Версия для печати
«Войны памяти» на постмайданной украине: на перекрёстке русофобии и неонацизма

«Войны памяти» как один из видов современных информационных войн появились в последние десятилетия в результате распада Советского Союза, всего восточно-европейского социалистического блока и фактической денонсации Ялтинско-Потсдамских соглашений, являвшихся по итогам Второй мировой войны фактором стабильности в Европе. Эти процессы отразились и на постсоветском пространстве, особенно болезненно затронув сферу отношений России и Украины, попытавшейся сконструировать новую, националистически ориентированную государственную идентичность путём радикального пересмотра общего исторического прошлого, включая историю Великой Отечественной войны. При этом братской по историческим и духовным корням России была отведена роль «душителя украинской свободы», «агрессора» и «оккупанта».

Новая версия национальной истории легла на питательную почву многолетней антироссийской пропаганды, подогретую Западом жажду «незалежности» и «европейского выбора» вкупе с националистическим курсом местных марионеточных властей. Рассматривая Украину как выгодный плацдарм для ослабления набиравшей силу России, Запад решил «второй раз в истории использовать идеологию нацизма как таран, разрушающий государственность геополитических противников в евразийском ареале»i.

Анализ типов «войн памяти» на современной Украине показывает, что они представляют собой широкий спектр разновидностей, включающий в себя:

– войны псевдонаучных трактовок и версий исторического прошлого;

– войны «музеев и институтов памяти»;

– войны документов (законов, архивных и мемуарных свидетельств);

– войны переименований;

– войны памятников, включая «войны прахов и захоронений»;

– войны учебников истории;

– войны новых «знаменательных дат»;

– войны ритуалов;

– войны символов;

– войны интерпретаций национальной истории в произведениях литературы и искусства.

В данной статье находят отражение факты, характеризующие многие из этих видов. В интересах логики исследования начнём с предыстории нынешнего украинского «историомора».

 

* * *

 

Политика «украиноцентризма» имеет давние исторические корни, своих, если можно так выразиться, «основоположников», свои «скрижали». В их числе – «Десять заповедей украинца» известного идеолога-самостийника начала ХХ века Николая Михновского, который ещё в 1904 году сформулировал эти «заповеди», ставшие каноном для так называемых «свидомых», т.е. сознательных, правоверных украинцев: «Все люди – твои братья, но москали, ляхи, румыны и жиды – это враги нашего народа», «Украина для украинцев», «Везде и всегда используй украинский язык», «Не бери себе жену из чужаков, потому что твои дети станут тебе врагами» и т.п.ii

Другим «отцом» украинского национализма стал основатель «Союза освобождения Украины» Дмитрий Донцов, создавший эту организацию ещё в годы Первой мировой войны при поддержке австро-венгерских властей, затем – с благословения уже немецких покровителей – уехавший в 1918 г. в оккупированный немцами Киев, где работал у гетмана Скоропадского, и, наконец, осевший во Львове, где написал наиболее одиозный свой труд «Национализм» (1926) – «катехизис» современных украинских неонацистов. По словам известного историка Евгения Спицына, «суть его доктрины, основанной на откровенном расизме, состояла в следующем: первой и главной задачей является создание расово чистой украинской нации и уничтожение Москальско-Азиатской империи»iii.

«Перед нами – вождистско-радикально-экстремистская конструкция национального строительства, опирающаяся на антихристианскую и антигуманистическую этику», – справедливо отмечает сопредседатель Изборского клуба Новороссии, руководитель Донецкого философского общества Дмитрий Музаiv.

Следует подчеркнуть, что эти националистические «радикальные вожди» никогда не стеснялись в средствах достижения своих, прямо скажем, кровавых целей.

Украинским гражданам, подпавшим сегодня под культ Бандеры и Шухевича, нелишне было бы напомнить, что поклоняются они отнюдь не «героям нации», а откровенным бандитам, занимавшимся ещё в 1930-е годы организацией политических убийств и террористических актов. Не мешало бы и нынешней польской власти в лице президента Анджея Дуды вспомнить о том, что в 1934 году украинскими националистами было совершено убийство министра внутренних дел Польши Бронислава Перацкого. План этого покушения был разработан Романом Шухевичем – на тот момент сотрудником Галицкого отделения Украинской воинской организации (УВО), созданной из отбросов петлюровской армии ещё в 1921 г., а общее руководство операцией осуществлял Степан Бандера, прошедший к этому времени обучение в немецкой разведшколе в Данциге и назначенный комендантом Галицкого боевого отдела ОУН – УВОv.

Известно, что фашистскую Германию Бандера рассматривал в качестве ударного кулака в борьбе с Польшей и Советской Россией и услужливо предложил свою помощь, незадолго до войны тайно встретившись с шефом абвера адмиралом Канарисом.

В апреле 1941 г. бандеровское крыло ОУН провело в Кракове своё сборище под названием «Второй Великий Сбор», где были утверждены не только Устав, но и оуновская символика, в том числе чёрно-красное знамя и нацистское приветствие «Слава Украине! – Героям Слава!», реанимированное современными украинскими неонацистами.

Как известно, бандеровские батальоны «Нахтигаль» и «Роланд» в составе полка «Бранденбург– 800» активно участвовали в подготовке нападения Германии на СССР: «Уже в июне 1941 г. боевики ОУН развернули активную диверсионную деятельность в тылах Рабоче-Крестьянской Красной Армии. Продвигаясь в первых эшелонах германских войск, члены группы ОУН при занятии населённых пунктов создавали структуры управления, в том числе украинскую полицию, которая в оперативном отношении подчинялась гестапо»vi. На совести этих батальонов – известные ныне всему миру карательные акции. В Бабьем Яру под Киевом 29–30 сентября 1941 года было уничтожено до 150 тысяч мирных граждан – в большинстве своём еврейской национальности, а также военнопленных; в так называемой «Волынской резне» только за одну ночь 10–11 июля 1943 г. убито, в том числе зарублено топорами – около 10 тысяч поляков; в белорусской Хатыни 22 марта 1943 г. 118-м карательным батальоном, состоявшим из украинских полицаев, сожжено заживо и расстреляно 149 женщин, стариков и детей. С того времени сохранилась страшная поговорка, ходившая в рядах УПА: «Треба крови до колина, чтоб настала вильна Украина!»

Предатели украинского народа, нацистские холуи, соревнуясь в жестокости, напрасно заискивали перед фашистскими хозяевами. Приведём весьма примечательное свидетельство начальника штаба дивизии «Галичина» майора В. Гайке: “Гиммлер ясно предупредил, что в дивизии ни в коем случае нельзя даже думать о независимости Украины. Слова «Украина», «украинец», «украинский» запрещалось употреблять под угрозой наказания, воины дивизии должны называться не украинцами, а галичанами”. В планы Гитлера существование суверенного украинского государства не входило»vii.

Нелишне напомнить и о том, что в сентябре 1942 г. на совещании в Житомире рейхс-фюрер Гиммлер заявлял: «Общая линия такова: мы не должны нести этому народу культуру» и пояснял, «чего желает фюрер»: выучить украинских детей считать до 25 и писать своё имя, «остальное не нужно»viii. К сожалению, нынешнее поколение новоявленных адептов украинского национализма предпочитает об этих фактах не вспоминать.

Возвеличение боевиков ОУН–УПА в качестве новых «героев» «незалежной» стало новой идеологией и почти религией сегодняшних украинских радикалов.

Так, ещё в 2003 году в городе Тернополе (Западная Украина) появилась улица Воинов дивизии «Галичина», упомянутой выше, – той самой, что была сформирована в годы Второй мировой войны в составе войск «Ваффен-СС». Украинские эсэсовцы, участвовавшие в многочисленных карательных операциях, поражали своей жестокостью даже видавших виды немецких фашистов. И, хотя в соответствии с решениями Нюрнбергского трибунала эта дивизия считается такой же преступной организацией, как и любые другие соединения ССix, символика «Галичины», с благословения Украинского института национальной памяти и Музея советской оккупации, чрезвычайно распространена сегодня на Западной Украине и у членов националистических батальонов.

Ревизионистский подход к истории Второй мировой, Великой Отечественной войны со всей остротой проявился в ходе украинских событий рубежа 2013–2014 гг., став идеологическим обеспечением Евромайдана. Попытки реабилитации нацизма и его украинских приспешников, в том числе в глазах мирового сообществ, резко участились. Показательным в этом плане является выступление представителя Украины в ООН 4 марта 2014 г., заявившего о якобы «намеренной подтасовке» советской стороной на Нюрнбергском процессе данных о преступлениях бандеровцев на оккупированной территории СССРx. На тот факт, что, согласно решению Международного Нюрнбергского трибунала, деятели ОУН–УПА были объявлены военными преступниками (а в соответствии с Международной конвенцией 1968 г, эти преступления не имеют срока давности), «демократическая» западная общественность предпочла закрыть глаза. Руки новоявленных последователей бандеровщины оказались полностью развязаны.

Дошло до того, что «постмайданные» украинские власти провозгласили свою правопреемственность с коллаборационистской организацией «Украинская Держава», заявившей вскоре после начала Великой Отечественной войны – уже 30 июня 1941 г., что «будет тесно сотрудничать с Национал-социалистической Великой Германией, которая под руководством своего вождя Адольфа Гитлера создаёт новый порядок в Европе и мире и помогает украинскому народу освободиться от московской оккупации»xi.

 

* * *

Одной из основ формирования новой политической идентичности Украины явилось переписывание истории в националистическом ключе. В результате прежние предатели и палачи стали героями, а прежние герои – изгоями. Более того, эта новая реальность приобрела законодательную основу, закреплённую решениями Верховной Рады, став частью войны документов.

Так, 9 апреля 2015 года был принят ряд законов, свидетельствующих о кардинальном пересмотре истории Украины в ХХ столетии. Например, в Законе Украины «О правовом статусе и чествовании памяти борцов за независимость Украины в ХХ веке» перечислены 20 позиций, касающихся различных органов, организаций и формирований, занимавших активную антироссийскую (антисоветскую), националистическую позицию, начиная от Украинского Гетманата до ОУН–УПА и «Народного Руха». Многие из них в годы Второй мировой войны напрямую сотрудничали с гитлеровской Германией, считая войну «подходящей ситуацией для вооружённого восстания против Москвы и создания Украинского государства»xii. Хорошо известно, например, откровенное заявление С. Бандеры о том, что Организация украинских националистов (ОУН) «искренне во всех отношениях сотрудничала со всеми немецкими инстанциями» и «вступила в сражение вместе в Германией»xiii.

В упомянутом ранее законе говорится о всемерной поддержке украинским государством именно таких «борцов за независимость» путём «предоставления социальных гарантий, льгот и других выплат». Кроме того, в соответствии с этим законом, украинское государство:

– признаёт государственные и военные награды, знаки отличия и военные степени борцов за независимость Украины;

– обеспечивает всестороннее изучение истории о борьбе за независимость Украины, разрабатывает и совершенствует учебники, программы и мероприятия по истории борьбы за независимость Украины в ХХ веке;

– поощряет и поддерживает деятельность неправительственных учреждений и организаций, осуществляющих исследовательскую и просветительскую работу по истории борьбы за независимость Украины в ХХ веке;

– способствует увековечению памяти о борцах за независимость Украины путём создания новых мемориальных комплексов, сооружения памятников, увековечения их имён в названиях объектов топонимики, населённых пунктов и административно-территориальных единиц.

В результате действия этого закона тысячи объектов поменяли свои названия. Проспект генерала Ватутина, освобождавшего Киев, превратился в проспект Шухевича, Московский проспект – в проспект Степана Бандеры, город Днепропетровск, в названии которого сохранялась память о выдающемся политическом деятеле советской Украины Григории Петровском, – в город «Днепр». Реабилитация фашизма приобрела характер нарастающей волны: бывшие палачи, предатели, полицаи, повинные в гибели сотен тысяч людей, в одночасье стали «гордостью нации», а истинные герои превратились в изгоев общества. Новые нормы и правила, приведшие к пересмотру прежнего героического наследия Великой Отечественной войны, получили закрепление и в других законах «незалежной».

Так, Закон Украины от 9 апреля 2015 года «Об осуждении коммунистического и национал-социалистического (нацистского) тоталитарных режимов на Украине и запрете пропаганды их символики» приравнял так называемый «коммунистический режим» (то есть, иначе говоря, советский строй) к гитлеровскому фашистскому режиму. При этом, согласно закону, «публичное отрицание преступного характера тоталитарного коммунистического режима 1917–1991 годов на Украине», а также изготовление, распространение и публичное использование коммунистической символики, публичное исполнение гимнов СССР и Украинской ССР карается уголовным наказанием сроком до 10 лет с конфискацией имущества. Объявляя «преступным» весь советский период, благодаря которому Украина превратилась в самую развитую, богатую и цветущую республику бывшего Союза, данный закон никак не обеспечивает правоприменительную практику в отношении нацистской символики (факельных шествий, свастики, нацистского приветствия): «Шевроны дивизий СС или свастика на теле за прошедшие годы стали привычными атрибутами бойцов украинской регулярной армии, а также добровольческих батальонов, интегрированных в Национальную гвардию»xiv.

При этом ношение Георгиевской ленты, участие в акции «Бессмертный полк» может привести людей к весьма неблагоприятным последствиям. Так выглядит на нынешней Украине «война символов». Ей под стать и «война ритуалов»с её многочисленными факельными шествиями, награждениями ветеранов УПА традиционным железным крестом с ответным нацистским приветствием или захоранивание останков бывших бандеровцев со всеми воинскими почестями.

На этом фоне особенно кощунственным и провокационным выглядит ещё один Закон Украины от 9 апреля 2015 года «Об увековечении победы во Второй мировой войне 1939–1945 годов». Его название никак не соответствует содержанию. В духе всё той же фальсификации о «равной ответственности» коммунистического и нацистского режимов декларируется, что «во время Второй мировой войны 1939–1945 годов национал-социалистическим (нацистским) и коммунистическим тоталитарным режимами на территории Украины были совершены многочисленные преступления против человечества и человечности; военные преступления и преступления геноцида (!), в результате чего Украине и украинскому народу был нанесён огромный урон». Как этот, так и другой украинский закон – «О географических названиях» – подтолкнул волну переименований, кардинально изменившую топонимический ландшафт украинских сёл и городов.

В угаре неонацистской истерии и «войны переименований» только в 2016 году украинские власти переименовали более 50 тысяч улиц и почти тысячу населённых пунктов, причём большая их часть получила имена новоиспечённых Героев Украины Степана Бандеры и Романа Шухевича. В их честь переписывается календарь и разворачивается нешуточная война«знаменательных» дат. Так, например, День Победы переименован в День памяти и примирения, отмечаемый не 9 мая, а 8 мая по европейскому стандарту. Вместо общего с Россией Дня защитника Отечества (23 февраля) бывшим президентом П. Порошенко учрежден новый праздник – День защитника Украины, приуроченный ко дню создания Украинской повстанческой армии (УПА) – 14 октября.

2 февраля 2019 г. на Украине пышно отпраздновали 90-летие создания родственной ей структуры – Организации украинских националистов (ОУН), и эта дата также теперь в календаре.

Ежегодно 1 января украинцы празднуют не только наступление Нового года, но и день рождения Степана Бандеры, отмечая его факельными шествиями в Киеве и других крупных городах. А как же иначе, ведь и новый президент Украины В. Зеленский назвал его «героем» для украинцев, и новоиспечённый митрополит Епифаний, глава недавно созданной Православной церкви Украины, присвоил Бандере статус «гения нациесозидающего духа». В новоукраинском календаре появились имена и даты предателя Мазепы, атамана Петлюры, гетманов Сагайдачного и Скоропадского.

Вакханалией, сравнимой с «охотой на ведьм», стала на Украине и «война с памятниками». Всего лишь за несколько «постмайданных» лет новоявленные украинские вандалы уничтожили свыше 2 500 памятников советского периода. Угар историко-мемориальной войны перекинулся и на памятники других эпох: «В Киеве 24 января 2019 г. под предлогом ″декоммунизации″ (!) был демонтирован памятник великому русскому полководцу Александру Суворову, скончавшемуся за 117 лет до прихода к власти большевиков!»xv

Зато в честь гитлеровского прихвостня С. Бандеры только в период с 1992 г. по 2012 г. памятники были установлены в 25 городах и сёлахxvi. После Евромайдана 2014 года война с памятниками на Украине вспыхнула с ещё большей силой.

Называя весь советский этап в истории Украины периодом «коммунистической оккупации», разрушая в массовом порядке памятники советской эпохи, Украина открыто нарушает межгосударственные договорённости стран СНГ о поддержании в надлежащем виде воинских захоронений времён Великой Отечественной войны. Так, весной 2020 г. украинские радикалы в очередной раз посягнули на памятник освободителю Киева генералу Ватутину, находящийся в центре украинской столицы на месте захоронения полководца. Прославленный военачальник, погибший в 1944 году от рук бандеровцев, объявлен националистами «палачом украинского народа» за то, что он в ходе военных операций, «не считаясь с боевыми потерями», погубил якобы два миллиона украинцев, сражавшихся в рядах Красной Армии (!) В том же ряду – массовое уничтожение на территории Украины памятников маршалу Жукову.

Особенным цинизмом отличились и власти г.Львова, где находится могила выдающегося советского разведчика Николая Кузнецова, также убитого украинскими нацистами. Вполне справедливо опасаясь, что его прах будет осквернён неонацистским отребьем, которого на Западной Украине особенно много, родственники героя затребовали у львовской администрации вернуть его прах на родину, в Россию. Однако львовские власти отказались это сделать по более чем кощунственной причине – чтобы сделать его останки предметом торга с российской стороной при обмене украинских военнопленных, находящихся на Донбассе. Так «войны памятников» пополнились ещё одной, особенно жестокой разновидностью – «войной прахов».

Следует отметить, что со стороны РФ эти акты вандализма не остаются без внимания, а находят надлежащую оценку. Так, Министерство иностранных дел РФ ещё в 2008 г. расценило как «моральное изуверство» создание «пантеона» боевикам ОУН–УПА во Львове, виновным в массовом убийстве раненых советских солдат, лечившихся в захваченных бандеровцами госпиталях, гражданских лиц, мирных польских граждан на Волыни. В заявлении российского МИДа говорилось: «Ясно одно: эти чудовищные события наглядно отражают состояние политической и общей ″культуры″ тех сил, которые постоянно твердят о своей готовности войти в семью цивилизованных европейских народов»xvii.

Показателен и другой пример. Печально известный Украинский институт национальной памяти, открытый по инициативе В. Ющенко в 2007 г. и возглавлявшийся более 10 лет одиозным исследователем истории «древних укров» В. Вятровичем, представил галерею из 12 национальных героев, внесших, по мнению УИНП, наибольший вклад в победу над Гитлером, причём 5 из 12 героев – граждане США и Канады, имеющие украинские корниxviii. При этом почему-то проигнорирован подвиг более чем двух тысяч украинцев, ставших за годы Великой Отечественной войны Героями Советского Союза. Низкопоклонство перед Западом оказалось для новой плеяды «постмайданных» историков гораздо важнее.

«Войны памяти» преломляются и в «войнах учебников истории», в которых само понятие «Великая Отечественная война» довно уже заменено на «советско-немецкую» (в лучшем случае, а в худшем – на «коммуно-нацистскую»).

Проанализировав новейшие учебники истории для украинских школ с точки зрения содержательного контента, профессор Луганского национального университета имени Тараса Шевченко, доктор педагогических наук О.Ф. Турянская видит цель их авторов в том, чтобы «извратить народную память о прошлом, украсть у детей Украины Великую Победу, сделать их из потомков победителей – жертвами исторических обстоятельств, отравить им чувство гордости за своих предков чувством неутолённой мести (за поражение УПА) или вины (представляя действия фашистской Германии и СССР в эпоху Второй мировой войны как вещи одного порядка) – что чудовищно по своей сути; актуализировать у юношества переживания исторической жертвы, исторического одиночества, обиды и жажды возмездия; духовно, ментально, душевно вырвать украинскую молодёжь из потока общей истории с народами бывшего СССР, российским народом». Исследовательница делает вывод: «Трагическим результатом такой образовательной политики стал раскол в сердцах и умах молодёжи Украины, который развёл её по разные стороны блокпостов на юго-востоке страны, сделал детей одной семьи врагами друг другу»xix.

 

* * *

Фальсификация событий и итогов Великой Отечественной войны – неотъемлемый «тренд» украинской политики. Особенно отчётливо это проявляется в украинско-польском политическом альянсе по теме Холокоста. Заявления представителей польского и украинского руководства на эту тему оказались на редкость созвучными. Так, в январе 2014 года мир облетело «сенсационное заявление» главы МИД Польши Гжегожа Схетаны о том, что Освенцим освобождали … украинские солдаты: «Там были украинские солдаты в тот январский день, и они открывали ворота лагеря, и они освобождали лагерь»xx.

Спустя несколько лет, уже в январе 2020 года президент Украины В. Зеленский по умыслу или невежеству забыв о многонациональном составе Первого Украинского фронта, вновь прославил «храбрых украинцев из Львовской дивизии» – по его представлению состоявшей, видимо, из жителей Западной Украины – в то время, как это на самом деле была прославленная 100-я Львовская дивизия, сформированная в 1942 году в Вологде в основном из жителей северных районов РСФСР и получившая почётное звание «Львовская» как особо отличившаяся в наступательной Львовско-Сандомирской операции21.

 

* * *

Выступая в январе 2020 г. на Всемирном форуме памяти жертв Холокоста, посвященном 75-летию освобождения Красной Армией концлагеря Освенцим, Президент России В.В. Путин подчеркнул: «К сожалению, сегодня память о войне и ее уроки, наследие все чаще становятся объектом политической сиюминутной конъюнктуры. Это абсолютно недопустимо. А долг современных и будущих политиков, государственных и общественных деятелей – защищать доброе имя живых и павших героев, мирных жителей, жертв нацистов и их пособников»22.

Очень важно, что положение о защите исторической правды и недопустимости фальсификации истории Великой Отечественной войны, внесено в качестве поправки в обновлённый вариант Конституции РФ. Гарантия памяти, гарантия совести – лучший залог того, что историческая правда о величайшей из всех войн, правда о Великой Победе сохранится в веках.

i Комлева Н.А. Украинский кризис – элемент «тактики анаконды» // Обозреватель – Observer. 2014. № 7. С. 19. <с. 5–21>.

ii См. подробнее: Муза Д.Е. Современный украинский национализм: личины и идеология // Культурная политика. 2019. № 2 // Культурная политика // История.рф. URL: https://histrf.ru/magazine/release/2 (дата обращения: 20.04.2020).

iii Спицын Евг. Не все люди – братья: 90 лет назад возникла ОУН // Литературная газета. 2019. 6–12 февр. № 5. С. 6.

iv Муза Д.Е. Современный украинский национализм: личины и идеология // Культурная политика. 2019. № 2 // Культурная политика // История.рф. URL: https://histrf.ru/magazine/release/2 (дата обращения: 20.04.2020).

v Спицын Евг. Не все люди – братья: 90 лет назад возникла ОУН // Литературная газета. 2019. 6–12 февр. № 5. С. 6.

vi Спицын Евг. Не все люди – братья: 90 лет назад возникла ОУН // Литературная газета. 2019. 6–12 февр. № 5. С. 6.

vii Цит. по: Ромашкина Н.П., Пересыпкина О.В. Информационно-психологическое воздействие в период кризиса на Украине: уроки для России // Информационные войны. 2016. № 1 (37). С. 48 <с. 42–54>.

viii Там же.

ix Ромашкина Н.П., Пересыпкина О.В. Информационно-психологическое воздействие в период кризиса на Украине: уроки для России // Информационные войны. 2016. № 1 (37). С. 48–49 <с. 42–54>.

x РФ возмущена заявлениями представителя Украины при ООН по Нюрнбергу // РИА «Новости» // URL: https://ria.ru/world/20140304/998120451.html (дата обращения: 26.04.2020).

xi Акт вiдновлення Украiнськоi Держави // Нацiональнiй Альянс. 2016. 30 июня. URL: http://nation.org.ua/2016/06/30-chervnya-1941-r-proholosheno-akt-vidnovlennya-ukrajinskoji-derzhavy (дата обращения: 30.03. 2020).

xii Украинские националистические организации в годы Второй мировой войны. Документы: В 2 тт. / Под ред. А.Н. Артизова. М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2012.

xiii Там же.

xiv Брод А. Купированная история // Литературная газета. 2020. 4–10 марта. № 9. С. 2.

xv Брод А. Ампутация памяти // Литературная газета. 2020. № 4 (29 янв.–4 февр.). С. 10.

xvi Ромашкина Н.П., Пересыпкина О.В. Информационно-психологическое воздействие в период кризиса на Украине: уроки для России // Информационные войны. 2016. № 1 (37). С. 48 <с. 42–54>.

xvii Комментарий Департамента информации и печати МИД России в связи с ситуацией с памятниками советским воинам на Западной Украине 27.XI.2008. URL: https://www.mokpro,ru/index,php?type=news/naction=215 (дата обращения: 12.04. 2020).

xviii Белов С.И. Политика памяти на Украине // Позиционирование истории Великой Отечественной войны после Евромайдана // Информационные войны. 2019. № 1. С. 55 <с. 50–56>.

xix Турянская О.Ф. Смыслы прошлого как средство ведения информационных войн: об антироссийской направленности учебника «История Украины» // Культурная политика // История.рф. Официальный сайт. URL: https://histrf.ru/magazine/article/8/ № 1.

xx Глава МИД Польши заявил, что Освенцим освобождали украинцы // URL: https://ria.ru//world//20150121/1043600343.html (дата обращения: 27.04.2020).

21 Подробное историко-архивное исследование событий, связанных с освобождением Освенцима, представлено в этом номере журнала «Культурная политика» доктором исторических наук В.Г. Кикнадзе. См.: Кикнадзе В.Г. Освобождение лагеря смерти Освенцим: историческая правда // Культурная политика. №4.

22 Выступление В.В. Путина на Всемирном форуме памяти жертв Холокоста, посвященного 75-летию освобождения Красной Армией концлагеря Освенцим 26 января 2020 г. // URL: https://www.1tv.ru/news/2020-01-26/379453-vladimir_putin_vystupil_v_izraile_na_vsemirnom_forume_ pamyati_zhertv_holokosta (дата обращения: 29.04.2020).