшая в 1721 году империей, определяла, кто чьей колонией станет, а не за неё определяли.

Цена реформ?

Любимый некоторыми писателями и публицистами ещё со времён славянофилов XIX века тезис о том, что изнурённое налогами и повинностями население при Петре стало вымирать, давно опровергнут историками. Численность населения России при Петре выросла – раза в полтора. Но что да, то да – уровень жизни снизился. Это видно по уменьшению среднего роста новобранцев – значит, уменьшился и средний рост населения, а рост (при прочих равных условиях) – верный показатель уровня жизни.

Одни только прямые налоги-то за 40 лет выросли в три раза (инфляция лишь немного уменьшает этот контраст).

Много народу с отчаяния бросило хозяйство и подалось в разбойники.

Были грандиозные восстания – незаметные только на фоне ещё более грандиозных событий тех лет (Полтавской битвы, например). Восстание 1705 – 1706 годов в Астрахани, восстание Кондратия Булавина – начатое вольными казаками, но поддержанное налогоплательщиками.

Из ничего ничего не бывает – и это тоже правда о петровской эпохе.

 

Литература

  1. Водарский Я.Е. Петр Первый // Вопросы истории. 1993. № 6.
  2. Молчанов Н.Н. Дипломатия Петра Великого. М., 1991.
  3. Павленко Н.И. Петр Великий. М., 1994.
  4. Россия Петра Великого // Специальный выпуск журнала «Родина». 2007. № 11.

 

Читайте также:

Иван Зацарин. Военный бунт как приговор государству. К 111-летию восстания на «Потёмкине»

Егор Яковлев, Дмитрий Пучков. От войны до войны. Часть 7: мифы о Первой мировой и Русской Революции

Иван Зацарин. Нефть, добытая из цифр. К 62-летию мирного атома, придуманного в СССР

Юрий Борисёнок. Наш ответ Кубертену. Спортивные санкции и национальный суверенитет

Игорь Угольников. Чтобы дети играли в Чапаева: просто делать хорошее военное кино

Армен Гаспарян. История – это такая война, в ней тоже надо победить. О встрече Путина с историками

Владимир Мединский. Не надо гоняться за фальсификаторами: у нас есть своя история

Теги: Историческая политика Историческая публицистика Политическая история История реформ

0 Комментариев


Яндекс.Метрика