Чистый исторический интернет
более 300 ресурсов с достоверной информацией

Главный исторический

портал страны

Шахтинский процесс

1 января 1927 - 1 января 1927

Судебный процесс в 1928 году в Шахтинском районе Донбасса по обвинению большой группы руководителей и специалистов угольной промышленности из ВСНХ, треста «Донуголь» и шахт во вредительстве и саботаже. Официально называлось «Дело об экономической контрреволюции в Донбассе». Слушания проводились в Москве в Доме Союзов с 18 мая по 6 июля. Обвиняемым вменялась в вину не только вредительская деятельность, но и создание подпольной организации, установление конспиративной связи с московскими вредителями и с зарубежными антисоветскими центрами. По результатам расследования Генеральной прокуратуры РФ в 2000 году, все осуждённые по делу были реабилитированы за отсутствием состава преступления.

ПОИСК ВИНОВАТЫХ

Несмотря на несомненные достижения в экономике, уровень жизни населения СССР оставался очень низким. К началу 1929 г. во всех городах СССР была введена карточная система. Отпуск населению хлеба по карточкам был начат с городов хлебородной Украины. В марте 1929 г. эта мера коснулась и Москвы. За хлебом последовало нормированное распределение и других дефицитных продуктов: сахара, мяса, масла, чая и т. д. К середине 1931 г. были введены карточки на промышленные товары, а в 1932-1933 гг. даже на картофель. Место торговли занимало отоваривание по так называемым "заборным документам" и ордерам через закрытые распределители, рабочие кооперативы и отделы рабочего снабжения.

В этих условиях широкие размеры приобрело воровство. Нарком снабжения Микоян весной 1932 г. признавал: "Воруют все вплоть до коммунистов. Коммунисту легче воровать, чем другому. Он забро-нирован партбилетом, на него меньше подозрений". По словам Микояна, проверка хлебных магазинов в Москве показала, что воруют по 12 вагонов в день.

Многочисленные перекосы в экономике, которые не могло выправить даже ударничество, подрывавшееся формализмом, показухой и вступавшее в противоречие с плановой экономикой, явственно обозначилось уже на рубеже 20-30-х гг. Наряду с заявлениями Сталина о том, что враждебность империалистических государств нарастает и неизбежно приведет к войне, экономические проблемы подталкивали к поиску виновных в технических дефектах, авариях на шахтах и в других отраслях народного хозяйства.

Враждебность Запада и его готовность вмешиваться во внутренние дела страны должно было продемонстрировать первое крупное дело "Об экономической контрреволюции в Донбассе". Весной 1928 г. советская пресса сообщила о разоблачении "крупной вредительской организации" в Шахтинском районе Донбасса. На скамье подсудимых по проходившему с 18 мая по 5 июля 1928 г. "Шахтинскому делу" оказались 53 человека (в том числе и несколько граждан Германии), работавшие на угледобывающих предприятиях. Большинство из них представляли старую техническую интеллигенцию. Инженеров обвиняли в заговоре, инспирированном из-за границы.

Государственное обвинение поддерживал Н. В. Крыленко, выделивший "три формы вредительства": неправильную постановку эксплуатации шахт, порчу машин и оборудования, неправильный выбор места для новых разработок угля, в результате чего себестоимость угля якобы была высокой, а качество – низким. "Шахтинцам" вменялась в вину не только "вредительская" деятельность, но и создание подпольной организации, поддерживавшей связи с "московскими вредителями" и с зарубежными антисоветскими центрами. Подсудимые обвинялись в том, что они должны были преднамеренно нарушать производственный процесс, устраивать взрывы и пожары на фабриках, электростанциях и шахтах, портить системы вентиляции в шахтах, тратить деньги на ненужное оборудование, всячески ухудшать условия жизни рабочих.

Объективные условия первых лет индустриализации СССР, такие как использование труда неквалифицированных и неграмотных рабочих, отсутствие у ряда руководителей технического образования и т. д., действительно приводили к крупным авариям, порче оборудования, взрывам. Однако о целенаправленной, преднамеренной вредительской политике, якобы проводимой буржуазными специалистами, объединенными в некую преступную группу, не могло быть и речи. Тем не менее приговор Специального присутствия Верховного Суда Союза ССР под председательством А. Я. Вышинского был суров: 11 человек приговаривались к высшей мере наказания, остальные подсудимые получали различные сроки лишения свободы. Только несколько человек, включая германских граждан, были помилованы. Шестерым осужденным к высшей мере наказания Президиум ЦИК СССР заменил расстрел 10 годами тюрьмы со строгой изоляцией, с последующим поражением в правах на 5 лет и конфискацией всего имущества. Однако 5 человек: инженеры Н. Н. Горлецкий, Н. К. Кржижановский, А. Я. Юсевич, Н. А. Бояринов и служащий С. 3. Будный – 9 июля 1928 г. были расстреляны.

На первом показательном процессе сталинской эпохи лишь 10 из 53 подсудимых полностью признались во всех предъявленных им обвинениях. Пять человек признались частично. Остальные отстаивали свою невиновность и отвергали все обвинения.

Не успел закончиться суд над "Шахтинцами", как на июльском пленуме ЦК ВКП(б) 1928 г. Сталин выдвинул свой печально известный тезис о том, что "по мере нашего продвижения вперед сопротивление капиталистических элементов будет возрастать, классовая борьба будет обостряться".

И.С. Ратьковский, М.В. Ходяков. История Советской России

http://www.bibliotekar.ru/sovetskaya-rossiya/49.htm

РЕАБИЛИТАЦИЯ СПУСТЯ 72 ГОДА

Как сообщил сегодня старший прокурор отдела Генпрокуратуры по реабилитации жертв политических репрессий Юрий Седов, осужденные были обвинены в создании "вредительских групп в ряде рудоуправлений Донбасса, правлении треста "Донуголь" и в правлении ВСНХ СССР". В обвинении утверждалось, что ряд специалистов и руководителей горнорудных предприятий вступили в сговор с их бывшими владельцами с целью нанесения вреда советскому хозяйству. При этом следствие "оперировало фактами аварий и затоплений на шахтах, а также антисоветских высказываний ряда лиц".

В ходе пересмотра дела в этом году были получены неопровержимые материалы о том, что случаи плачевного состояния шахт объяснялись, прежде всего, тяжелым экономическим положением угледобывающей промышленности Донбасса в послереволюционные годы и всеобщей разрухой. По словам Юрия Седова, действительно, ряд бывших руководителей и специалистов "не верили в эффективность советского хозяйства и иногда выражали свое мнение". Однако говорить об устойчивых группах нельзя.

Одним из доказательств по делу стала переписка ряда специалистов с бывшим владельцем одной из шахт Дворжанчиком. Однако речь шла о намерении Дворжанчика взять шахты в концессию. Такую возможность предусматривал декрет председателя СНК Ленина и управляющего делами СНК Бонч-Бруевича от 23 ноября 1920 года, когда в концессию предполагалось передать 72 предприятия Донбасса.

Генпрокуратура реабилитировала участников "Шахтинского дела”

http://www.newsru.com/russia/05dec2000/reabilitation.html

СТАЛИН О “ШАХТИНЦАХ”

Нельзя считать случайностью так называемое шахтинское дело. “Шахтинцы” сидят теперь во всех отраслях нашей промышленности. Многие из них выловлены, но далеко еще не все выловлены. Вредительство буржуазной интеллигенции есть одна из самых опасных форм сопротивления против развивающегося социализма. Вредительство тем более опасно, что оно связано с международным капиталом. Буржуазное вредительство есть несомненный показатель того, что капиталистические элементы далеко еще не сложили оружия, что они накопляют силы для новых выступлений против Советской власти.

И.В. Сталин. Речь на пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б) в апреле 1929 г.

http://litrus.net/book/read/97779?p=4

РОЛЬ ПАРТИЙНЫХ ОРГАНОВ В ФАБРИКАЦИИ “ШАХТИНСКОГО ДЕЛА”

Первые аресты прошли 13-14 июня 1927 г. После допросов задержания продолжались до начала 1928 г. Всего ОГПУ арестовало 53 специалиста. По мнению следователей, в Шахтах сложилась достаточно масштабная сеть вредителей, включавшая группы в ряде рудоуправлений Донбасса, правлении треста "Донуголь" и в ВСНХ СССР. Заметим, что некоторые члены Политбюро ЦК ВКП(б) выражали сомнения в существовании такой организации. Так, в записке М.П. Томскому К.Е. Ворошилов писал 2 февраля 1928 г.: "Миша, скажи откровенно, не вляпаемся мы при открытии суда в "Шахтинском деле"? Нет ли перегиба в этом деле местных работников, в частности краевого ОГПУ?" На что Томский ответил: "По шахтинскому и вообще по угольному делу такой опасности нет. Это картина ясная. Главные персонажи в сознании. Мое отношение таково, что не мешало бы еще полдюжины коммунистов посадить".

9 февраля 1928 г. заместитель председателя ОГПУ Г.Г. Ягода доложил председателю СНК А.И. Рыкову о раскрытии мощной контрреволюционной организации, орудовавшей в течение ряда лет в шахтоуправлениях Шахтинского района и в "Донугле". Он рассказал, что ее деятельность направлялась и велась на средства Польши и Германии и что в зарубежных банках на имя главных персонажей открыты счета со значительными суммами как вознаграждение за контрреволюционную деятельность в СССР. В докладе указывались фамилии следующих немецких специалистов: Майер, Отто, Вегнер от фирмы AEG, Геслер от фирмы F, Вадштибер от фирмы Кнаппа.

Предваряя решения судебных органов, итоги "Шахтинского дела" рассмотрел объединенный пленум ЦК и ЦКК ВКП(б). В принятой единогласно 11 апреля резолюции по докладу А.И. Рыкова "Шахтинское дело и практические задачи в деле борьбы с недостатками хозяйственного строительства" указывалось, что "дело приобрело явно общесоюзное значение, так как вскрыло новые формы и новые методы борьбы буржуазной контрреволюции против пролетарского государства, против социалистической индустриализации". 17 апреля в связи с завершением следствия Комиссия по "Шахтинскому делу" была ликвидирована.

Развивая решения пленума, генеральный секретарь ЦК КП(б) Украины Л.М. Каганович 26 апреля писал И.В. Сталину: "Резолюция совершенно и абсолютно правильная, но сейчас необходимо провести такую реорганизацию не только структуры, но и самой работы хозяйственных учреждений, которая бы обеспечила нас от повторения подобных историй. В частности, мне кажется, необходимо усилить роль ГПУ примерно так, чтобы в крупных трестах были бы крупные работники, уполномоченные ГПУ, как вроде транспортных органов ГПУ. Эту реорганизацию надо провести под наблюдением и непосредственным руководством руководящих работников ЦК и ЦКК, иначе, я боюсь, как бы у нас на деле в смысле структуры и методов работы не осталось по-старому".

В этом письме отразилось взаимовлияние на политические решения партийных органов и органов госбезопасности. Стоило Сталину сделать выводы "о новых формах работы контрреволюции", как тут же органы ОГПУ находили этому подтверждение. Вместе с тем Сталин не сделал бы таких выводов без докладных записок на его имя со стороны органов госбезопасности о контрреволюционной деятельности в СССР до прочтения этих материалов.

17 мая 1928 г. Политбюро одобрило тактику поведения защитников по "Шахтинскому делу". Г.Г. Ягоде и Н.В. Крыленко поручалось провести их инструктаж и доложить комиссии. Артемовскому округу Донбасса Политбюро разрешило выставить еще двух общественных обвинителей, предварительно переговорив с ними.

Более чем за два месяца до завершения следствия и начала суда развернулась пропагандистская подготовка показательного процесса. В передовых статьях "Правды" и "Известий", в выступлении Сталина на собрании партактива Москвы существование "контрреволюционной организации", "тайной группы" "буржуазных спецов" преподносилось как доказанный факт. Эти выступления воспринимались в качестве директивы.

Заседания специального судебного присутствия Верховного суда СССР по "Шахтинскому делу" проходили в Колонном зале Дома Союзов с 18 мая по 6 июля 1928 г. под председательством А.Я. Вышинского. Кроме государственных обвинителей (Н.В. Крыленко и Рогинский), в них принимали участие 42 общественных обвинителя. Подсудимых защищали 15 адвокатов. В зале присутствовали делегации трудящихся. Процесс сопровождался демонстрациями с лозунгами, требовавшими сурового наказания преступников. На суде некоторые из подсудимых признали вину полностью, другие - только часть обвинений, третьи - их отвергли. Суд оправдал четверых из 53 подсудимых, четверым определил меры наказания условно. Девять человек приговорил к заключению на срок от одного до трех лет. Большинство обвиняемых были осуждены на длительное заключение от четырех до десяти лет, одиннадцать человек приговорены к расстрелу (пять из них расстреляли, а шестерым ЦИК СССР смягчил меру наказания).

В связи с "успешным" окончанием дела А.А. Андреев, Г.К. Орджоникидзе и А.И. Микоян ходатайствовали перед Политбюро о награждении полномочного представителя ОГПУ Е.Г. Евдокимова и начальника экономического отдела Северо-Кавказского управления К.И. Зонова орденом Красного Знамени. Затем список был расширен до 15 человек. Президиум ЦИК СССР 11 января 1929 г. предложение о награждении отклонил. По-видимому, это было связано с огрехами в следствии, выявленными на суде. Виновность обвиняемых вызывала сомнение, в том числе у некоторых специалистов. Так, инженер "Коксобензола" Борис Сысоев покончил жизнь самоубийством 9 июня 1928 г. из-за того, что некто Ротайчик обозвал его контрреволюционером, шахтинцем и "хотел отдать под суд". В предсмертном письме он написал: "Я знаю, что при желании можно обвинить и невинного - сейчас момент такой. Я не хочу позора, не хочу безвинно страдать и оправдываться, предпочитаю смерть позору и страданиям. Я безгранично страдаю за будущее, неужели дело Ленина погубят? Судить меня - это рубить тот последний сук, на котором все держится..." Это письмо В.Я. Чубарь 29 июня переслал Сталину. Последний попросил разослать его членам и кандидатам в члены Политбюро.

Тем не менее цель была достигнута. Летом 1928 г. на пленуме ЦК ВКП(б) генсек Сталин впервые изложил тезис об обострении классовой борьбы по мере строительства социализма. Затем последовали подобные процессы почти во всех отраслях промышленности, которые никого уже особенно не удивляли. Страх укоренился в советском обществе. Понятия "шахтинец", "вредитель" стали нарицательными и широко бытовали как в идеологии, так и в обычной жизни.

О.Б. Мозохин. "Замешанных немцев арестовать… Англичан не трогать". Документы Архива Президента Российской Федерации о роли Политбюро ЦК ВКП(б) в организации "Шахтинского дела". 1928 г.

Литература:

Связанные материалы:

0 Комментариев


Яндекс.Метрика