Чистый исторический интернет
более 300 ресурсов с достоверной информацией

Главный исторический

портал страны

Сегодня в прошлом

Подлодки снова в моде. К 20-летию музея имени самого знаменитого подводника


В этот же день в 1905 году:
в Москве основана
«Русская монархическая партия»

8 мая 1997 года открылся музей подводного флота имени Александра Маринеско.

The Independent Barents Observer посвятил один из своих недавних материалов российской подводной лодке «Белгород». Предполагается, что она станет самой крупной в мире и будет использоваться для поиска полезных ископаемых в Арктике. Впрочем, есть и другие данные. Фраза «самый большой» указывает, как правило, не на утилитарное или научное, а на военное применение.

Сегодня, когда мы справляем 20-ю годовщину открытия музея подводного флота, стоит поговорить о том, насколько далеко подводный флот России ушёл с сороковых годов прошлого века.

Неванильный персонаж

Александр Маринеско – из тех людей, что не годятся для лубочных сказаний о героях войны вообще никак. «С детства мечтал защищать родину, как отец, дед и прадед…» – ничего подобного. Да, его отец – Ион Маринеско – служил на корабле румынского королевского флота. Только кочегаром. И не из высоких побуждений, а чтобы вырваться из бедности. Вырваться не получилось: повздорил с офицером, получил от него пощёчину, отвесил в ответ не хуже. Кочегару грозил трибунал, но из-под ареста он бежал. Перешёл границу, осел в Одессе, женился, стал рабочим. И, по всей видимости, отсоветовал сыну ходить в военные моряки: мол, не наше это.

Сын послушался, пошёл учиться, чтобы потом податься в торговый флот. Но судьба распорядилась по-своему, вышло примерно как у Александра Голованова: хоть и ушёл перед войной в гражданский воздушный флот, а войну закончил главным маршалом авиации. А Маринеско отправили на специальные курсы комсостава РККФ по комсомольской линии, откуда он попал не на сухогруз какой-нибудь, а на подводную лодку. Возможно, дальнейшие его злоключения как раз из-за этого фортеля.

Командование неоднократно накладывало на Маринеско взыскания за загулы, карточную игру, в октябре 1941 года комиссару дивизиона, в котором служил будущий герой, за грехи его подчинённого впаяли 10 лет лагерей. Если бы дело было в 1942-м, то, согласно приказу № 227, лагеря заменили бы тремя месяцами штрафбата. И, после отбытия, восстановили бы в звании. Но в 1941 году такой нормы ещё не существовало и на фронт он поехал без всяких условий. Добро бы Маринеско эта история отрезвила – во всех смыслах, так нет же.

С другой стороны, это не означает, что он всю войну пил да гулял. Ходил в походы, атаковал транспорты, в 1942-м даже высаживал десант, задачей которого было умыкнуть у немцев «Энигму» (в 1942 году немцы начали заменять «Энигму I» на «Энигму G», из-за чего союзники на некоторое время лишились возможности дешифровать переговоры немцев). Но машины в месте высадки не оказалось, иначе бы Маринеско был бы знаменит совсем иначе.

Вернуться знаменитым

Война уже заканчивалась – стояла зима 1945 года. А на счету у кап-три Маринеско не так чтобы густо. Потопление транспорта «Зигфрид» в 553 регистровых тонны (да и тот, как выяснилось после войны, не затонул) за 4 похода. Но как раз этой зимой всё изменилось.

В пятый боевой поход Маринеско ушёл по неизбывной доброте его флотского начальства. Которое, вероятно, не хотело в конце войны отдавать его под суд за очередной загул. Или сор из избы выносить не хотело. Тем более, что после 30 января 1945 года всё это уже неважно. Именно в этот день С-13 под командованием Маринеско потопила транспорт «Вильгельм Густлофф». Очень крупный транспорт – почти 25,5 тыс. регистровых тонн. О количестве жертв спорят до сих пор, но обычно цифра в вилке 7-10,5 тыс человек. Большая часть – гражданские, о чём, конечно же, стало известно сильно позже и уж точно не было известно Маринеско. Откуда бы на военном транспорте в сопровождении миноносца взяться гражданским лицам? По иронии судьбы, вторая крупная группа пассажиров – курсанты Кригсмарине, будущие подводники (свыше 900 человек). А чуть позже Маринеско добавил к этому результату транспорт «Штойбен», доведя свой суммарный результат за войну до 42,5 тыс регистровых тонн (результат у подводников считается не по количеству, как у лётчиков, а по тоннажу). И с этим показателем он оторвался далеко от всех прочих подводников СССР. Не говоря уж о том, что никто и никогда не наносил подводному флоту Германии такого единовременного урона.

Так что как минимум половина вопросов о том, почему музей подводных сил назван именем Маринеско, отпадают сами собой.

Новое прочтение

Кстати, в 1997 году случилось не открытие, а переоткрытие музея. Существует он ещё с 1980-х годов и был посвящён действию подлодок типа «С» на Балтике. А в 1997-м ему расширили экспозицию – теперь он представляет весь подводный флот России, начиная ещё с дореволюционных времён. Но вернёмся к Маринеско.

На самом деле его заслуга – не столько в потопленных транспортах и курсантах-подводниках противника, а в результате как таковом. Военно-морской флот СССР и подводный флот в частности во время Великой Отечественной по объективным причинам были не слишком активны. С одной стороны, так сложились обстоятельства, с другой – флот вынужден был выполнять задачи по обстановке: участвовать в обороне и прикрывать отход (на первом этапе войны), встречать ленд-лизовские конвои, поддерживать огнём десанты в Крыму. Все основные операции проводились на суше, из-за чего может возникнуть обманчивое впечатление, что флот под водой не так уж и необходим, что его можно компенсировать другими видами и родами войск. Двойная победа Маринеско демонстрирует, что подводному флоту нужно найти своё место в стратегии обороны, а малая результативность в период войны – лишь следствие того, что это место к тому времени не нашли.

Зато нашли после войны. Один из стендов музея посвящён проекту самой первой атомной подводной лодки (постановление Совмина СССР от 9 сентября 1952 года). Только недавно проведены первые ядерные испытания и пущены первые советские реакторы: научный и промышленный. И вот буквально с колёс ставится задача: упаковать это в формат подлодки. Нужно понимать, что атомная промышленность в те годы только создавалась, урана всё ещё не хватало. Нужно было очень верить в проект АПЛ, чтобы в то время тратить на него ресурсы. Как знать, возможно именно атаки Маринеско питали эту веру.

Зато теперь мы собираем плоды этих инвестиций. Подлодка «Белгород», с которой мы начали, известна не только как «возможно научное судно». Но и как одна из подлодок, которые, возможно, будут обслуживать проект «Статус-6» (необитаемые АПЛ с ядерным зарядом). Фактически, это перезапуск идеи Сахарова о 100-мегатонной торпеде – только на современной технической и элементной базе.

Предполагается, что обслуживающая подлодка будет запускать подлодки-дроны, а затем держать с ними связь. А они, в свою очередь, станут элементом т.н. системы «Периметр» (гарантирует непоправимый урон США и их союзникам в случае атаки на Россию). Всё это – дело ближайших лет, а дальше… Подводные военные мини-базы?

***

Гоняться подлодками за боевыми или транспортными кораблями – это вчерашний день, так воевали ещё в Первую мировую и как раз Маринеско был одним из последних, кто закрыл этот «гештальт». Пора двигаться дальше.

Теги: Историческая публицистика Военная история История современной России Новейшая история

0 Комментариев


Яндекс.Метрика