Как это было?

Львовский собор: возвращение украинских униатов в родную гавань

8 марта 1946 года во Львове Украинская греко-католическая церковь разорвала унию с Римом и объединилась с Русской Православной церковью.

События последних месяцев вокруг получения Украинской православной церковью томоса на автокефалию взволновали верующих во множестве стран и прежде всего – в России и на Украине. Стремление к обособлению, продемонстрированное иерархами УПЦ в полном соответствии с изоляционистским курсом нынешнего украинского правительства, вызывало обоснованные опасения в том, что оно будет использовано во вред самим верующим. Что, кстати, подтвердили дальнейшие события, когда начались силовые изъятия храмов и ликвидация приходов.

В украинской истории подобное уже случалось, но надо помнить, чем это закончилось. А закончилось это знаменитым Львовским собором, прошедшим 8-10 марта 1946 года. Тот собор положил конец давней и унизительной унии Украинской греко-католической церкви с Римской католической церковью и привел украинских греко-католиков назад, в лоно Русской Православной церкви. Примечательно, что один из инициаторов этого исторического события, протопресвитер Гавриил Костельник в своей речи на открытии этого собора отметил: «Для большой и сильной религиозной идеи никакие преследования не страшны. В огне преследований религия еще больше укрепляется и утверждается, освящается. Православие выдержало и перенесло многовековое магометанское ярмо, выдержало и всякие преследования от латинян. А уния? Она не имела жизненной силы. Почему? Потому что уния не имеет корня. Она всего лишь искусственное произведение, дурное семя».


Протопресвитер Гавриил Костельник, считавший ликвидацию унии делом всей своей жизни.
Источник: https://www.liveinternet.ru

«Никогда нас не признавали за настоящих католиков»

Чтобы понять причины созыва Львовского собора и логику его решений, нужно вернуться на три с лишним века назад – к так называемой Брестской унии 1596 года. Предыстория ее такова. К концу XVI века ситуация вокруг православной церкви в пределах Речи Посполитой стала особенно напряженной. С одной стороны, в связи с общим кризисом вселенского православия нарастали противоречия внутри православных приходов в Западной Руси, с другой, шла активная прозелитическая деятельность католической церкви в этих землях. Существенную роль играло и желание королей Речи Посполитой оторвать православное население Западной Руси от лона православной церкви. Делалось это для того, чтобы исключить возможные сепаратистские действия и обезопасить восточные границы Речи: незадолго до этого Московский патриархат получил автокефалию, а отношения между Варшавой и Москвой никогда не были безоблачными.

Был и еще один мотив, подвигавший высших церковных иерархов западнославянской православной церкви на объединение с католиками. Видя, какие социальные и имущественные привилегии имеют иерархи-католики, они не могли не понимать, что по мере усиления влияния Рима в Речи Посполитой их собственные имущество и права будут секвестированы. И это тоже стало поводом для разговоров об унии с Римом: дескать, после заключения этого соглашения православная вера и православные церкви Западной Руси будут в безопасности, тогда как без него им грозит нешуточная опасность.


Иезуит Петр Скарга — один из главных идеологов подписания Брестской унии 1596 года.
Источник: https://www.liveinternet.ru

На этой волне и была заключена Брестская уния. Акт о присоединении западнорусских православных к Римско-католической церкви представители двух церквей подписали 23 декабря 1595 года в Риме, а утвердили 19 октября 1596 года в Бресте. И тотчас после этого та часть исповедующих православие, которая не приняла нового положения дел, в одночасье превратилась в гонимых и преследуемых. Впрочем, ненамного лучше чувствовали себя и униаты, как стали называть сторонников новой греко-католической веры, которые приняли католическое вероучение, но отправляли службы в византийской традиции и на церковнославянском языке. Как подчеркивал в 1946 году протопресвитер Гавриил Костельник, «никогда нас не признавали за настоящих католиков, потому что мы и не были римо-католиками. Мы были в их церкви словно чужаки в селе».

Долгая дорога домой 

Решение, принятое иерархами новой Русской униатской церкви, преемницей которой со временем стала Украинская греко-католическая церковь, поддержали далеко не все верующие. Возник подспудно тлеющий конфликт, который время от времени выливался в переход греко-католиков обратно в православие. Впервые это удалось сделать в 1794 году, когда под патронатом императрицы Екатерины Великой была создана православная миссия под руководством архиепископа Минского, Изяславльского и Брацлавского Виктора Садковского. Эта миссия действовала на землях, отошедших Российской империи после второго раздела Речи Посполитой, и весьма успешно: всего за два года подавляющее большинство населения новых земель вернулось в лоно православной церкви.

Следующим шагом стал Полоцкий собор представителей униатской церкви, открывшийся 24 февраля 1839 года в Софийском соборе Полоцка. В результате принятых на нем решений к Русской Православной церкви присоединилось свыше 1,6 млн прихожан и более 1500 священников. А последним шагом к возвращению западнорусских православных верующих к отеческой церкви стал Львовский собор 1946 года.


Президиум Львовского собора 1946 года: архиепископ Станиславский и Коломыйский Антоний,
протопресвитер Гавриил Костельник и епископ Дрогобычский и Самборский Михаил. Источник: https://pravoslavie.ru

Справедливости ради нужно сказать, что подготовка Львовского собора велась, так сказать, с двух стратегических направлений. С одной стороны, в Галиции, ставшей частью СССР только в 1939 году и вновь освобожденной от немцев в 1944-м, к тому времени среди верующих вовсю шли разговоры о возвращении в православие. Их поддерживали и многие униатские иерархи, в основном среднего звена. С другой стороны, стремление способствовать отрыву западнорусских православных от Рима демонстрировала и Москва. Сохранилась докладная записка председателя Совета по делам Русской православной церкви при Совнаркоме Георгия Карпова с резолюцией Сталина, в которой говорится: «Русская православная церковь… может и должна сыграть значительную роль в борьбе против римско-католической церкви (и против униатства), ставшей на путь защиты фашизма и добивающейся своего влияния на послевоенное устройство мира». В качестве одной из форм такой борьбы Карпов и предложил организовать «мероприятия по отрыву приходов греко-католической (униатской) церкви в СССР от Ватикана и последующему присоединению их к Русской православной церкви».

«Так родилось и само христианство» 

Из этого взаимного стремления и возник Львовский собор 1946 года. Уже упоминавшийся протопресвитер Гавриил Костельник, и раньше радевший за возвращение униатов в православие, стал одним из трех членов инициативной группы по его подготовке, а когда собор уже был собран – его председателем. В своем обращении к участникам собора он подробно обосновал, почему греко-католическая церковь никогда не была и не может быть частью римско-католической, после чего обратился к собравшимся с такими словами: «Когда униаты в царской России покинули унию и воссоединились с православной Церковью, то они ничего нового не принесли для православной Церкви, но и не имели никаких трудностей перед собой, потому что в результате изменения ждали их только сами выгоды. Не так оно с нами! Нас ждут различные трудности, печали и опасности. Наши «лешие» (бандеровцы), хоть сами православные, выступают против нашей акции с угрозами. В нашем государстве Церковь отделена от государства. Церковь и духовенство полностью зависимы от народа. И мы в ответе за то, чтобы все изменения в нашей Церкв – и в дисциплине, и в обряде, и в обычаях, шли так мудро и осторожно, чтобы не отталкивать народ от Церкви и не гасить в нем религиозного духа. Но посмотрите на историю и уясните себе, что все большое, беременное большой будущностью, рождалось именно так – в скорбях, опасностях и страданиях, чтобы прошло самую твердую школу жизни и сдало экзамен зрелости. Так родилось и само христианство».


Экзарх (наместник Московского патриархата) Украины Иоанн зачитывает участникам Львовского собора
телеграмму Патриарха Московского и всея Руси Алексия. 9 марта 1946 года.
Источник: https://www.pinterest.com

В своей речи пресвитер Гавриил Костельник не раз употреблял словосочетание «Всерусская церковь», но лишь в самом конце пояснил, что именно он имеет в виду: «Это историческое название всем нам хорошо известно. Оно употреблялось не только в России, но и в Литве, и в изначальной Польше. Христовой Церкви присуща тенденция «соединения всех церквей» – тем более, когда церкви находятся в одном государстве. Название «Русская Православная Церковь» происходит от православной Церкви Киевской Руси, откуда происходит и название «Русь», и соединяет в себе православие украинского, великорусского и белорусского народов так же, как сама Киевская Русь исторически соединяет украинский, великорусский и белорусский народы».

«Вечная память защитникам православия»

Стоит сказать, что, хотя во многом Львовский собор и был инициирован государством, подавляющее большинство западно-украинских грекокатолических священников (997 из 1270) полностью поддержали его решения. Согласились с ними и простые прихожане: даже в секретных справках госбезопасности отмечалось, что отношение к возвращению в православие у населения «нейтральное или положительное».

Рим, как и следовало ожидать, к этому событию отнесся крайне негативно, хотя и не стал выступать с собственными заявлениями. Эту неблаговидную роль отвели тем иерархам униатской церкви Украины, которые сохранили верность престолу Святого Петра. Они неоднократно говорили о том, что Львовский собор неправомочен, что его итоги не должны признаваться, что он не выражал мнения большинства верующих… Но факты говорят о другом. В частности, итоги Собора признали все Поместные православные церкви мира, а от наиболее одиозных заявлений униатов открестились даже в Риме. И даже Украинская православная церковь, которая сегодня так гордится мало кем признанным томосом об автокефалии, в 2006 году утверждала, что «никоим образом не оправдывает тех исторических обстоятельств и средств тоталитарного советского прошлого, при которых проводился Львовский собор 1946», но «по-прежнему анафематствует… беззаконные деяния, которые имели место в Бресте 1596 года и провозглашает вечную память защитникам православия и просит их молитв перед Престолом Божьим об утверждении православия в нашей многострадальной Родине».


После Львовского собора 1946 года. Слева направо: настоятель отец Евгений (Юрик; будущий митрополит Львовский и Тернопольский Николай),
протопресвитер Гавриил Костельник, архиепископ Станиславский и Коломыйский Антоний, Патриарх Московский и всея Руси Алексий,
епископ Дрогобычский и Самборский Михаил, отец Иоанн Лоточинский из Ивано-Франковска. Источник: https://www.pinterest.com

Обложка: На совещании глав и представителей поместных Православных церквей в Москве в связи с 500-летием автокефалии Русской Православной церкви, июль 1948 года. Слева направо, в первом ряду: епископ Сергий (Ларин), архиепископ Елевферий (будущий митрополит Пражский и Чешский), протопресвитер Гавриил Костельник; во втором ряду: игумен Пимен (Извеков; будущий Патриарх Московский) и секретарь Даниленко. Источник: https://www.pinterest.com


Пожалуйста, оцените материал:
Просмотры: 305
0 Комментариев