Владимир Чуров

К 80-летию Боев на реке Халхин-Гол («Номонханский инцидент») с 11 мая по 16 сентября

Основная идея данного очерка заключается в том, что военное столкновение СССР и МНР с одной стороны, с Японией и Маньчжоу-Го с другой стороны, с 11 мая по 16 сентября 1939 года, рассматривается как часть, в общем, непрерывного военного сотрудничества России и Монголии с 1911 по 1991 год. Это сотрудничество решало одну задачу, сформулированную по результатам Русско-японской войны 1904 - 1905 годов: обеспечение безопасности Восточно-Сибирских и Дальневосточных границ России при сохранении независимости (первоначально - широкой автономии) и территориальной целостности Внешней Монголии - МНР.

Современная карта территории Восточной Монголии, граничащей с Россией и Китаем. На карте ReiseKnow-HowVerlagесть забавная опечатка - рыбацкий поселок Монголрыба на северном берегу озера Баир-Нур в дельте Халхин-Гола назван "Монготрыбой".

Современная карта территории Восточной Монголии, граничащей с Россией и Китаем. На карте ReiseKnow-HowVerlagесть забавная опечатка - рыбацкий поселок Монголрыба на северном берегу озера Баир-Нур в дельте Халхин-Гола назван "Монготрыбой"


1. Еще в 1901 году, во время Китайского похода, отряд генерал-лейтенанта Константина Викентьевича Церпицкого действовал в приграничных районах Южной Маньчжурии и Восточной (Внутренней) Монголии, организуя и разведку в западном направлении, в том числе с участием опытнейшего разведчика, "архилихого" купца Александра Георгиевича (Егоровича) Громова, соратника по туркестанским походам самого Скобелева. Монголия (Халха) не принимала участия в войне 1900 - 1901 года.

Слева: генерал Церпицкий в 1904 году, назначенный на фронт в Маньчжурскую армию. Справа: Александр Георгиевич Громов


2. Особенная необходимость в военной разведке Внутренней и Внешней (Халха) Монголии проявилась в ходе Русско-японской войны в Маньчжурии. Правый фланг Русской армии примыкал к границам Монголии, а японская тактика заключалась, прежде всего, в обходе наших флангов. Тогда, под угрозой окружения, армия Куропаткина оттягивалась на север вдоль Юго-Маньчжурской железной дороги.

Ни у нас, ни у японцев (к счастью), не было подробных и достоверных карт местности к западу от Маньчжурии. Разведка, вновь при участии А. Г. Громова, сумела установить отсутствие японских отрядов в Монголии, а, заодно, и невозможность полноценного снабжения огромной армии из Халхи ввиду отсутствия коммуникаций и ограниченности ресурсов. Но отношение Халхасских княжеств к России было дружественным.

До конца войны японцы так и не рискнули предпринять обходное движение через монгольские пустыни и горы.

3. После Русско-японской войны Генеральный Штаб Российской армии озаботился разведкой различных путей переброски войск в Маньчжурию. В 1907 - 1909 году состоялась Монголо-Сычуаньская экспедиция полковника Петра Кузьмича Козлова.

Разведку южного, в обход пустыни Гоби, возможного маршрута поручили полковнику Густаву Карловичу барону Маннергейму. В 1906 - 1908 годах, публично по поручению Географического общества, на самом же деле "с негласными целями", барон прошел от Ташкента до Пекина. Помогал снаряжению экспедиции, снабжал Маннергейма имевшимися сведениями и картами, отправлял барона из Ташкента и встречал его в Пекине военный разведчик Генерального Штаба полковник Лавр Георгиевич Корнилов, будущий генерал, военачальник и первейший вождь Добровольческой Белой армии.

Карта разведывательной экспедиции полковника барона Маннергейма 1906 - 1908 годов.


Экспедиция Маннергейма доказала невозможность переброски на Дальний Восток к Тихому океану и снабжения больших масс войск этим путем. Тем более возросла важность Внешней Монголии, тогда находившейся в статусе самоуправляющейся территории под властью Цинской империи.

4. Накануне крушения Цинской империи, в августе 1911 года в Петербург прибыло Монгольское посольство, а уже 21 октября (3 ноября) 1912 года в Урге (теперь Улан-Батор) было подписано соглашение о гарантиях со стороны России сохранения автономного строя в Монголии. Эти гарантии включали:

- дипломатическую поддержку,

- финансовую помощь,

- военную помощь в виде поставок оружия и направления инструкторов.

…Когда комитет семи монгольских князей и высших лам выбрал хана нового государства, объявил о независимости от разваленного революцией Китая и выгнал из Урги императорского наместника маньчжурского амбаня Саньдо-вана со ста пятьюдесятью китайскими солдатами, ему срочно понадобилась обещанная ранее Россией финансовая и военная помощь. Помощь была оказана, несмотря на то, что царское правительство, вынужденное после русско-японской войны вести на Дальнем Востоке осторожную, с оглядкой на Японию и Китай, политику, юридически признало за Внешней Монголией только широкую автономию. На трехсторонних переговорах в Кяхте в 1914 году, завершившихся на следующий год подписанием соглашения, российский делегат, генеральный консул в Урге, действительный статский советник Александр Яковлевич Миллер даже поддержал обидное для монголов китайское требование: "Титул Богдочжебцзун-дамба-Хутухта-хан Внешней Монголии жалуется Президентом Китайской Республики, календарь коей применяется в официальных бумагах наравне с монгольским календарем с циклическими знаками". (РГВИА, ф.2000, оп.I, д.4053, л.567).

21 января (3 февраля) 1912 года военный министр генерал от кавалерии Владимир Александрович Сухомлинов испросил у Его Императорского Величества разрешение на посылку в Монголию "в качестве инструкторов, 1 обер-офицера (преимущественно в чине капитана или есаула) и 10 сверхсрочнослужащих нижних чинов унтер-офицерского звания". Формально, командированный офицер выходил в запас, но особенным распоряжением за ним сохранялись все преимущества действительной службы: исчисление срока, производства в следующие чины, награждение орденами, возможность беспрепятственного возвращения в часть и так далее (РМВС, часть I, с.21).

Во главе первой команды русских инструкторов весной, в конце марта или начале апреля, 1912 года прибыл в Ургу из Читы 1-го Читинского полка Забайкальского казачьего войска есаул Гавриил Трофимович Васильев, ставший военным наставником Дамдины Сухэ, будущего Батора, то есть - богатыря.

Военное присутствие России в Монголии быстро увеличивалось. Под видом "консульского конвоя" в Ургу вошла казачья бригада из Иркутского военного округа генерала от инфантерии Алексея Ермолаевича Эверта: две сотни 1-го Читинского полка Забайкальского казачьего войска, 1-й Верхнеудинский полк Забайкальского казачьего войска, 2-я Забайкальская артиллерийская батарея и пехотные части. (РМВС, часть I, с.91, РГВИА, ф.2000, оп.1, д.4053, л.570).

Учебный отряд монгольской кавалерии есаула Васильева преобразовывался в первую регулярную Монгольскую бригаду под начальством русских офицеров-инструкторов, о чем было подписано соглашение с Монгольским правительством 3 (16) февраля 1913 года.

Бригада должна была состоять из двух конных полков шестисотенного состава каждый, пулеметной команды и взвода артиллерии, но фактически, вплоть до 1918 года в ней был всего лишь конный дивизион из двух сотен, пулеметная команда - взвод из четырех пулеметов, и артиллерийская четырехорудийная батарея.

Вооружение и амуниция поставлялись из России. Батарея имела на вооружении 4 "аргентинских" 75-мм горных орудия, переданных с Хабаровского артиллерийского склада с "4 тыс. боевых патронов и проч. предметами, необходимыми для артилл. стрельбы" (РМВС, часть I, сс. 48-49).

Пулеметная команда была вооружена четырьмя 3-линейными, калибра 7,62 мм, пулеметами Максим образца 1905 года на конно-вьючной треноге. (После завершения обучения монгольским командиром пулеметной команды стал Дамдины Сухэ-Батор, русские офицеры числили его вахмистром, но в армии Богдо-хана он имел офицерский чин и заслужил звание младшего князя.)

Уникальный, вероятно, единственный в мире, цветной рисунок цэрика 1-го конного Монгольского полка Бат-Очира, исполненный 13 (26) мая 1914 года искусной рукою ротмистра Льва Аркадьевича Панаева, о чем свидетельствует исполненная фиолетовым карандашом подпись-вензель "П" в левом нижнем углу. С первого взгляда подпись кажется буквой "В", но после сканирования и увеличения видно, что это "П", подобное вензелю Петра I (РГВА). Цэрик Бат-Очир сидит верхом на невысокой белой монгольской лошадке, в монгольском, крашеном в красно-коричневый цвет, седле с высокой вертикальной передней лукой и массивными стременами с круглым донцем. На нем надеты черные юфтевые сапоги-ичиги, красные шаровары и синяя шелковая рубаха с круглым воротом и длинными, закрывающими всю кисть, рукавами. Круглая шапка - малгай сшита из шести клиньев синего сукна и оторочена черным мехом; сзади из под нее видна коса. Во все время службы Бат-Очир был близким товарищем Дамдины Сухэ.


Получено было для бригады 1200 трехлинейных магазинных винтовок образца 1891 года (Мосина) драгунского укороченного типа с достаточным количеством боевых и учебных холостых патронов, и холодное оружие - 1300 солдатских драгунских шашек образца 1881 года. К каждой винтовке прилагался погонный ремень с двумя патронташами - кожаными подсумками для хранения запасных обойм; к шашке - плечевая портупея.

Общее число русских офицеров-инструкторов составляло 15 человек. Первым командиром бригады был Генерального Штаба полковник Д. Н. Надежный, служивший в разведке Императорской армии, а в Красной Армии достигший звания генерал-лейтенанта.

Части бригады разместили в освоенном еще есаулом Васильевым, урочище Худжир-Булун (Хужирбулан), превращенном стараниями нового начальника инструкторов, хозяйственного и весьма склонного к административному делу, Генерального Штаба полковника Дмитрия Николаевича Надёжного, в образцовый военный городок.

Большинство офицеров-инструкторов покинуло Монголию в 1914 году после начала Мировой войны - отправились на фронт. Но группа есаула Васильева осталась.

Позднее, после 1918 года, часть бывших инструкторов примкнула к барону Унгерну, а часть вступила в Красную Армию.

5. В 1921 году, к концу Гражданской войны в соседней России, тихая прежде Урга превратилась в центр столкновения самых разных интересов: Японии, Китая и Советской России по установлению контроля над Внешней Монголией; белогвардейских групп атамана Семенова, Унгерна, колчаковцев, искавших пристанища и покровительства. В монгольских степях появились невиданные там ранее германские и польские разведчики. Активны были американцы.

Остзейский барон Унгерн со сложной судьбой и подозрительными связями был брошен в детстве отцом; через отчима, барона Оскара Федоровича (Оскара Ансельма Германа) Гойнинген-Гюне, братом которого был кавалергардский ротмистр Федор Федорович (Бартольд Теодор Герман) Гойнинген-Гюне, эскадронный командир барона Маннергейма, - познакомился с будущим маршалом Финляндии после его возвращения из русской разведывательной экспедиции в Китай.

Родственника барона разоблачили в Великую войну как шпиона; генеральские погоны Унгерну вручил всего лишь атаман Семенов, прежде бывший с ним в одном чине. В феврале 1921 года Унгерн выкрал у китайцев номинального правителя Монголии Богдо-гэгэна VIII и вернул ему трон в Нийслэл-хурэ - Урге.

Одновременно у самой русской границы монгольские революционеры во главе с молодым богдо-ханским офицером (бывшим командиром пулеметного отделения, потом - взвода) Дамдины Сухэ-Батором заняли кяхтинский Маймачен (теперь Алтан-Булак - "Золотой ключ") и образовали там нечто вроде правительства, тоже, однако признавая на словах верховную власть Богдо-гэгэна. В июне 1921 года тремя колоннами на территорию Монголии вошел экспедиционный корпус Красной Армии под командованием бывшего прапорщика Константина Августовича Неймана. К нему присоединились монгольские отряды Главкома Сухэ-Батора.

Слева: фотография начдива 35 Константина Августовича Неймана из книги участника событий генерал-майора А. Н. Кислова "Разгром Унгерна" (М., 1964). Справа: Константин Константинович Рокоссовский сразу после окончания Гражданской войны в английском френче со стоячим воротником с двумя орденами Красного Знамени РСФСР.


Слева: артиллерийский полковник Григорий Михайлович Черемисинов в 1936 году с орденом Красного Знамени, полученным в 1923 году за бои против Унгерна. Справа: красный командир артиллерист Владимир Иосифович Брежнев в 1924 году в суконной рубахе с "разговорами".


Основой корпуса стала 35-я Сибирская Краснознаменная стрелковая дивизия. В состав корпуса или отряда вошли также: 2-я Сретенская кавалерийская бригада и 5-я Кубанская кавалерийская дивизия.

35-м кавалерийским полком в корпусе командовал будущий маршал Константин Константинович Рокоссовский.

Начальник артиллерии дивизии бывший штабс-капитан Григорий Михайлович Черемисинов возглавил штаб экспедиционных сил, а бывшего поручика Владимира Иосифовича Брежнева назначили командовать всей артиллерией, а заодно поручили договариваться о вооружении и снабжении монгольских частей. Он хорошо знал главнокомандующего народной армией Дамдины Сухэ-Батора, его жену и соратницу, великолепную, как все монгольские женщины, наездницу Янжиму (Сухбаатарын Янжмаа), дружил с Чойбалсаном (будущим маршалом и руководителем Монголии до 1952 года) и Хатан-Батор Максаржавом - одним из генералов Богдо-гэгэна, ставшим в 1924 году военным министром республиканского правительства.

Слева: младший князь Дамдины Сухэ-Батор - главнокомандующий народной армией в Центральной и Восточной Монголии. Справа: военный министр в правительстве Богдо-Хана князь Хатан-Батор Максаржав, освободивший Западную Монголию. Оба стали кавалерами орденов Красного Знамени РСФСР. Оба портрета - из коллекции музея в Алтан-Булаке.


На монгольских марках 1972 года изображены верхом на коренастых монгольских лошадках в парадном убранстве два высокопоставленных князя-военачальника Богдо-Хана - военный министр Хатан-Батор Максаржав (слева) и первый военный советник Манлай-Батор Дамдинсурэн. Оба защищали независимость Монголии и участвовали в революции. Дамдинсурэн попал в плен к врагам и был замучен в январе 1921 года.


Стандартный выпуск марок 1932 года печатался в СССР. Слева - марка памяти Сухэ-Батора, скончавшегося в 1923 году. Справа - монгольский народоармеец, кстати, очень похожий на будущего маршала Чойбалсана.


6. После 1921 года продолжилось военное сотрудничество Монголии и Советской России (СССР) по традиционным направлениям:

- финансовая помощь,

- помощь в формировании и снабжении монгольских частей,

- поставки оружия, огнеприпасов и снаряжения,

- направление военных инструкторов и советников (уполномоченных),

- подготовка военных и военно-политических кадров внутри Монголии,

- подготовка военных и военно-политических кадров на территории СССР,

- направление авиационного отряда, укомплектованного советскими летчиками и техниками,

- формирование бронеотряда с русским командным и политическим составом,

- присутствие на территории Монголии частей Красной Армии (после вывода основного состава в 1925 году - батальон, затем кавдивизион).

В июне 1924 года после смерти Богдо-Хана (Богдо-Гэгэна VIII) начался переход к республиканскому образу правления. Был избран Великий Народный Хурал из 77 делегатов. 26 ноября Хурал утвердил первую Конституцию и провозгласил Монгольскую Народную Республику - МНР.

7. С созданием японцами марионеточного государства Маньчжоу-Го и фактическим выходом японской армии к границам Монголии и СССР возросла напряженность на границе Монголии и Маньчжоу-Го в районе реки Халхин-Гол.

Первое столкновение на границе между патрулями МНР и Маньчжоу-Го произошло 8 января 1935 года у храма Халхин-Сумэ у северного берега озера Буир-Нур.

Летом 1935 года, вблизи советской границы на станции Маньчжурия КВЖД (город Маньчжоули тогда в составе Маньчжоу-Го) проходили переговоры делегаций МНР и Маньчжоу-Го по уточнению границ, завершившиеся безрезультатно.

В июле 1935 года Советский Союз направил в Монголию так называемый "технический отряд" - пулеметный отряд на грузовых автомашинах, штурмовой авиаотряд на 6 самолетах ЛШ-5 и Р-5, истребительный авиаотряд на 5 самолетах И-5, пять бронемашин БАИ, три зенитных установки счетверенных "Максимов".

19 декабря 1935 года небольшой смешанный японо-маньчжурский отряд напал на монгольскую погранзаставу у озера Буир-Нур, в которое впадает Халхин-Гол. Лучшее описание местности составил Константин Симонов в первом своем романе "Товарищи по оружию" (первое издание 1954 года, сокращенное и сильно ухудшенное самим писателем второе издание вышло в 1971 году), ставшим началом тетралогии "Живые и мертвые":

"В этих безлюдных даже для Монголии местах монгольско-маньчжурская граница идет сначала с запада на восток, потом резко поворачивает к югу и снова уходит к западу, образуя как бы полуостров, с трех сторон окруженный маньчжурской территорией.

На всем этом "полуострове" в те времена был только один отмеченный на картах населенный пункт - поселок Тамцак-Булак. Кроме него и пограничных застав, во всем этом районе в шестьдесят с лишним тысяч квадратных километров было лишь несколько десятков стоянок монгольских аратов-скотоводов, в зависимости от состояния пастбищ то надолго ставивших свои юрты у степных колодцев, то перекочевывавших с места на место".

Добавлю, что на озере, у самого устья Халхин-Гола стоял крошечный русский поселок Монгол-Рыба - озеро было богато рыбой и ее здесь добывали в товарных количествах, хотя сами монголы рыбу не едят. В Монгол-Рыбе стояла и пограничная застава 6-й монгольской кавдивизии.

Первый роман Константина Симонова "Товарищи по оружию" ставший началом тетралогии "Живые и мертвые" и сборника повестей "Так называемая личная жизнь (Из записок Лопатина)". Первое "молодогвардейское" издание 1954 года в коленкоровом переплете.


...На различных картах, в том числе, даже советских, граница обозначалась по-разному на двух участках: от озера Буир-Нур по берегам Халхин-Гола в Номонханском районе и южнее, по берегам реки Нумургин (Нэмрэг)-Гол в Нумургинском (Нэмрэгском) районе.

По "монгольскому" варианту граница включала всю дельту и затем проходила на 20 - 30 километров восточнее течения реки Халхин-Гол; на юге она проходила южнее и восточнее реки Нумургин (Нэмрэг-Гол) - сейчас это территория национального природного заповедника "Нэмрэг".

"Японо-маньчжурский" вариант предполагал границу по южной кромке дельты с оставлением за собой рыбных ловлей, затем строго по течению Халхин-Гола и Нумургина.

Карта горной промышленности Маньчжурии, составленная в 1930 году в Харбине горным инженером Эдуардом Эдуардовичем Аннертом - с границей по "японо-маньчжоугоскому" варианту.


Инциденты на границе продолжались, и 12 марта 1936 года между СССР и МНР был подписан договор о взаимной, прежде всего военной, помощи, предусматривавший возможность ввода частей Красной Армии на территорию МНР.

До 29 марта 1936 года японо-маньчжурцы ограничивались набегами на заставы, грабежом и уводом пленных. Затем они отступали, не дожидаясь подхода маневренного резерва советских и монгольских частей.

Однако 29 марта противник начал наступление на юг от Буир-Нура на Тамцак. Сражение с применением авиации и бронечастей, с постепенным наращиванием сторонами численности и средств усиления продолжалось до 1 апреля. В этих боях участвовала авиация, бронеавтомобили и пулеметчики "технического отряда".

В середине 1936 года Монгольская народно-революционная армия (МНРА) была усилена советскими частями. В состав войск усиления вошла штурмовая авиаэскадрилья, и две русские отдельные мотоброневые бригады комбрига В. Ф. Шилова и полковника А. П. Пакална (или отдельная мотоброневая бригада и отдельный мотоброневой полк).

Постепенно группировка советских войск в Монголии увеличивалась, и 4 сентября 1937 года приказом Наркома обороны К. Е. Ворошилова все соединения и части РККА в Монголии были сведены в 57-й Особый корпус в составе:

- управление корпуса с корпусными частями,

- 36-я моторизованная дивизия,

- 32-я механизированная бригада,

- Особая мотоброневая бригада,

- 7-я мотоброневая бригада,

- Особый мотоброневой полк,

- Особый мотоброневой отряд,

- два, 18-й и 90-й, кавалерийских полка,

- 100-я смешанная авиабригада в составе 70-го истребительного авиаполка и 150-го смешанного бомбардировочного полка.

(М. Коломиец. "Танки на Халхин-Голе. "Необъявленная война" Сталина". М., 2013)

Примерно в таком составе 57-й корпус вступил в мае 1939 года вместе с 6-й кавалерийской дивизией МНРА в бои с японо-маньчжурскими войсками на Халхин-Голе.

8. Основная хронология боев в районе рек Халхин-Гол и Нумургин-Гол (гол - собственно говоря, и есть река по-монгольски, а нур - озеро, но в нашей традиции они присоединяются к имени реки или озера).

А. "Майские бои". С 11 по 16 мая 1939 года баргутская (маньчжурская) конница при поддержке японской мотопехоты сбила монгольские погранзаставы и вышла к восточному берегу Халхин-Гола. С 19 по 23 мая 6-я кавдивизия МНРА при поддержке оперативной группы с танками, бронемашинами и артиллерией 57-го корпуса провела разведку восточного берега реки, вытеснила противника и заняла оборону по песчаным холмам между восточным берегом и границей.

Б. Бой 28 - 29 мая. В 5 часов утра 28 мая в наступление на монгольские и советские части перешли японские войска 23-й дивизии генерал-лейтенанта Мититаро Комацубара - скорее опытного разведчика, специалиста по Красной Армии, чем военачальника. В наступлении также вновь участвовала баргутская кавалерия Маньчжоу-Го.

По итогам двухдневных боев монголо-советские части понесли существенные потери, особенно в авиации и бронемашинах и отошли на западный (левый) берег Халхин-Гола. Японо-маньчжурские войска также понесли потери и покинули спорную территорию, кроме Нумургинского района.

Наши потери по донесению командования 57-го ОК, через дробь РККА/МНРА:

Убито - 111/47, ранено - 176/66, пропало без вести - 18/6, потеряно винтовок - 58/26, наганов - 30/3, ручных пулеметов - 8/0, станковых пулеметов - 6/0, бортовых машин - 5/7, бронемашин - 6/5, самолетов - 15/0. (РМВС, часть II, с. 61).

При этом японская авиация потеряла всего одну машину.

На Халхин-Гол были переброшены 11-я танковая бригада комбрига Михаила Павловича Яковлева, 24-й мотострелковый полк и 9-я мотобронебригада.

Авиационная группировка и летный состав были усилены. Командующим авиацией на Халхин-Голе назначили комкора Героя Советского Союза Якова Владимировича Смушкевича, заместителя начальника Управления ВВС РККА. С ним прилетело 48 летчиков и техников с опытом боев в Испании и Китае - среди них 21 (по другим данным - 17) Героев Советского Союза. На аэродромы прилетели новые истребители и бомбардировщики. Всего стало 151 истребитель и 116 бомбардировщиков и разведывательных самолетов против 121 японского истребителя и 140 бомбардировщиков и разведчиков.

В. Воздушные бои с 22 по 27 июня. Завоевание господства в воздухе советской авиацией.

Г. "Второй период Номон-Ханского инцидента": Баин-Цаганское сражение 2 - 5 июля и бои на восточном (правом) берегу Халхин-Гола 3 - 12 июля.

К началу июля штаб Квантунской армии также озаботился усилением группировки Камацубары - в Номон-Ханский район прибыли два полка 7-й пехотной дивизии, 2-й и 4-й полки танковой бригады, артиллерийский и инженерный полки. Поскольку штаб советско-монгольских войск и все резервы находились уже на горе Хамар-Даба и в ее окрестностях на западном берегу, в непосредственной близости к району основных боев, японцы решили нанести охватывающий удар на юг, вдоль западного берега Халхин-Гола с выходом на наш штаб и тылы. На самом деле у японцев получилось два удара: по западному берегу с захватом господствующей высоты Баин-Цаган и, с применением танков, вдоль восточного берега Халхин-Гола к переправам в месте впадения притока Хайластын-Гол.

Поскольку японцы не сумели переправить на западный берег танки, Баин-Цаган заняли и двинулись дальше на юг при мощной поддержке авиации пехотные части ударной группы генерал-майора Койчи Кобаяши - около четырех полков, усиленные двумя полками полевой артиллерии. Японская авиация фактически парализовала 6-ю кавдивизию МНРА. Еще с первой мировой войны известно, что лошади боятся рева и стрельбы с неба.

Продвижение на юг вдоль западного берега 72-го и 71-го пехотных полков из группы Кобаяши утром 3 июля было остановлено ценою больших потерь танкистами 2-го батальона 11-й танковой бригады. Из первой группы из 8 танков БТ-5 два было сожжено и шесть подбито, то есть вся группа была уничтожена. Вторая группа из 15 танков БТ-5 и 5 огнеметных танков ХТ-26 потеряла сгоревшими 7 БТ-5 и все ХТ-26; два БТ-5 были подбиты. Но японцы вернулись на Баин-Цаган, где и заняли оборону, насыщенную противотанковыми орудиями калибра 20 - 37 мм и крупнокалиберными пулеметами. (М. В. Коломиец. "Танки на Халхин-Голе. "Необъявленная война" Сталина". М., 2013)

В военном музее в Улан-Баторе. Хотя на табличке написано по-монгольски "Танк БТ-7", на самом деле это участвовавший в боях на Халхин-Голе радийный (с поручневой антенной) советский легкий колесно-гусеничный танк БТ-5. Калибр пушки 45 мм, толщина брони в большинстве деталей корпуса и башни - 13 мм. На Халхин-Голе было более 200 БТ-5.


На противоположном берегу против оборонительной позиции советских частей действовала "сковывающая", а на самом деле основная, более сильная группа генерал-лейтенанта Масаоми Ясуока, командира танковой бригады. В группу Ясуоки вошли оба танковых полка, два пехотных полка, кавалерийская дивизия Маньчжоу-Го, инженерный полк, дивизионы полевой и противотанковой артиллерии.

Японский легкий танк Тип 95 "Ха-Го" с 37-мм пушкой в музее на Поклонной горе в Москве. Броня толщиной до 12 мм. Таких на Халхин-Голе было 35.


Японский средний танк Тип 97 "Чи-Ха" с 57-мм пушкой в музее на Поклонной горе. Броня толщиной до 27 мм (лоб корпуса). На Халхин-Голе их было 4 штуки.


В нашей литературе, в том числе художественной, главное внимание уделяется безумной героической атаке 1-го и 3-го батальонов 11-й танковой бригады М. П. Яковлева, без поддержки пехоты и артиллерии, на позиции японцев у Баин-Цагана 3 июля. Во второй половине дня в сражение вступили 24-й мотострелковый полк майора Ивана Ивановича Федюнинского, собранные кавалеристы-монголы, монгольские и советские автобронедивизионы. Японцы понесли большие потери, но окружения (по Жукову) не случилось, и остатки группы Кобояши 4 и 5 июля переправились под огнем артиллерии и авиационными ударами обратно на восточный берег (М. Коломиец. "Танки на Халхин-Голе. "Необъявленная война" Сталина". М., 2013).

11-я танковая бригада понесла огромные потери: из 133 участвовавших в бою танков было потеряно 77 машин. Бронедивизионы потеряли 67 бронемашин.

…Константин Симонов был командирован Политуправлением РККА на Халхин-Гол во второй половине августа и Баин-Цаганского сражения своими глазами не видел, но со свойственной ему военной обстоятельностью, унаследованной от отца-генерал-майора старой армии Михаила Симонова и отчима подполковника (тоже старой армии) военспеца Александра Григорьевича Иванишева, собрал всю возможную информацию у участвовавших в конфликте с первого дня. Работая над романом "Товарищи по оружию", в 1950 году Симонов специально беседовал с Жуковым о событиях на Халхин-Голе, уточняя детали. Вот эпизод из главы романа, посвященной Баин-Цаганскому сражению:

"Командующий и сам сейчас думал о том, что у японцев много артиллерии и что бригада без поддержки пехоты понесет большие потери. Он знал это, но сознательно шел на это. Он был ответственен за все вместе, а верней, за одно - за победу, которая оправдает как необходимые те жертвы, на которые он своим решением обрекал бригаду Сарычева. Непростительными же они станут только, если победы не будет. Но он верил в победу и поэтому верил в свою правоту".

Если убрать многословие, вложенное в уста героя Симоновым, размышление Командующего (прообразом послужил, несомненно, Жуков) сводится к хорошо известной фразе "Победителей не судят".

На форзаце книги К. Симонова "Товарищи по оружию" издания 1954 года помещена цветная карта Восточной Монголии на стыке границ МНР, СССР и Китая. Интересно, что юго-восточная граница (в Нумругинском (Нэмрэг) районе) проведена по состоянию на 1942 год, отодвинута на северо-запад по сравнению с современной границей.


Две иллюстрации художника Льва Серафимовича Котлярова из книги "Товарищи по оружию" основательного издания 1954 года. На левой Командующий (Жуков) и танкист комбриг Сарычев (Яковлев) наблюдают с сопки за атакой бригады на Баин-Цаган. На второй - военный журналист интендант 2 ранга (равный майору) Лопатин (Симонов) вечером 27 августа обедает с командирами в японском окопе на взятой Песчаной сопке.


11-я танковая бригада участвовала частью сил и в отражении наступления группы Ясуока на восточном берегу. Именно там, а не у Баян-Цагана погиб 12 июля комбриг Яковлев, посмертно ему присвоили звание Героя Советского Союза. На восточном берегу 8 июля на сопке на командном пункте 149-го мотострелкового полка 36-й мотострелковой дивизии погиб его командир майор Иван Михайлович Ремизов, ему тоже присвоили звание Героя Советского Союза посмертно.

К 8 июля из СССР прибыла 82-я стрелковая дивизия нового формирования (территориальная, слабо обученная).

В итоге в руках японо-маньчжурских войск остались господствующие высоты ("Песчаная", "Зеленая", "Ремизова", "Палец" и другие) между восточным берегом Халхин-Гола, его правым притоком Хайластын-Голом (по обоим берегам) и линией границы. Советско-монгольские части остались на плацдармах вдоль восточного берега Халхин-Гола на западных скатах высот и за Хайластын-Голом от места его впадения в Халхин-Гол.

16 июля командир 57-го Особого корпуса комдив Г. К. Жуков отдает приказ о переходе к упорной обороне на всех участках на восточном берегу Халхин-Гола.

Бои за улучшение позиций на восточном берегу, то затихая, то усиливаясь, продолжались до 8 августа.

В военном музее в Улан-Баторе на открытой площадке демонстрируется советская 37-мм противотанковая пушка образца 1930 года 1-К на деревянных колесах, участвовавшая в боях на Халхин-Голе. Конструкция немецкой фирмы "Рейнметалл".


Трофей Халхин-Гола в экспозиции военного музея в Улан-Баторе - 77-мм полевая пушка конструкции Круппа образца 1911 года китайского производства.


Д. Окружение и уничтожение японо-маньчжурских войск на восточном берегу Халхин-Гола 20 - 31 августа.

Карта решающего сражения на Халхин-Голе 20 - 31 августа 1939 года. Из "Атласа офицера".


В августе обе стороны пополняли силы и готовились к наступлению в двадцатых числах (японцы - 24, мы упредили их наступление на 4 дня). Наши войска усилились 57-й стрелковой дивизией и 6-й танковой бригадой, остальные части восполнили потери до штатной численности. Готовились к боям на флангах пополненные 6-я и 8-я кавдивизии МНРА со штатными бронедивизионами.

Японские войска были объединены в 6-ю армию и к концу боев усилены тремя дивизиями, занявшими позиции вдоль границы восточнее Халхин-Гола и в Нумургинском районе.

20 августа после артиллерийской и авиационной подготовки советско-монгольские войска перешли в решительное наступление тремя группами: Северной, Центральной и Южной. Центральная группа на восточном берегу сковывала противника, Северная и Южная, насыщенные подвижными соединениями, наносили фланговые удары, окружая группировку врага.

6-я и 8-я кавалерийские дивизии МНРА действовали на крайних флангах, 6-я - на севере, а 8-я держала оборону фронтом на юг на границе Нумургинского района. Их мотобронедивизионы обычно действовали совместно с советскими бронечастями.

31 августа последние очаги сопротивления, "лисьи норы", между восточным берегом Халхин-Гола и линией границы были уничтожены. Небольшие боестолкновения, в том числе на юге, продолжались до 13 сентября, а 16 сентября боевые действия были окончательно прекращены в соответствии с соглашением, достигнутым в Москве.

Потери сторон оцениваются в довольно широких пределах:

Советско-монгольские: убитыми, пропавшими без вести и умершими от ран - от 3,5 тысяч (Жуков) до 10 тысяч; санитарные - от 15 до 16 с половиной тысяч.

Японо-маньчжурские: от 9 до 18 тысяч убитыми, от 9 до 30 тысяч ранеными и пропавшими без вести.

По наиболее достоверным современным данным общие потери советско-монгольских войск - 26,5 тысяч, японо-маньчжурских - 48 тысяч.

Памятный Знак Победы на реке Халхин был учрежден для награждения всех участников боев 16 августа 1940 года.


9. Управление советско-монгольскими войсками ("Халхин-Гол: взгляд на события из XXI века". Институт Востоковедения РАН, 2013).

До 1937 года военным министром и Главкомом МНРА был партизан 1921 года первый Маршал МНР Гэлэгдоржийн Дэмид. Он скончался 22 августа 1937 года на станции Тайга от пищевого отравления в поезде, следовавшем в Москву.

Его сменил маршал МНР Хорлогийн Чойбалсан - "старший командующий". Заместителем главкома и начальником полевого штаба МНРА на Халхин-Голе был, до своего ареста в первых числах июля по докладу Г. К. Жукова, комкор Цэрэнжавын Лувсандоной.

В военном музее в Улан-Баторе есть небольшой отдельный "маршальский зал", где собраны портреты и личные вещи всех трех маршалов МНР - Дэмида, Чойбалсана и Цеденбала.

Портрет первого маршала МНР Гэлегдоржийна Дэмида, получившего это звание в 1936 году на несколько дней раньше Чойбалсана. Изображен с советским орденом Красного Знамени и четырьмя монгольскими орденами Красного Знамени за воинскую доблесть.


Часть обстановки кабинета, парадный мундир образца 1944 года с маршальскими эполетами и портрет маршала МНР Хорлогийна Чойбалсана. На портрете Чойбалсан в суконной гимнастерке с отложным воротником с маршальскими знаками отличия образца 1936 года. Советские награды: орден Ленина, два - Красного Знамени, медаль "ХХ лет РККА"; монгольские: знак Героя МНР первого образца (очень похожий на орден Сухэ-Батора, учрежденный в 1945 году), орден Полярной Звезды, шесть орденов Красного Знамени за воинскую доблесть.


На фронте Лувсандоноя сменил "молодой командующий" начальник политического управления МНРА корпусной комиссар Жамьянгийн Лхагвасурэн, в 60-х годах - военный министр МНР.

Памятник министру обороны (1959 - 1969) Герою Монголии генерал-полковнику Жамьянгийну Лхагвасурэну установлен в Улан-Баторе в 1995 году. В военном музее выставлен парадный мундир Лхагвасурэна образца 1944 года с полуэполетами генерал-лейтенанта и почти всеми его орденами (без медалей), в том числе, полученными позднее: тремя орденами Сухэ-Батора, четырьмя орденами Красного Знамени за воинскую доблесть, тремя орденами За боевые заслуги, орденом Полярной Звезды, орденом Трудового Красного Знамени; советскими орденами Красной Звезды (за Халхин-Гол), Суворова II степени, Октябрьской Революции; югославским орденом Народной Армии с лавровым венком (1-й степени) и памятным знаком польской 1-й Варшавской дивизии пехоты (1WDP) имени Костюшко "Lenino - Berlin".


Министр обороны МНР генерал-полковник Лхагвасурэн (в центре) в 1961 году с группой советских и монгольских ветеранов - участников похода 1921 года. По правую руку от него сидят генерал-майор Алексей Никанорович Кислов и генерал-майор Глеб Николаевич Корчиков. По левую - генерал-майор артиллерии Владимир Иосифович Брежнев и персональный пенсионер Иван Яковлевич Смирнов. Улан-Батор.


Будущий руководитель МНР и третий монгольский маршал Юмжагийн Цеденбал был тогда министром финансов без воинского звания и отвечал с монгольской стороны за снабжение войск, прежде всего мясом.

Третьим, и пока последним, маршалом МНР Юмжагийн Цеденбал стал в 1979 году, явно позавидовав Леониду Ильичу Брежневу. По примеру "старшего брата" он заказал парадный портрет в маршальской форме со всеми монгольскими и иностранными наградами. Портрет Героя МНР и Героя Труда МНР маршала Цеденбала хранится в "маршальском зале" военного музея.


И до революции и после военных советников в Монголию отбирала и направляла военная разведка, в тридцатые годы - Разведуправление ГШ РККА. С 1935 года до ареста в августе 1937 года Главным военным советником при МНРА был комкор Леонид Яковлевич Вайнер, за бои у озера Буир-Нур в 1936 году награжденный монгольским орденом "Полярная Звезда" (тогда считавшимся высшим) и орденом Ленина.

В 1939 году Главным советником МНРА был комбриг Михаил Павлович Поздняков. Он погибнет 27 июня 1941 года в должности заместителя командующего ВВС Западного фронта.

Главным советником ПУР МНРА состоял и на фронте при Лхагвасурэне дивизионный комиссар Федор Николаевич Воронин, генерал-майором служивший в политорганах Красной, потом Советской Армии до 1954 года.

Первым командиром 57-го Особого корпуса в сентябре 1937 года был назначен комдив Иван Степанович Конев. Через год комкор Конев станет командующим войсками 2-й Отдельной Краснознаменной армии, а на его место назначат комдива Николая Владимировича Фекленко, прежде командовавшего 7-й мотоброневой бригадой в составе корпуса.

12 июня 1939 года Фекленко по результатам доклада комдива Г. К. Жукова по решению Москвы сдает командование. В командование корпусом вступает комдив Жуков (звание комкора присвоено 31 июля 1939 года).

Начальником штаба корпуса до ареста 27 июня 1939 года останется комбриг Александр Михайлович Кущев, как покажет Великая Отечественная война, вопреки докладу Жукова, отличный штабной работник. Освобожденный условно 14 июня 1943 года и направленный в штаб 5-й гвардейской армии, Кущев вскоре станет начальником штаба, получит генеральское звание и звание Героя Советского Союза (1945); в 1955 году - генерал-полковник.

Новым начальником штаба при Жукове станет комбриг Михаил Андреевич Богданов. Именно он детально спланирует первые "жуковские Канны" - августовскую операцию по окружению японо-маньчжурских войск на восточном берегу Халхин-Гола, и, что было важно политически, без перехода обозначенных на монгольских картах границ. После 16 сентября комбриг Богданов возглавит с советской стороны четырехсторонние переговоры о границе в Чите и Харбине. Он будет твердо стоять за возвращение имевшихся до конфликта границ, и по его инициативе 1 февраля 1940 года на шестнадцатом заседании переговоры будут прекращены из-за того, что "точки зрения советско-монгольской и японо-маньчжоугоской делегаций по вопросам уточнения границы полностью противоположны".

Однако это решение не совпало с позицией Сталина и Молотова, стремившихся к компромиссу. За срыв переговоров Богданов был предан суду и осужден на 4 года лагерей. В августе 1941 года амнистирован "по первому разряду для осужденных" - со снятием судимости, возвращением звания комбрига и наград. Назначен командиром стрелковой дивизии и отправлен на фронт. В октябре 1942 года присвоено звание генерал-майора. В конце войны гвардии генерал-майор Богданов командовал 107-й гвардейской стрелковой дивизией (бывшей 8-й ВДВ) в составе 9-й гвардейской армии генерала Глаголева, бравшей Вену.

Военным комиссаром 57-го корпуса, позднее членом Военного Совета армейской группы все время оставался бригадный, затем дивизионный комиссар Михаил Семенович Никишев. 20 сентября 1941 года член Военного Совета 5-й армии Юго-Западного фронта дивизионный комиссар Никишев погибнет в окружении к востоку от Киева вместе с другими командирами между урочищем Шумейково, селами Жданы и Исковцы.

10. Реорганизация управления.

После первых боев на Халхин-Голе в мае 1939 года, признанных не вполне удачными, и предполагая следующие, более сильные, японские удары, Наркомат обороны СССР по поручению Сталина направил в Монголию с инспекцией 57-го ОК и частей МНРА группу командиров: кавалериста комдива Георгия Константиновича Жукова, летчика, Героя Советского Союза (за Испанию) комбрига Сергея Прокофьевича Денисова, полкового комиссара (тоже из авиации) Ивана Тимофеевича Чернышева. Денисов в 1940 году получит, за финскую, вторую звезду Героя и звание генерал-лейтенанта авиации, переживет Отечественную войну. Чернышев вернется с Отечественной генерал-майором авиации.

Группа прибыла в Тамцаг-Булак 27 или 28 мая, перед началом двухдневного наступления Камацубары. Жуков практически ежедневно направлял донесения о боевых действиях и весьма критически отзывался о командовании 57-го ОК и частей МНРА.

12 июня 1939 года, как уже было сказано, комдив (два ромба) Георгий Константинович Жуков принял командование 57-м Особым корпусом и сразу запросил подкрепление.

5 июля 1939 года Нарком обороны Ворошилов приказывает объединить 1-ю и 2-ю Отдельные Краснознаменные армии, части Забайкальского военного округа и 57-й Особый корпус во Фронтовую группу под командованием командарма 2-го ранга (четыре ромба) Григория Михайловича Штерна. Штерн обеспечивал усиление и пополнение войск на фронте, переброску новых соединений, снабжение техникой и боеприпасами, для чего добился строительства железной дороги от границы с СССР до Баян-Тумена. Как вышестоящий командир, он непосредственно участвовал в разработке оборонительных операций и августовского наступления. 29 августа 1939 года Штерну присвоено звание Героя Советского Союза. Арестовали его перед самой Отечественной, расстреляли 28 октября 1941 года. Имя было надолго вычеркнуто из истории боев на Халхин-Голе.

Создание фронтового объединения подразумевало вероятность перерастания широкомасштабного пограничного сражения в настоящую войну с Японией.

19 июля по приказу Ворошилова управление 57-го Особого корпуса переформируется в управление Первой армейской группы с подчинением командующему Фронтовой группой. Командующим Армгруппой назначают комдива Жукова, его заместителем - полковника Михаила Ивановича Потапова, членом Военного Совета - бригадного комиссара Никишева.

Судьба Потапова удивительна. В день прекращения огня и начала переговоров на Халхин-Голе 16 сентября 1939 года для соответствия уровню японского уполномоченного потребовался наш "генерал" - и Потапову в тот же день присвоили звание комбрига. Войну генерал-майор танковых войск М. И. Потапов начал командующим 5-й армией Юго-Западного фронта. В двадцатых числах сентября 1941 года в окружении попал в плен к немцам (а его боевой товарищ еще с Халхин-Гола, член Военсовета 5-й армии Никишев, как мы знаем, погиб). Освободили Потапова в мае 1945 года, после проверки восстановили в кадре Советской Армии. В запас он вышел генерал-полковником.

За государственную безопасность на Халхин-Голе отвечал начальник 4-го (Особого) отдела (контрразведка) Главного Управления Государственной безопасности (ГУГБ) Народного комиссариата по внутренним делам (НКВД) старший майор Госбезопасности Виктор Михайлович Бочков, будущий Прокурор СССР, затем - начальник Управления конвойных войск и заместитель начальника Главного Управления лагерей и мест заключения. Специальное звание "старший майор ГБ" (два ромба) условно соответствовало армейскому званию комдива.

Участвующие в боевых действиях монгольские части оперативно подчинялись 57 ОК, потом Армгруппе Жукова, но общую координацию действий РККА и МНРА осуществлял Штерн. Авиацией Армгруппы командовал Смушкевич.

Обыкновенно не упоминают, что во время боев на Халхин-Голе присутствовала еще одна группа высокопоставленных военных, наделенных Сталиным и по должности определенными полномочиями:

Заместитель Наркома обороны командарм 1 ранга Григорий Иванович Кулик (расстрелян в 1950 году),

Заместитель Наркома обороны, начальник Главного политического управления РККА армейский комиссар 1 ранга Лев Захарович Мехлис (ненавидим войсками, с 1950 года - на пенсии),

Начальник артиллерии РККА комкор Николай Николаевич Воронов (будущий Главный маршал артиллерии, единственный, кого Жуков благодарил за помощь на Халхин-Голе),

Начальник Автобронетанкового управления РККА комкор Дмитрий Григорьевич Павлов (бывший командующий войсками Западного фронта Павлов расстрелян 22 июля 1941 года).

Все вышеперечисленные по званию и должности были выше Георгия Жукова, но, в связи с последующей судьбой на долгое время исчезли (кроме Воронова) из истории боев на Халхин-Голе.

По итогам боев Штерн и Жуков стали Героями Советского Союза, Смушкевич удостоился высшей награды второй раз. 176 командиров и бойцов РККА, включая всех высших военачальников были награждены монгольскими орденами Красного Знамени за воинскую доблесть. Позднее еще 46 получили ордена Полярной Звезды (Dr.A.Battushig. Ulaanbaatar, 2005). В свою очередь многие монгольские командиры получили советские награды, но только маршал Чойбалсан - орден Ленина.

Фотокорреспондент "Известий" на Халхин-Голе Павел Артемьевич Трошкин 1 или 2 сентября 1939 года сделал целую серию снимков военачальников, только что получивших сообщение из Москвы о высоких наградах за победу над самураями. Командиры надели все свои ордена и медаль "ХХ лет РККА". Чаще всего потом использовали тот снимок, на котором Жуков и Чойбалсан смотрят прямо в объектив, а Штерна отрезали. На фотографии, слева направо: командарм 2 ранга Григорий Михайлович Штерн, маршал МНР Хорлогийн Чойбалсан, комкор Георгий Константинович Жуков. Майор Трошкин убит бандеровцами 19 октября 1944 года на дороге из Львова в Станислав (Ивано-Франковск) - мерзкий, скажу я вам, городишко.


На этом снимке комкор Яков Смушкевич показывает командарму 2 ранга Штерну кусок обшивки сбитого японского самолета. На заднем плане слева - комкор Жуков, справа, с медалью "ХХ лет РККА" и "Почетным знаком ВЧК-ГПУ" - начальник 4-го (Особого) отдела ГУГБ НКВД старший майор ГБ Бочков.


11. Когда замолкли пушки, а военные провалили переговоры об "уточнении границы", за дело принялись дипломаты. Переговоры с послом Японии в СССР Сигэнори Того, искуснейшим дипломатом и политиком, вел лично, недавно (в мае 1939 года) назначенный "по совместительству" Наркомом иностранных дел, Председатель Совета Народных Комиссаров (правительства) СССР Вячеслав Михайлович Молотов.

В первой книге XXIII тома "Документов внешней политики. 1 января - 31 октября 1940 года" (М., 1995) приводятся записи длительных бесед Молотова с Того об уточнении границы 23 мая, 1 июня, 7 июня.

9 июня 1940 года, сославшись на согласие правительств МНР и Маньчжоу-Го, Молотов и Того подписали соглашение о границе. Линия уточнялась вплоть до 1942 года и, в итоге, Японии уступили 627 квадратных километров, в основном в Нумругинском (Нэмрэге) районе, включая гору Нумрэгийн-Мана-Ула. Прежнее начертание границы вернулось в 1945 году.

Опыт боев на Халхин-Голе был в полной мере использован в 1945 году при планировании наступления на Квантунскую армию.

12. Память о боях на Халхин-Голе бережно сохраняется в России и Монголии. Помнят о ней в Японии и Китае. Любопытно, что ни СССР, ни Япония по итогам боев не учредили медали или памятные знаки.

В годовщину событий 16 августа 1940 года Президиум Малого Хурала МНР поручил Военному министерству учредить памятный Знак Победы на реке Халхин, что и было исполнено. Причем после Второй Мировой войны этот знак вручали и особо заслуженным советским ветеранам похода 1921 года.

Правительство Маньчжоу-Го императора Пу-И 25 ноября 1940 года учредило Военную медаль пограничного инцидента 1939 года - "Номон-Ханскую медаль".

Слева: юбилейная медаль "XXX лет боев на Халхин-Голе". Справа: юбилейная медаль в честь 40-летия боев на Халхин-Голе.


Перед началом торжественного собрания, посвященного 70-летию победы на Халхин-Голе, и праздничного концерта 26 августа 2009 года в Улан-Баторе, в Академическом театре оперы и балета. На собрании и концерте присутствовали президенты России и Монголии Дмитрий Анатольевич Медведев и Цахиагийн Элбэгдорж.


Памятные монгольские медали "70 лет победы на Халхин-Голе" (слева) и "75 лет победы на Халхин-Голе" (справа).


Конверт первого дня, посвященный 75-летию боев на Халхин-Голе. На марке воспроизведен "Знак Победы на реке Халхин", на конверте - фрагмент известной фотографии Павла Трошкина, опять с вырезанным Григорием Штерном.


В столице Монголии есть Дом-музей Г. К. Жукова, организованный в 1979 году. В представительном по меркам старого Улан-Батора одноэтажном с мансардой здании Георгий Константинович жил вместе с семьей с сентября 1939 года до мая 1940 года. Перед входом в музей установлены две 45-мм противотанковые пушки. Рядом на бульваре имени маршала в 1981 году установлен памятник - бюст на фоне трапециевидной стены из полированного красного порфира.

Слева: памятник Г. К. Жукову в Улан-Баторе. Справа: мозаичное панно в нише дома-музея изображает Жукова в распахнутой шинели в парадном маршальском мундире со всеми наградами на фоне языков пламени.


Маршал Чойбалсан на вороном скакуне явно не монгольской породы после завершения боев на Халхин-Голе и награждения советским орденом Ленина.


Слева: памятник Чойбалсану в Улан-Баторе у главного здания Государственного Университета установлен в 1946 году. Фотография сделана в 2009 году, до реставрации 2011 года, вернувшей статуе и пьедесталу первоначальные цвета. Справа: в 2016 году в городе Чойбалсан, бывшем Баян-Тумене, установили конную статую маршала Чойбалсана (фото asiarussia.ru).


Многочисленные памятники установлены непосредственно на местах боев на Халхин-Голе.


Пожалуйста, оцените материал:
Просмотры: 447
0 Комментариев