Чистый исторический интернет
более 300 ресурсов с достоверной информацией

Главный исторический портал страны

Фильм о Зое Космодемьянской. Сделать пожертвование

Фильм о Зое Космодемьянской

Пожертвовать

Россия. Военная история

«Наш и ''ганс'' лежали лицом к лицу…» Как ищут павших бойцов в Орловской области

Руководитель поисковой экспедиции «Вахта Памяти – 2018» рассказал о причудливых трагических картинах смерти в годы войны в Орловской области.

С 20 апреля по 9 мая в Орловской области пройдет межрегиональная акция «Вахта Памяти – 2018». Ее главная цель – найти и перезахоронить останки павших в боях советских солдат. Поисковые работы будут вестись на территории Болховского, Дмитровского, Залегощенского, Мценского, Орловского и Свердловского районов. В весенней «Вахте Памяти» примут участие студенты из Москвы, Брянской, Ивановской, Калужской, Курганской, Курской, Липецкой, Московской, Новгородской, Орловской, Ростовской, Рязанской, Смоленской, Тамбовской, Тульской и Ярославской областей, а также жители Татарстана, Дагестана, Казахстана и Ханты-Мансийского автономного округа.

Торжественное открытие «Вахты Памяти» состоялось 16 апреля близ деревни Малая Гать, у обелиска «Стоявшим насмерть при защите Орла». Одним из организаторов поисковой экспедиции является Российское военно-историческое общество.

Исполнительный директор РВИО Владислав Кононов передал официальное приветствие участникам весеннего этапа Орловской межрегиональной «Вахты Памяти – 2018», в котором поблагодарил их за «активную позицию в защите интересов нашего государства, социальную ответственность в деле сохранения памяти о важнейших страницах истории России» и назвал «чуткими, неравнодушными людьми».

Руководить поисковыми работами будет глава областного молодежного поискового объединения «Огненная дуга» Николай Андреев. К нему мы и обратились за комментарием по поводу предстоящей экспедиции.

«Есть только один способ – лопата»

– Николай Анатольевич, прошло открытие весеннего этапа. Как происходила подготовка новобранцев? Было много новых ребят? Сколько было поисковиков?

– Во-первых, у нас постоянно работает «Школа начинающего поисковика», где каждый вторник и четверг проходят занятия. У нас разработан учебный план именно для начинающих, он включает в себя 20 лекций. И полученные знания перед большими полевыми экспедициями в обязательном порядке закрепляются на практике. Мы специально проводим выезды в такие районы, где, грубо говоря, особо ничего быть не может, – в первую очередь, чтобы посмотреть, как ребята усвоили технику безопасности.

– А сколько участников экспедиции набралось в этом году?

– В этой «Вахте Памяти» будет принимать участие практически 200 человек. У нас будет шесть отрядов гостей: два курганских отряда, один тамбовский отряд, тульский отряд, курский отряд и отряд из Подмосковья.

 – Что ж, у вас немало волонтеров! А где будет сосредоточен поиск?

– На урочище Толкачево – это Кривцовские высоты, Болховский район. Бои там начались 24 декабря 1941 года. Толкачево только с декабря 1941 по февраль 1942 года переходило из рук в руки около семи раз! В 1942 году наши войска несколько раз пытались штурмовать Толкачево, но безуспешно: они доходили до окраин, но само урочище взять так и не смогли. Произошло это только 12 июля 1943 года: Толкачево взяла 12-я гвардейская стрелковая дивизия. Маршрут движения дивизии нами отработан. В прошлом году мы купили аэрофотоснимки и работаем по ним – вскрываем подряд, без пропусков. Дело в том, что бойцы (останки погибших солдат. – Прим. ред.) могут быть вообще без ничего! Ко всему прочему, там в принципе металлоискатели и щупы просто не имеют никакого смысла, потому что кругом кирпич и металл. Там только один способ – лопата. Пока не вскроешь – не узнаешь.

«Их никто не хоронил: как упали, так и лежали…»

– Выходит, что этот район пока не сильно изучен. Вы уже совершали здесь интересные находки?

– В прошлом году мы там вскрыли где-то порядка 350 метров траншеи. Нашли 13 захоронений, одно из них – именное. Причем все верховые! То есть это даже не засанитаренные захоронения, а по большому счету, просто как окопы оплывали, так они вниз и ушли. И их никто не хоронил: как упали, так и лежали… Там в одном месте лежали наш и «ганс» (один из вариантов фронтового прозвища немцев в годы войны. – Прим. ред.). Лежали лицом к лицу: у немца во лбу дырка, а нашего убило осколками гранаты.

– Скажите, а у вас есть какие-то данные о том, сколько всего бойцов сейчас может покоиться в этой местности?

– По документам дивизий, которые воевали на Толкачево, начиная с 1941 по 1943 год, мы подсчитали, что общая цифра чуть-чуть меньше 4 тысяч. А поднято за все время работы на Толкачево меньше 700 человек.

– Сейчас вам явно как никогда нужны помощники. Местные жители вам как-то содействуют? К примеру, жители деревни Малая Гать даже присутствовали на открытии весеннего этапа «Вахты Памяти»…

– Вообще, Малой Гатью я занимался достаточно долго. Это была опять-таки наша инициатива – устроить там объединенную «Вахту», и, когда мы поднимали бойцов, там работало несколько объединений. Я еще с конца 1970-х годов знал и о боях, и о конкретных наших бойцах, присыпанных там землей. Кроме того, в Малой Гати огромное количество расстрельных ям, где были расстреляны в основном евреи. И мы вышли на контакт с еврейской общиной… Но погибшее мирное еврейское население все-таки трогать не стали, потому что у них есть свои особенности. Они очень большие противники переноса захоронений.

– Почему?

– Чисто религиозные причины. Еврейская община очень против таких вещей. Да, они не против их увековечить, не против благоустроить и облагородить захоронение, поставить на месте памятник и прочее. Но мы с ними пока решили, что гражданское население трогать не будем. У нас был опыт работы с ними в селе Погорельцево: мы нашли там место расстрела евреев и прямо на этом месте поставили достойный мемориал. Останки трогать не стали, но задокументировали, что эти люди действительно были расстреляны, некоторые заколоты штыками – все это было хорошо видно.

– А как вы нашли эти новые захоронения? Только по документам или также ориентировались на показания жителей?

– В общем мы прорабатываем абсолютно все источники, которые нам доступны. В первую очередь мы работаем исключительно с документами. Но и свидетельские показания, конечно, есть, и мы их тоже записывали, но они весьма и весьма неточны. Большая их часть – полулегендарна. И, к сожалению, в 60–70-е годы там очень серьезно мародерили.

– Вы упомянули, что в Толкачево нельзя использовать металлоискатели. Но как же тогда уберечь поисковиков от возможных снарядов, которые могут находиться в земле? Что вообще происходит, если на месте раскопок вдруг находят снаряд?

– Работы сразу останавливаются, и вызываются сотрудники МЧС. Мы регулярно сдаем в МЧС большие акты, где указана каждая найденная нами единица вооружения. Всё в обязательном порядке документально оформлено. В прошлом году номенклатура включала в себя 30 с лишним наименований. Мы сдали 88 единиц вооружения, начиная от авиабомб и заканчивая минами. А вообще, все наше объединение в прошлом году сдало более 4 тысяч единиц оружия.

«Перед отъездом будет контрольная работа»

– В рамках этого весеннего этапа «Вахты Памяти» запланировано проведение однодневного военно-исторического лагеря для студентов. Расскажите, чем там будут заниматься ребята?

– В первую очередь для них будут проводиться экскурсии. Первая обзорная экскурсия будет на самом Кривцовском мемориале. Там можно будет послушать получасовой рассказ о событиях на Кривцовских высотах с 1941 по 1943 год. После этого будет большая обзорная экскурсия по лагерю, где мы расскажем о методах нашей работы, о том, как работать археологическим способом, какие бои происходили в этих местах и т. д. После этого ребята-инструкторы будут проводить занятия по минимальной туристической подготовке. Это важно, потому что даже многие студенты в принципе особо не выезжали за город, разве только на дачу. И они просто ничего не знают и не умеют, начиная с того, как развести костер, и заканчивая тем, как поставить палатку. Ребята будут в обязательном порядке принимать участие в дежурстве по лагерю, помогать участникам экспедиции принести воды, приготовить обед. И перед отъездом из лагеря будет проведена контрольная работа по конкретным специальностям, на которые обучаются студенты.

– Вы хотите сказать, что поиск может помочь им в дальнейшей работе?

–Да, конечно! Они должны будут рассказать, что они увидели на «Вахте» из того, что связано непосредственно с их будущей профессией, и неважно – социологи это, финансисты, специалисты по нацбезопасности, юристы, работа с молодежью и т. д. Им нужно будет описать, что из своей специальности они увидели в работе полевой экспедиции. Одна из первых задач нашего лагеря – это именно повышение профессиональной компетенции студентов. К нам приезжают ребята из самых разных институтов. Среди них Среднерусский институт управления (филиал РАНХиГС), Орловский государственный институт культуры. У нас будут студенты-документоведы, ребята с факультета туризма, будущие музейные работники… У всех них есть точки соприкосновения с тем, что они увидят в ходе экспедиции. Так что есть поле для деятельности.

– Сколько примерно бойцов может быть обнаружено в течение весеннего этапа? И когда их будут перезахоранивать?

– Торжественное перезахоронение состоится по окончании работ – 5 мая. Причем я уже знаю, что оно состоится на 100 %. Я на пустые места никогда не езжу. Там проведены разведки, и есть конкретные места, где солдаты уже найдены – их надо просто поднять. К примеру, мы точно знаем, что там во временном захоронении лежат 19 человек. В весенней «Вахте» у нас всегда участвует много народу, и редко бывает так, чтобы нашли меньше 200 захоронений. Но, вы знаете, я считаю так: одного подняли – «Вахта» состоялась.

Теги: Военная история История СССР История Второй мировой войны Война 1941-1945 Новейшая история Археология

0 Комментариев