Версия для печати
ЭКСПАНСИЯ «ПОСТ-ПРАВДЫ» В ИСПОЛНЕНИИ АМЕРИКАНСКИХ ИНТЕЛЛЕКТУАЛОВ
Широко известно мнение о том, что мировая политика, а с нею социальная сфера и сфера культуры погрузились в реальность «постправды» (post-truth). Толкование этого термина уже имеет свою собственную историю (впервые оно появилось в Оксфордском словаре1), равно как и национально-окрашенные интерпретации: американскую, британскую, российскую, китайскую…
Однако данный феномен имеет не только политическое и коммуникативное измерения. По большому счету он упирается в ценностно-мотивационные механизмы, вообще слабо поддающиеся опознанию и верификации.
Поэтому ниже будет предложена попытка проникновения в таковые, причем на примере «передовой» американской политической литературы последних лет. Она же, в свою очередь, имеет определенное культурное влияние2  на интеллектуальные круги России (ареал применения), как и на имидж страны в целом (ухудшение такового). Ведь недаром известный российский экономист, социолог, политический деятель и в одном лице оппозиционер российской власти Владислав Иноземцев педалирует целый ряд идей несоответствия России «новой нормальности». Отсюда соответствующая «рецептура»: преодоление «апологетики силы»; преодоление «тотального контроля центральной власти над основными отраслями экономики и крупнейшими корпорациями»; недопустимость «монополии на насилие»; запрет на особенную роль историко-патриотической символики и пропаганды, которые, по его словам, оправдывают нынешнее российскую мобилизацию и «харизматическое лидерство»3. При этом сама «новая нормальность» соотнесена автором с «передовыми» странами Запада, политический и социокультурный опыт которых (по умолчанию) является, с точки зрения Иноземцева, универсальным.
Весьма симптоматично, что с позиций этого опыта как ранее, так и сегодня прочерчиваются схемы дискредитации не только политического режима, социального строя, культурного наследия, но также ценностных и моральных приоритетов в жизни России.
В качестве иллюстрирующего примера можно привести недавно опубликованные в России работы американских интеллектуалов. Они во многом служат своеобразным «барометром русофобии», поскольку нацелены на высвечивание якобы «тягчайших преступлений» России перед США и человечеством.
Речь идет о книге популярного историка и политолога, профессора Йельского университета Тимоти Снайдера «О тирании. 20 уроков ХХ века» и книге литературного обозревателя газеты «Нью-Йорк таймс» Митико Какутани «Смерть правды».
Остановлюсь на нескольких пассажах этих идеологических «вбросов». У Т. Снайдера читаем: «После путинского возвращения на пост президента в 2012 году Россия ввела управление посредством террора в свою внешнюю политику. Во время вторжения на Украину в 2014 году Россия преобразовала части регулярной армии в отряды боевиков, удалив с их формы знаки отличия и отказавшись от любой ответственности за все ужасные страдания, которые те причинили. Во время кампании в Донбассе на Юго-Востоке Украины Россия перебрасывала туда чеченских боевиков и отправляла части регулярной армии из мусульманских регионов»4.
Однако это еще не все «преступления», приписываемые России и её Президенту. Если составить полный «список Снайдера», то тут обнаружится:
1)    Россия, надев маску «киберхалифата», тиранит Францию, Германию и другие европейские демократии, будучи заинтересована в распространении «исламского терроризма»;
2)    Россия определенно вмешалась в ход президентских выборов в США в 2016 году;
3)    Россия бомбит гражданское население Сирии с целью увеличения притока мусульманских беженцев в Европу;
4)    Путин и Трамп выступают за управление миром «посредством террора»5.
Естественно, у этого американского историка имеется «достаточное основание» для вынесения подобных суждений. Его нужно искать не только в скандальной книге – “Bloodlands: Europe Between Hitler and Stalin”. New York: Basic Books, 2010 («Кровавые земли: Европа между Гитлером и Сталиным». Нью-Йорк, Базик Букс, 2010), но и в недавней статье – “Ivan Ilyin, Putin’s Philosopher of Russian Fascism” («Иван Ильин, путинский философ русского фашизма»)6.
Нужно подчеркнуть, что, несмотря на участие Президента Российской Федерации в Международном форуме памяти жертв холокоста, его последовательную позицию в отношении причин начала Второй мировой войны, американский профессор упорно конструирует мифологемы, напрочь расходящиеся с фактами русской и мировой истории.
Конечно, Снайдер – это не Оруэлл. Не секрет, что на Западе, как и в среде отечественных либералов, бытует мнение о том, что Дж. Оруэлл описал в своем романе тоталитарный СССР. Напротив, нужно помнить: место действия романа-антиутопии – Лондон, Океания, в то время как СССР просто упомянут. Но оруэлловские лозунги: «Незнание – сила», «правда – это ложь» – как-то пригодились профессору из Йеля.
В свою очередь М. Какутани также предлагает ключи к миру «постправды». По её мнению, они находятся в «шкатулке» постмодернизма, а именно – в плоскости «обрушения официальных нарративов» в академическом мире. То есть в замене системного видения объективной реальности разнообразными «точками зрения» и «перспективами». При этом в этом анти-универсуме удалены все искажающие «фильтры»: класса, расы, гендера и т.д.
Но если это так, т.е. торжество «дискурсов» в американской интеллектуальной среде – норма, то не является ли постмодернистским абсурдом, прогрессирующей «шизоидностью» отрицание смыслов, присущих России и русской цивилизации?
Для ответа на этот вопрос воспользуемся текстом Какутани, совмещающей, как оказывается, без стеснения демократию и постмодернизм. Здесь мы встречаем уже привычный набор обвинений в адрес России: она один из главных источников мировой дезинформации (где расположены «фабрики троллей и армии ботов»), поскольку избирательные кампании во Франции, Германии, Нидерландах, да и в самих США прошли под её диктовку. Итог – «дискредитация и дестабилизация демократий»7.
Более того, Какутани уличает бывшего сотрудника Администрации Президента В. Суркова (а по умолчанию Россию и её Президента) в «операционном видении мира», т.е. в смене политического ландшафта в самих США: «республика» обязана уступить место «империи». Траектория тут проста: привычная, хотя и изощренная система сдержек и противовесов должна смениться «простой имперской вертикалью»8.
Борьба же Кукутани с действующим 45-м Президентом США, которая составляет львиную долю книги, как-то меркнет на фоне последних утверждений о «злокозненности русских».
Глядя на эти отличающиеся патологическими наклонностями экзерсисы, не следует забывать о первопричине таковых. Здесь целесообразно вспомнить «Завещание Петра Великого» («Копию плана европейского господства») и «Россию в 1839 году» Адольфа де Кюстина9, эти политически тенденциозные фальсификации русского цивилизационного и национального бытия. Собственно именно эти «документы», помимо множества прочих, послужили ориентиром внешней политики европейских держав в отношении России. Сегодня эту линию продолжают США и Канада.
Тем не менее, основанием этого русофобского наката, как показал Ги Меттан, является «миф о русском медведе-людоеде и о жестоком самодержце»10. Отсюда понятно, что любая державность (имперская, советская, нынешняя), как и правители России (Грозный, Николай I, Сталин, Путин), объявлены врагами «коллективного Запада», а то и человечества.
Разумеется, рассмотренные произведения являются частью мощной военно-информационной волны, методично накатывающейся на Россию. Считаю, что они должны быть изъяты из продажи, а издательствам, издающим эти «шедевры» и потворствующим русофобии, следует сделать предупреждение. Более того, в свете поправок в Конституцию Российской Федерации уместно поставить вопрос о, если хотите, цензуре той книжной продукции, которая наносит очевидный ущерб национальным интересам России. Речь идёт именно о той книжной продукции, которая, как показывает анализ, полна нескрываемыми русофобскими выпадами, оскорблениями личности Президента, деятелей русской науки и культуры.

1 См.: https://www.lexico.com/en/definition/post-truth (дата обращения - 12.01.2020).
2 Неймарк М.А. «Мягкая сила» в мировой политике. 3-е изд. М.: Издательско-торговая корпорация «Дашков и Кͦ», 2019. С. 48.
3 Иноземцев В.Л. Несовременная страна: Россия и мир в XXI веке. М.: Альпина Паблишер, 2019, С. 100–106.
4 Снайдер Т. О тирании. 20 уроков ХХ века. М.: Издательство АСТ: CORPUS, 2018. С. 163–164.
5 Там же. С. 164–167.
6 Timothy Snyder. Ivan Ilyin, Putin’s Philosopher of Russian Fascism // The New York Reviev of Books // Режим доступа: https://www.nybooks.com/daily/2018/03/16/ivan-ilyin-putins-philosopher-of-russian-fascism/ (дата обращения: 07.10.2019).
7 Какутани М. Смерть правды. М.: Эксмо, 2019. С. 12, 180–182.
8 Там же. С. 190.
9 Копия плана европейского господства // Русский вопрос в истории политики и мысли. Антология / Под ред. А.Ю. Шутова, А.А. Ширинянца. М.: Издательство Московского университета, 2013. С. 211–217; Кюстин А. де. Россия в 1839 году // Там же. С. 219–287.
10 Меттан Г. Запад – Россия: тысячелетняя война. 2-е изд., дополненное. М.: Паулсен, 2017. С. 447–448.