Чистый исторический интернет
более 300 ресурсов с достоверной информацией

Главный исторический

портал страны

Восстание в Польше

31 декабря 1863 - 31 декабря 1863

Восстание 1863 г. (Январское восстание) – восстание на территории Царства Польского, Северо-Западного края и Волыни с целью восстановления Речи Посполитой в восточных границах 1772 года. «Красные» (радикальные демократические и патриотические группировки) выступали за открытую вооружённую борьбу и готовили восстание «белых» «Белые» (умеренные, аристократия, помещики, зажиточное мещанство) предусматривали высокую компенсацию за освобождение крестьян от крепостной зависимости, не спешили с восстанием. Восстание окончилось поражением повстанцев.

В ПРЕДДВЕРИИ ВОССТАНИЯ

Нарастало национально-освободительное движение в Польше. Польский Центральный национальный комитет готовил восстание, срок которого намечался на весну или лето 1863 года. Русские революционеры на это же время намечали восстание в Центральной России, полагая, что окончание срока, установленного для введения в действие Положения 19 февраля 1861 года, вызовет повсеместные крестьянские волнения.

С начала вольной русской прессы за границей Герцен выступал за свободу и самоопределение Польши. "Мы с Польшей потому, что мы – за Россию. Мы со стороны поляков, потому что мы - русские. Мы хотим независимости Польши, потому что мы хотим свободы России. Мы с поляками, потому что одна цепь сковывает нас обоих".

Такова была позиция издателей "Колокола". В польском вопросе Герцен продолжал традицию русских революционеров, еще недавно, в 1847–1848 годах, развитую Бакуниным. Но если Бакунину в те годы не удалось создать польско-русского революционного союза, то теперь все возможности к этому были налицо. Статьи Герцена в "Колоколе", призывавшие к полному и безусловному освобождению Польши от России и от Германии, к братскому соединению русских и поляков, вызвали поток адресов, покрытых сотнями подписей поляков, приветствующих Герцена. Руководители польского движения начали переговоры с издателями "Колокола" о дальнейших совместных действиях. Среди русских офицеров в частях, стоящих в Польше, началось революционное движение. В конце 1861 года сформировалась тайная революционная организация – Комитет русских офицеров в Польше. 16 июня 1862 года в крепости Модлин были расстреляны русские офицеры Арнгольдт, Сливицкий и унтер-офицер Ростковский. "Три русских мученика умерли за поляков", – писал Герцен.

В начале июля в Лондон явился представитель революционного офицерства – поручик Андрей Потебня. Он привез письмо офицеров издателям "Колокола". "Что нужно делать русским офицерам в Польше, когда начнется восстание?" – спрашивали они. В конце сентября начались переговоры между Герценом, Огаревым, Бакуниным и представителями Центрального польского комитета 3. Падлевским, А. Гиллером и В. Миловичем. Переговоры эти и последующие встречи с теми, кто готовил восстание, еще раз показали, как Бакунин преувеличивал возможности революции в России. […]

Вопрос был решен так, как предлагал Бакунин. В том же номере "Колокола" по его же настоянию был помещен и ответ "Русским офицерам в Польше", спрашивающим еще ранее, что делать им в случае восстания.

"Общий ответ прост – идти под суд, в арестантские роты, быть расстрелянным, как Сливицкий, Арнгольдт и Ростковский, быть поднятым на штыки, как вам грозил ваш дикий кондитьер Хрулев, но не подымать оружия против поляков, против людей, отыскивающих совершенно справедливо свою независимость".

Принципы, провозглашенные Центральным польским комитетом: право всякого народа располагать своей судьбой и право крестьян на землю, – разделялись далеко не всеми как в Польше, так и особенно в среде польской эмиграции. Бакунин был прав, когда писал Лугинину, что "никогда не было до сих пор объявлено поляками публично «право народов распоряжаться собой». В применении к Литве, Украине право, так ясно высказанное в письме Центрального комитета, это огромный шаг, вызвавший против них бурю в большей части польской эмиграции"

Бурю эту раздувал генерал Мерославский. В польском движении он представлял крыло крайнего национализма. Его программа требовала восстановления Польши в границах до 1772 года, то есть с включением в нее украинских, белорусских, литовских земель. Никакого крестьянского движения в самой Польше он не признавал, однако не возражал против крестьянской революции в России, которая могла бы поддержать польское восстание.

Пирумова Н.М. Бакунин. М., 1970. Глава V http://vivovoco.rsl.ru/VV/BOOKS/BAKUNIN/CHAPT05.HTM

ПОЛЬСКОЕ ВОССТАНИЕ И ЕВРОПЕЙСКАЯ ДИПЛОМАТИЯ

Поляки, неизменно терпя поражение в открытых боях с армией, собирали свои силы вновь и вновь, что создавало ложное впечатление об их неодолимости. Протестная троица продолжала нотную кампанию, движение солидарности с повстанцами не затихало. Жонд народовый 10 мая выступил с манифестом, подтвердив в нем, что намерен отторгнуть "от Москвы" литовские, белорусские и украинские земли, некогда входившие в состав Речи Посполитой. Шовинистическое жало еще раз вылезло из программного мешка повстанцев. Горчакову оставалось констатировать: "Мятежники не требуют ни амнистии, ни автономии, ни более или менее широкого представительства. Даже безусловная независимость Царства Польского была бы для них не более чем ступенью для достижения дальнейшей цели - владычество над провинциями, в которых огромное большинство населения – русское, расширение пределов Польши до двух морей".

Охотников воевать ради этого среди их британских доброхотов не находилось. Влиятельная газета "Таймc" отмежевалась от Наполеона: "Мы вместе с Францией втянулись в дипломатическую игру. Но разве интересы Франции и Англии абсолютно идентичны?... Разве Франция не собирается завоевать границу по Рейну?... Разве не в наших интересах, как всегда, поддерживать европейское равновесие?". Явившихся в Лондон эмиссаров Жонда народового в Форин оффис не пустили; они попытались добиться аудиенции у королевы Виктории, за что получили суровую отповедь на страницах газеты "Тайме": "Нам угрожает Варшава, проникшая в Лондон. Эта легко возбудимая раса, которая в истории проявляла себя лишь как гроза и вулкан, нанесла оскорбление Форин оффису, теперь пытается завербовать на свою сторону королеву".

Три европейских посла по инерции протестовали, но демарши становились все более невразумительными по содержанию. А ответы Горчакова становились все тверже. Восстание неожиданно быстро стихло, расправу творили в Польше – Ф.Ф. Берг, в Литве – Н.Н. Муравьев. Горчаков в дипломатической форме предложил протестантам не совать свой нос в российские дела. В конце концов перестал махать кулаками и Наполеон, а его посол в Петербурге в беседе с вице-канцлером сетовал: единственной целью Лондона являлось "рассорить нас с Россией, и этот великий результат достигнут".

Виноградов В.Н. Лорд Пальмерстон в европейской дипломатии // Новая и новейшая история. №5, 2006 http://vivovoco.rsl.ru/VV/JOURNAL/NEWHIST/PALM.HTM

ПЛАНЫ ПРАВИТЕЛЬСТВА И ВОССТАНИЕ В ПОЛЬШЕ

Благоприятная минута наступила с воцарением императора Александра II. Тяжелый режим николаевского времени был тогда смягчен. Польским эмигрантам было разрешено вернуться в Царство; дана амнистия сосланным за мятеж в Сибирь полякам. Одним этим было уже поднято настроение польского общества. Видя начало реформ в России, оно стало ждать и требовать реформ у себя. В польских городах начались политические демонстрации; ношение национального траура, пение патриотических песен, процессии и т. п.

Правительство не было чуждо мысли произвести в Польше преобразования. Руководясь советами польского патриота, маркиза Велиопольского, государь решился дать Царству Польскому самоуправление (1861). Был учрежден государственный совет для Царства из поляков; для местного самоуправления устроены по губерниям советы из выборных от населения; суд, школы и церковные дела предположено было отдать в ведение местных польских "комиссий" (министерств). Во главе всей польской администрации был поставлен сам Велиопольский. Наместником же Царства был назначен великий князь Константин Николаевич, сторонник либеральных преобразований в Польше. Но мысль Велиопольского – спасти порядок в Польше посредством умеренной реформы – совершенно не удалась. Патриоты польские не пошли за ним; они в расчете на уступчивость русского правительства требовали восстановления государственной независимости и старых границ Польши ("короны" и "княжества") до Западной Двины и Днепра и вели дело к открытому мятежу. На жизнь великого князя было сделано покушение; нападениям подвергся и Велиопольский.

Наконец, в январе 1863 г. разразился открытый бунт. В условленный день в разных местах Польши и Литвы банды "повстанцев" напали на русские войска и началась война. Мятежом руководил тайный комитет с именем "ржонда народоваго", т. е. народного правительства. Он держал в страхе всю страну системой террора и казнями лиц, шедших против восстания. Тогда политика Велиопольского была оставлена. Решено было подавить мятеж крутыми мерами. В Царстве Польском это было поручено новому наместнику, графу Бергу, а в Литве – Мих. Никол. Муравьеву. Муравьев быстро справился со своей задачей. С твердостью и беспощадностью, доходившей до жестокости, он преследовал мятежников; с чрезвычайной настойчивостью и последовательностью он защищал русское население своего края от влияния и насилия революционного польского элемента. В полгода он подавил мятеж в своем крае, снискал себе жгучую ненависть поляков и грозную славу среди западнорусского населения, им поднятого и ободренного. В Царстве Польском дело подавления восстания шло медленнее. Но и там к лету 1864 г. был водворен порядок: вожаки движения частью были захвачены, а частью бежали за границу.

Платонов С.Ф. Полный курс лекций по русской истории. СПб., 2000 http://magister.msk.ru/library/history/platonov/plats005.htm#gl22

ХОД СОБЫТИЙ ПОЛЬСКОГО ВОССТАНИЯ

Восстание вспыхнуло повсеместно 10 января. Великий князь, располагавший в Варшавском округе до 90000 войск, не сумел распорядиться ими, приказав очистить целый ряд важных населенных пунктов и стянув все свои силы в несколько больших отрядов. Вся тяжесть борьбы легла сперва на пограничную стражу (всего 3000 чинов), в начале совершенно неподдержанную войсками. Южная и западная границы Варшавского округа были благодаря этому открыты для ввоза оружия (льежских штуцеров) повстанцам. Эти последние, организовав большое количество отрядов в лесах («по лясу»), повели оживленную партизанскую борьбу.

Диктатор Мерославский, прибыв в конце января из Парижа, был через несколько дней разбит у Троячинцев отрядом полковника Шильдер-Шульднераи должен был бежать обратно за границу. Движение возглавил Лангевич, собравший под Сандомиром отряд до 4000 и пытавшийся перенести действия под Кельцы. Однако 12 февраля он был разгромлен под Малочинцами, потеряв 2600 человек (большей частью разбежавшимися). Остатки этого отряда были ликвидированы в конце февраля полковником Ченгеры, и сам Лангевич 9 марта перешел австрийскую границу.

Из оставшихся на левом берегу Вислы отрядов самым значительным был отряд старика Чаховского (бывшего адъютанта Дембинского), свирепого ненавистника «москалей», замучившего башибузукскими пытками попадавших в его руки русских раненых. Собрав до 2000 партизан, Чаховский держался еще 3 месяца, и остатки его разбитого отряда перешли в Австрию лишь 30 мая.

Объявленная повстанцам 31 марта всеобщая амнистия успеха не имела. Левобережная Польша продолжала волноваться – и туда в марте двинуты 10-я пехотная дивизия и отряд 1-й гвардейской дивизии; 2-я гвардейская пехотная дивизия подавляла мятеж в правобережной Польше. На правом берегу, в областях с преобладающим русским населением, восстание успеха не имело. В Литве разбиты отряды Рогинского (5000) и самого возглавителя повстания – Сераковского (3000), причем Сераковский 28 апреля был захвачен. Новый виленский генерал-губернатор М. Н. Муравьев в мае окончательно усмирил Северо-Западный край – его быстрые и решительные мероприятия были поддержаны всем русско-литовским населением. Польские эмигранты и русские революционеры кричали на всю Европу о «зверствах Муравьева». Муравьев казнил лишь террористов, захваченных на месте преступления, либо повстанцев, уличенных в зверстве над русскими ранеными (об этих зверствах поляки и герценовский «Колокол» тщательно умалчивали, хотя для Европы русская кровь никогда никакой ценности не представляла). Муравьевым в Вильне было казнено 40 человек, убивших вдесятеро больше людей, по большей части мирных жителей. […] По усмирении Северо-Западного края из Виленского округа было двинуто в Варшавский еще 2 дивизии (2-я и 8-я пехотные).

К лету в Царстве Польском находилось 163000 сабель и штыков – 14 пехотных и 5 кавалерийских дивизий, приведенных на военное положение ввиду враждебного отношения Западной Европы и Австрии. В апреле-мае происходили дела с перешедшими границу познанскими отрядами, получившими военную подготовку в прусской армии (через галицийскую границу повстанцы получали гораздо [198] меньше помощи — Верхняя Висла строго наблюдалась). Познанские повстанцы были разбиты генералом Костанда. Летом особенное оживление наблюдалось в районе Ивангородском, где оперировал атаман Крук, разбивший 27 июля русский отряд в Жиржинском лесу, но сам разбитый генералом Емановым 12 августа при Фойславицах.

Осенью на место великого князя генерал-губернатором был назначен энергичный граф Берг. Повстанце быстро пошло на убыль. Изверившись в «интервенции», вожди пробирались за границу, их партизаны расходились по домам. Зимой 1863-го на 1864 год стычки происходили все реже и реже. 29 марта 1864 года удалось захватить весь «Ржонд Народовы», что ознаменовало собой конец повстания.

Керсновский А. А. История русской армии // в 4 томах. М., 1992–1994. Т. 2. 1993. http://militera.lib.ru/h/kersnovsky1/10.html

ДЕЙСТВИЯ ПРОТИВ ЛАНГЕВИЧА

Ржонд, узнав, что диктатор [Л. Мерославский] скрылся, решил 8 дней ждать от него известий. Известия оказались печальными, ржонд не знал, что делать; а между тем в это время приобрел известность один из довудцов – Мариан Лангевич.

Лангевич одно время был прусским офицером, а потому имел кое-какую военную подготовку. Ко времени восстания, когда он был назначен революционным начальником Сандомирского воеводства, ему было всего 35 лет. После нападения на Шидловец, когда Лангевич увидел недостатки своей банды, он решился заняться ее организацией и потому ушел 14 января к м. Вонхоцк (близ Суходнева) в густой лес, где собрал и организовал более 3 тысяч человек с 5 пушками. Здесь же у него был типография, посредством которой он действовал на общественное мнение и сделал себе рекламу.

Из Радома 20 января выступил против Лангевича отряд генерал-майора Марка, но действовал неискусно. В Суходневе, для наблюдения за радомским шоссе, стоял авангард Лангевича под начальством сурового 67-летнего старика Чаховского. В 1831 г. он был поручиком кавалерии и адъютантом Дембинского во время его знаменитого похода через Литву. Прекрасный солдат, искусный стрелок, лихой наездник, Чаховский поддерживал железную дисциплину и отличался жестокостью. Он не только задержал русских в Суходневе, но еще ловко устроил там засаду. 22 января генерал-майор Марк занял Вонхоцк, откуда Лангевич заблаговременно отступил в Свентокржижские горы. Марк, потеряв связь, вернулся 24 января в Радом.

[…] Не найдя поддержки в Сандомирском уезде, Лангевич отошел к Малогоще (25 верст к западу от Кельце). На пути к нему присоединились остатки банд Куровского, Франковского и некоторых других, а в самой Малогоще шайка Езиоранского. Отряд Лангевича дошел до 5 тысяч.

Утром 12 февраля Лангевич собрался пить чай. В эту минуту в бричке приехала одна из дам – курьеров, состоявших при Лангевиче, и сообщила, что русские наступают со всех сторон. Повстанцы наскоро приготовились к бою. Действительно, наступали 3 колонны, на этот раз условившиеся о совместных действиях: полковника Ченгеры – с северо-запада, подполковника Добровольского – с востока, майора Голубева – с юга; каждая колонна из 3 рот с кавалерией и артиллерией.

Ген. шт. подполк. Добровольский хотел окончить дело один, а потому в 10 часов утра, не дожидаясь товарищей, открыл артиллерийский огонь с 700 саженей, построил боевой порядок и начал наступление. Польский батальон Гродзинского произвел контратаку, отбитую артиллерийским огнем. Тем не менее, повстанцы Добровольского окружили с трех сторон и если не раздавили его превосходством своих сил, то единственно вследствие отсутствия общего управления боем. Добровольский решил продолжать атаку на центр (вершину) позиции. Как раз в 11 часов подошел Голубев и, не останавливаясь, атаковал Малогощу. Пожар селения и быстрота наступления русских смутили обороняющихся – они бросились бежать. Преследуя бегущих, Голубев пристроился к левому флангу Добровольского. Положение поляков стало критическим. Тогда Езиоранский приказал коннице атаковать, последней удалось остановить преследование, поляки успели выйти из-под перекрестного огня.

В 12 часов подошел Ченгеры и открыл по отступавшим и по упорно сопротивлявшемуся арьергарду Чаховского огонь из батарейных орудий. Позиция его (лесистая гора) взята в 10 минут и орудия захвачены. Преследование за темнотою прекратилось. Потери повстанцев: 300 убитых, 800 раненых, 1500 разбежались; русских – 6 раненых. 14 февраля у д. Евиной Ченгеры захватил обоз поляков – 60 повозок, орудие, 2 фальконета, 4 знамени. Отступив к Пясковой скале, замку графа Мышковского, Лангевич 20 февраля был выбит и оттуда. 22 февраля Лангевич пришел в Гощу, близ австрийской границы. […]

Узнав о намерении русских идти в Гощу из Мехова, Лангевич ушел 28 февраля и 4 марта дошел до Хробежа, близ Пинчова, [699] оттуда ему пришлось поспешно уходить в Грохофиско под настойчивым натиском отрада Ченгеры.

7 марта Лангевич бросился к Влашце, переправился через Ниду и сжег за собою мост. Затем часть повстанцев ушла за Вислу, а другая бросилась к австрийской границе у д. Черняхово, где, под напором преследовавших русских, 9 марта перешла в Галицию и была забрана австрийским отрядом.

Еще ранее Лангевич бросил свои войска, переправился через Вислу (в д. Усцы) в Галицию и был арестован австрийцами. Отсидев в тюрьме в Тарнове и потом в Иглау, Лангевич, по некоторым известиям, перешел на турецкую службу под именем Ибрагим-Бея и был полицмейстером в Константинополе.

Орлов Н.А. Усмирение Польского восстания 1863–1864 гг. // История русской армии, 1812–1864 гг. СПб., 2003 http://militera.lib.ru/h/sb_istoria_russkoy_armii/97.html

ДЕЙСТВИЯ ОТРЯДОВ ЧАХОВСКОГО

Из выдающихся повстанческих действий следует отметить Чаховского. После исчезновения Лангевича у Чаховского осталось не более 270 человек, составивших ядро многочисленной банды, с которой энергичный довудца держался в Радомском отделе почти 3 месяца. Дисциплина была железная, организация отличная – стрелки с бельгийскими штуцерами, косинеры, конница. Небрежность в сторожевой службе жестоко каралась, часто смертью. Спали все с оружием при себе.

24 марта присоединилась банда Кононовича – 546 человек. 25 марта Чаховский, угрожая револьвером, заставил присоединиться Грелинского (450 человек); 3 апреля подошел Лопацкий (250 человек); а потом банда еще усилилась до 2 тысяч.

4 апреля майор Ридигер из Илжи начал преследование Чаховского. Вечером Грелинский под прикрытием темноты ушел от Чаховского и попал между отрядами генерала Ченгеры и полковника Эрнрота. 5-го Грелинский расположил банду на ночлег у д. Брод, а сам уехал за 25 верст с романтическими целями. 6 апреля в его отсутствие банда была разбита, только 100 человек ускользнуло и присоединилось к Чаховскому, который в наказание вооружил их палками. Грелинский бежал и потом попал под революционный суд.

10 апреля в лесу у д. Стефанково на Чаховского напал отряд майора Донец-Хмельницкого. Здесь был убит лучший сподвижник Чаховского, Гржмот (псевдоним русского офицера Доброгосского). Чаховский повесил взятых в плен 4 солдат и командира 6-й роты Полоцкого полка ш.-к. Никифорова (раненного двумя пулями), после продолжительного и жестокого издевательства. Никифоров держал себя с полным достоинством, резко отвечал Чаховскому, когда же его повесили, то вдруг правая рука его со сжатым кулаком поднялась и долго грозила изуверам, что на них произвело сильное впечатление.

Чаховский вешал на каждом ночлеге крестьян, заподозренных в недостатке усердия. Так, 12 апреля было повешено 11 человек.

24 апреля Чаховского настиг подполковник Насекин и начал у д. Ржечнев теснить арьергард. Когда несколько пуль попало в главные силы повстанцев, возникла паника. Ни угрозы, ни гнев старого довудцы, который лично стрелял в беглецов, не помогли: все бросились врассыпную в илженские леса. Из 1400 человек у Чаховского почти ничего не осталось: часть людей продала оружие евреям, однако к 1 мая Чаховскому удалось собрать и устроить значительную банду, только подчиненные ему Янковский и Кононович не хотели быть под его командой, да и между собою ссорились. После дела 2 мая с отрядом полковника Эрнрота в рознишевских лесах, Янковский ушел за Вислу, а Кононович – за Пилицу в Варшавский отдел.

К 13 мая Чаховский едва сформировал банду в 450 человек, с которой 14 мая имел дело в хрусцевском лесу с отрядом полковника Булатовича из Радома. Потери повстанцев оказались значительными. Чаховский ушел в казеницкие леса и здесь узнал, что поблизости стоит Кононович. Немедленно ему было приказано присоединиться, но Кононович отказался в дерзких выражениях. Старик был так возмущен, что поднял свою истомленную банду и двинулся на Кононовича, но последний успел уйти — только передовые конные обменялись выстрелами. 21 мая Эрнрот недалеко от Радома захватил бричку, в которой ехал Кононович с адъютантами. Теперь в Радомском отделе остался только Чаховский. 28 мая для его преследования выступил подполковник Суханин с 3 1/2 рот. и эск.

Чаховский уходил от него без отдыха, 30 мая устроил ему весьма искусно засаду в заводе у д. Новые Заклады и, наконец, был настигнут в лесах у д. Ратай (близ Вонхоцка). Банда рассеялась, сам Чаховский, раненный пулею в руку, уехал в Краков.

[…] Итак, в конце февраля русские всюду одержали решительные успехи, но восстание возгорается вновь. В середине марта второй раз повстанцы всюду разбиты, но как бы новые силы вливаются в восстание, и оно продолжается. Войска были нужны: для борьбы с бандами, занятия важнейших мест, охранения железной дороги, надзора за границею, защиты населения от грабителей, исполнения полицейских обязанностей и даже для надзора за действиями гражданской администрации. Оказалось, войск недостаточно для усмирения мятежа. Поэтому в Варшавский округ были направлены: 2 гвардейских кавалерийских полка с конной батареей (прибыли в феврале 1863 г.), 2-я гвардейская дивизия со стрелковым батальоном (прибыла в марте), 10-я пехотная дивизия со стрелковым батальоном и 7 донских казачьих полков (начали прибывать с марта). Кроме того, по мере усмирения восстания в остальном западном крае были двинуты в Царство 2-я и 8-я пехотные и 3-я кавалерийская дивизии.

Орлов Н. А. Усмирение Польского восстания 1863–1864 гг. // История русской армии, 1812–1864 гг. СПб., 2003 http://militera.lib.ru/h/sb_istoria_russkoy_armii/97.html

ПЕРЕУСТРОЙСТВО ЦАРСТВА ПОЛЬСКОГО

Вслед за усмирением мятежа последовало переустройство Царства Польского. Самое название Царства было отменено. Разделенное заново на 10 губерний, Царство получило наименование Привислинского края. В крае прежде всего была проведена крестьянская реформа на основаниях, близких к "Положениям 19 февраля 1861 года". Крестьяне были наделены землей, и выкуп их земли был произведен немедленно, без "временнообязанных" отношений к помещикам, причем им было даровано самоуправление в сельских гминах (волостях). Устройство крестьянского дела в Польше было возложено на Н. А. Милютина, виднейшего деятеля крестьянской реформы в России, и проведено им с его друзьями и сотрудниками (князем Черкасским, Ю. Самариным и др.). Целью крестьянской реформы в польских губерниях было привязать к России низшие классы польского населения и в них получить опору для русской власти. Другие классы польского общества были лишены самоуправления. В польских губерниях была введена общерусская администрация с делопроизводством на русском языке. Русский язык стал обязательным и в школах. Наконец, последние представители унии в Холмской епархии (тогда Люблинской губернии) были присоединены к православию (1875). […] Таковы были для поляков последствия их неудачного восстания.

В западных губерниях, где коренное население, русское или литовское, подвергалось ополячению и отчасти было увлечено в мятеж, после подавления мятежа началась усиленная работа М. Н. Муравьева над уничтожением польского преобладания. Он хотел достигнуть того, "чтобы не было и малейшего повода опасаться, что край может когда-либо сделаться польским". С этой целью он желал в крае "упрочить и возвысить русскую народность и православие", "поддержать русское духовенство", в администрацию допускать лишь русских людей, создать русскую колонизацию и русское землевладение в крае и всячески устранять из края враждебный Руси польский элемент. Ряд мер, проведенных в этом духе, подорвал силу польского влияния и уничтожил внешние признаки польского преобладания в западных и юго-западных губерниях. Преследование польских помещиков и польского духовенства за прикосновенность к мятежу, гонение на польский язык в школах и публичных местах создали Муравьеву репутацию деспота в тех кругах, которые от него терпели. Но русские деятели, трудившиеся вместе с Муравьевым для русского дела в Западном крае, сохранили глубокое уважение к его патриотизму, уму, твердости и прямоте, с которыми он стремился к обрусению вверенного ему края.

Литература:

Связанные материалы:

0 Комментариев


Яндекс.Метрика