Версия для печати

Россия. Военная история

Спасти других и погубить себя: битва на реке Сить

Поражение русских войск в сражении 4 марта 1238 года стало отправной точкой ордынского владычества на северо-востоке Руси

Битва на реке Сить, датой которой традиционно считается 4 марта 1238 года, гораздо меньше на слуху, чем сражение на Калке, Куликовская битва или стояние на Угре. Но в истории противостояния Руси и Золотой Орды это событие занимает особое место: именно его многие историки считают последней попыткой серьезного сопротивления монголо-татарскому нашествию, обернувшемуся двухсотлетним игом.

Поход за подкреплением

В поход на реку Сить, расположенную на территории нынешних Тверской и Ярославской областей, владимирский князь Юрий (Георгий) Всеволодович отправился в середине января 1238 года, когда стало очевидно, что сражаться в одиночку против Орды невозможно. Требовалось собрать войско, которое по своим размерам и боевым возможностям не уступало бы монголо-татарскому, а на это требовалось прежде всего время. Получить выигрыш в нем можно было лишь одним способом: уйти в глухие и неизвестные татарам места, затаиться, а после подхода подкреплений двинуться на врага.

Великий князь Владимирский Юрий Всеволодович. Условный портрет на столпе Архангельского собора Московского Кремля, середина XVII века

Великий князь Владимирский Юрий Всеволодович. Условный портрет на столпе Архангельского собора Московского Кремля, середина XVII века

Источник: oko-planet.su


Поскольку большая часть городов и княжеств северо-востока Руси к тому времени уже была захвачена или уничтожена, ждать помощи можно было прежде всего из Новгорода и Суздаля – от Ярослава Всеволодовича и Святослава Всеволодовича. Именно к ним и обратился с призывом прислать свои полки князь Юрий Владимирович. Кроме них, можно было рассчитывать еще на помощь угличского князя Владимира Константиновича, чьи полки успели присоединиться к владимирским еще по пути на Сить, и ростовские полки под началом князя Всеволода Константиновича. Но дождаться новгородских ратей князь Юрий так и не успел, пришли только суздальцы. В итоге к началу битвы в его распоряжении, как считает большинство исследователей, оказалось всего около 12-15 тысяч человек против примерно такого же по численности войска Орды, которое привел на Сить монгольский темник Бурундай. При таком раскладе преимущество должно было остаться за русскими полками, ведь большинство в них составляли пешие воины, которым было гораздо удобнее сражаться в лесах и болотах, окружающих реку Сить. Но в действительности битва фактически была проиграна еще до начала, поскольку татарское войско подошло не с той стороны, с которой его ждали русские воеводы, и совершенно неожиданно для них.

Враг подкрался незаметно

Точное место схватки на берегах Сити до сих пор остается поводом для споров между специалистами. Многочисленные найденные останки русских и монгольских воинов на протяжении практически всей реки, от истока до устья, дают повод предположить, что свои войска князь Юрий Владимирович рассредоточил по прибрежным деревням и селам, чтобы за их счет обеспечивать воинов. И это тоже стало одной из причин неизбежного поражения: ордынцы получили возможность разбить противостоящих им ратников по частям. К тому же, как говорится в большинстве летописей той эпохи, в частности, в Ипатьевской, княжеские войска стояли на реке Сить, «не имея сторожи», то есть не выставив дальних дозоров, которые могли бы предупредить о приближении противника. Впрочем, сделать это в любом случае было бы непросто: преследовавшие князя ордынцы шли намного быстрее, чем от них можно было ожидать, и соблюдали максимальную секретность своего марш-броска, не отвлекаясь на грабежи, но и не оставляя ни одного свидетеля своего похода.

Первый удар татарские конники нанесли по трехтысячному отряду воеводы Дорофея Федоровича (в летописях его называют «Дорожа»), который был отправлен делать засеки со стороны Углича. Это направление считалось второстепенным: наступления татарского войска, к тому времени уже взявшего Тверь и осадившего Торжок, ждали оттуда, с юго-запада. Но отряд, выделенный ханом Батыем под командование темника Бурундая, шел строго по следам войска князя Юрия Всеволодовича — через Ростов и Углич, и именно с этого направления нанес первый удар.

«Ситская битва — начало». Картина художника Игоря Мошкина, 2006 год

«Ситская битва — начало». Картина художника Игоря Мошкина, 2006 год

Источник: picture-russia.ru


Летописные источники свидетельствуют, что воевода Дорожа, когда его отряд был разгромлен, успел-таки добраться до ставки князя Юрия и сообщить ему, что «уже, княже, обошли нас татары». Предводитель русской рати отдал приказ размещавшимся поблизости полкам готовиться к схватке, но опоздал: противник ворвался в становище буквально на плечах последних уцелевших воинов из отряда Дорофея Федоровича. «Начал князь полки ставити около себя, и вот внезапно примчались татары, князь же, не успев ничего, побежал», — гласят летописи. Далеко уйти Юрию Всеволодовичу не удалось, он пал в схватке с монголами, а после сражения его тело обезглавили, а голову отправили хану Батыю — как свидетельство того, что больше у Северо-Восточной Руси нет ни войска, ни того, кто мог бы его собрать.

Поражение, остановившее врага

Русское войско, растянутое почти на сто километров вдоль берегов реки Сить, так и было разгромлено по частям. Но сказать, что оно не сумело оказать серьезного сопротивления, нельзя. Ратники, понимавшие, что ничего, кроме смерти, им от ордынцев ждать не приходится, дорого продавали свои жизни. По итогам битвы оказалось, что от воинов Бурундая осталась лишь небольшая часть, способная продолжать поход и присоединиться к взявшему наконец Торжок основному войску хана Батыя. Именно это обстоятельство и вынудило Бату-хана в конечном итоге отказаться от продолжения наступления на Новгород: его силы были теперь практически равны силам новгородцев (войско которых не успело прийти на Сить и потому уцелело), а это ставило ордынцев в невыгодное положение.

Однако для княжеств Северо-Восточной Руси разгром войск князя Юрия Всеволодовича означал полное поражение. Семья князя, оставленная им во Владимире, месяцем раньше погибла во время штурма города. Уцелевшие в схватке князья – угличский Владимир Константинович и суздальский Святослав Всеволодович – претендовать на то, чтобы возглавить сопротивление Орде, уже не могли, так как потеряли большую часть своих войск на берегах Сити. С этого момента и до конца XV века северо-восточные русские земли оставались данниками ордынских ханов, и только московскому царю Ивану III в результате знаменитого стояния на реке Угре удалось сбросить это ярмо.

Епископ ростовский Кирилл находит останки великого князя Юрия Всеволодовича, павшего в битве на берегу реки Сить. Рисунок художника Василия Верещагина из альбома «История Государства Российского в изображениях державных его правителей с кратким пояснительным текстом», 1896 год

Епископ ростовский Кирилл находит останки великого князя Юрия Всеволодовича, павшего в битве на берегу реки Сить. Рисунок художника Василия Верещагина из альбома «История Государства Российского в изображениях державных его правителей с кратким пояснительным текстом», 1896 год

Источник: commons.wikimedia.org


Обложка: «Ситская битва — конец». Картина художника Игоря Мошкина, 2006 год. Источник: e-history.kz


Смотрите также

Стояние на реке Угре: водораздел между игом и свободой

Как Москва от Тохтамыша тюфяками отбивалась

Смиренный правитель и яростный воин: 7 фактов о Дмитрии Донском

Раковорская битва: страшнее Ледового побоища

Даниил Галицкий, первый русский король


Пожалуйста, оцените материал:
Просмотры: 9195
1 Комментарий

Дубицкий Николай

Более бездарных и жадных до власти князей после Князя Святослава. На Руси не было. Даже когда Северо западная Русь гибла от Монголо татар. Южные князья продолжали воевать друг с другом. Во всех летописях нет обвинительных высказываний что вся беда народа Руси лежит на тех кто руководил ею. Только об их храбрости и героической смерти. Грош цена их смерти и их семей против миллионов смертей народа. Хватит занимать их отбеливанием , тем более возведения в ранг святых. Святым может быть только несчастный народ.