Чистый исторический интернет
более 300 ресурсов с достоверной информацией

Главный исторический

портал страны

Материалы "Сталинградская битва" Российское военно-историческое общество

Создание и деятельность Главного управления контрразведки «СМЕРШ»

Скачать

А.А. Зданович

Создание и деятельность
Главного управления контрразведки «СМЕРШ»

(Доклад на заседании Научного совета
Российского военно-исторического общества)

Еще осенью 1942 г., стремясь усилить обеспечение безопасности Красной армии, члены ГКО поручили наркомату внутренних дел, а конкретно Управлению особых отделов, более четко и однозначно формулировать задачи органов военной контрразведки. Во исполнение данного поручения во второй половине октября 1942 г. за подписью Л.П. Берия в ГКО был представлен пакет документов, включавший проект постановления Государственного Комитета Обороны, справку о штатной численности особых отделов НКВД СССР; список начальников отделов фронтов, армий, военных округов, флотов и флотилий. В проекте упомянутого выше постановления ГКО были прописаны задачи военной контрразведки, вытекающие из складывающейся обстановки. В пункте втором проекта предусматривалось, в частности, обязанность начальников особых отделов своевременно информировать командование обо всех имеющихся материалах на командно-начальствующий и рядовой состав, а также о выявленных недостатках.

По неизвестным причинам предполагавшееся постановление ГКО не состоялось, однако разработанный план лег в основу тех радикальных решений, которые были приняты уже весной 1943 г.

Победа в Сталинградской битве вселила в войска, прежде всего в командный состав, уверенность в возможности наращивания наступательных действий. Оснований к этому виделось вполне достаточно. Однако, реальность оказалась иной. Харьковская наступательная операция, предпринята в феврале 1943г. Воронежским фронтом и 6-й армией Юго-Западного фронта, развивалась успешно. Сломив сопротивление противника, советские войска освободили Курск, Белгород, а затем и Харьков. Но фронтовое командование допустило ошибки в оценке обстановки. Ставка ВГК, не обладая полными данными, не поправила решение командующих на продолжение наступления, темпы которого резко замедлились. Исчерпав свои возможности и не имея резервов, армии Воронежского фронта вынуждены были перейти к обороне, а затем вновь оставить Харьков, Белгород и другие населенные пункты. К 25 марта 1943 г. наши войска отошли на 100-150 км.

Ошибки, допущенные командованием фронтов, коренились в том числе и в недостатках работы разведывательных органов, в искаженной информации, поступавшей в Ставку ВГК о состоянии наступающих войск, способности их закрепить достигнутые успехи. Эти обстоятельства подтолкнули Верховного Главнокомандующего и других членов ГКО принять необходимые организационно-кадровые решения, направленные на исправление положения.

Документы однозначно свидетельствуют, что никаких предложений об изменении положения органов военной контрразведки до конца марта 1943 г. в адрес ГКО и от самих членов Государственного Комитета Обороны не поступало. Более того, не начальник Управления особых дел НКВД СССР, а первый заместитель наркома В.Н. Меркулов в конце марта собрал в Москве первое за период с начала Великой Отечественной войны совещание руководителей особых отделов фронтов и некоторых армий.

На совещании ставился вопрос об усилении деятельности военной контрразведки по решению основной задачи и укреплении ее связи в практической работе с территориальными органами госбезопасности и внутренних дел. С основным докладом выступил не комиссар госбезопасности 2 ранга В.С. Абакумов (что было бы логично), а его подчиненный — начальник Особого отдела Западного фронта Л.Ф. Цанава, бывший нарком госбезопасности Белорусской ССР, близкий соратник Меркулова и члена ГКО, наркома внутренних дел СССР Берия. Оратор почти не упомянул о такой функции военной контрразведки, как информирование командования о вскрываемых недостатках в войсках. Другие выступающие не просто обратили на это внимание, но и высказались за усиление значения информационной работы, однако, не нашли открытой поддержки руководства. Лишь отдельные замечания Акабумова могут свидетельствовать о его стремлении сохранить известный баланс между контрразведывательной и информационной работой.

Следует отметить, что в марте 1943г. за исключением нескольких первых дней Берия не был на приеме в кабинете Верховного Главнокомандующего И.В. Сталина. И лишь 31 марта мы видим его фамилию в списке. Характерно, что одновременно с ним по времени на совещании присутствовали члены ГКО В.М. Молотов, Г.М. Маленков, а также заместитель начальника Генштаба по организационным вопросам генерал-лейтенант Ф.Е. Боков, начальник Главного разведывательного управления генерал-лейтенант И.И. Ильичев, заместитель наркома обороны — начальник Главного политического управления РККА генерал-полковник А.С. Щербаков, первый заместитель наркома внутренних дел комиссар госбезопасности 1 ранга Меркулов и впервые приглашенный в кабинет главы государства начальник Управления особых дел НКВД СССР, комиссар госбезопасности Абакумов. Состав участников не оставляет сомнений, что обсуждались важные вопросы в области разведки, контрразведки и правоохранительной деятельности.

Во исполнение указаний Сталина, поддержанных другими членами ГКО, Меркулов уже 2 и 4 апреля 1943г. представил в ГКО различные варианты структурных преобразований, в которых не предполагалось выделение органов военной контрразведки из состава будущего НКГБ. Однако, председатель ГКО вернул документы на доработку с тем, чтобы предусматривалась передача системы особых отделов в НКО с подчинением лично ему как наркому. Новые проекты документов были представлены Сталину 14 апреля и в тот же день рассмотрены на заседании Политбюро ЦК ВКП(б).

Принятые решения были формализованы в виде постановления ЦК ВКП(б) «Об организации народного комиссариата» и соответствующего Указа Президиума Верховного Совета СССР. Что касается Управления особых отделов СССР как одного из структурных подразделений наркомата внутренних дел, то достаточным было принятие постановления Совнаркома. Это документ за №415-138 сс был подписан председателем СНК СССР Сталиным через несколько дней — 19 апреля 1943 г. В постановлении указывалось следующее: «1.Управление особых отделов НКВД СССР изъять из ведения НКВД СССР и передать народному комиссариату обороны, реорганизовав его Главное управление контрразведки НКО «Смерть шпионам…»

Далее в постановлении перечислялись задачи органов военной контрразведки. Текстуально и по приоритетности они несколько отличались от того, что было изложено в проекте постановления ГКО, разработанного в НКВД СССР 15 октября 1942 г. (о нем говорилось выше). Естественно, что борьба со шпионской, диверсионной, террористической и иной подрывной деятельностью иностранных разведок осталась на первом месте. Выявление и пресечение активности антисоветских элементов, изменнических намерений и действий, а также борьба с дезертирством и членовредительством остались в качестве задач. Исходя из личных указаний Верховного Главнокомандующего, некоторые задачи были детализированы фактически до уровня конкретных мероприятий, как то: «принятие агентурно-оперативных и иных (через командование) мер к созданию на фронтах условий, исключающих возможность безнаказанного прохода агентуры противника через линию фронта, с тем, чтобы сделать линию фронта непроницаемой для шпионских и антисоветских элементов».

В такой постановке данный вопрос будет присутствовать практически во всех указаниях ГУКР НКО «Смерш», фронтовых и армейских аппаратов по обеспечению безопасности войск в оборонительных операциях. Важно подчеркнуть, что в постановлениях СНК СССР изложен исчерпывающий перечень задач для органов военной контрразведки: «Установить, что органы «Смерш» освобождаются от проведения всякой другой работы, не связанной непосредственно с задачами». Вместе с тем, в постановлении зафиксирована возможность наркома обороны давать специальные задания аппаратам военной контрразведки.

В развитие юридического акта Совнаркома уже через два дня, 21 апреля 1943г., члены ГКО приняли постановление №3222 «Об утверждении положения о Главном управлении контрразведки НКО («Смерш») и его органах на местах». Само Положение утвердил лично Сталин. Принципиальным новшеством стало то, что начальник ГУКР НКО «Смерш» становился «заместителем народного комиссара обороны», подчинялся непосредственно наркому и «выполнял только его распоряжения». Таким образом, Сталин становился основным обладателем информации, добываемой органами военной контрразведки.

Заинтересованность председателя ГКО в скорейшем проведении реорганизации военной контрразведки видна из документов, сохранившихся в архиве ФСБ России. Так, Сталин лично корректировал «Положение о ГУКР НКО «Смерш», рассматривал проекты штатов Главного управления и подчиненных ему органов фронтового, военно-окружного и армейского звена, причем в ряде случаев изменял штатное расписание в сторону увеличения численности сотрудников. Все это относилось и к системе школ и курсов по подготовке личного состава.

Сталин согласился со всеми предложениями вновь назначенного начальника ГУКР НКО «Смерш» Абакумова. Эти предложения касались как построения структуры военной контрразведки (включая и сам Главк), так и сосредоточения в едином центре ряда направлений оперативной работы. В частности, нарком обороны утвердил создание аппарата помощников начальника ГУКР НКО «Смерш», каждый из которых курировал 2-3 фронтовых аппарата. Сделано это было по образцу Генерального штаба РККА, где уже функционировали аналогичные структуры в виде соответствующих направлений. Помощники начальника Главка с подчиненными им группами опытным оперативных работников являлись контрольно-инспекторскими и аналитическими аппаратами, призванными обеспечить главу ГУКР НКО «Смерш», а через него членов — ГКО, начальника Генерального штаба, других руководителей наркома обороны и командующих родами войск информацией по вопросам, отнесенным к компетенции военной контрразведки.

Кроме аппарата помощников начальника Главка в ГУКР НКО «Смерш» создавались функциональные отделы. Так, во исполнение личного указания Сталина, был организован отдел, отвечающий за проведение радиоигр с разведцентрами противника. В этот отдел передавались все те сотрудники НКГБ СССР, кто ранее вел такого рода работу. Таким образом, с апреля 1943 г. все радиоигры проводились только органами военной контрразведки. Исключение составила лишь трехэтапная операция «Монастырь - «Курьеры» - Березино», которая длительное время велась 4-м Управлением НКГБ СССР. Проявлением усиления наступательности в действиях военной контрразведки явилось создание 4-го (позднее 3-го) отдела. Согласно текста Положения о ГУКР НКО «Смерш», этому отделу поручалась «контрразведывательная работа на стороне противника в целях выявления каналов проникновения агентуры противника в части и учреждения Красной армии».

Следует отметить и тот факт, что практически одновременно с реорганизацией органов внутренних дел и госбезопасности, а также органов военной контрразведки, на основании приказа наркома обороны №0071 от 19 апреля 1943 г. была трансформирована и система военной разведки. Из состава Главного разведывательного управления Красной армии выделялось Разведывательное управление Генерального штаба КА.

На данное управление возлагалось руководство войсковой агентурной разведкой и армий, а также дезинформация противника относительно замыслов и планов командования. При начальнике Генштаба указанным выше приказом создавалась группа командиров во главе с генерал-полковником Ф.И. Голиковым с задачей обобщения и анализа всех данных о противнике, поступающих от всех органов разведки партизанских штабов и от Главного управления контрразведки «Смерш». В свою очередь Главку поручалось усилить работу по обеспечению безопасных условий функционирования военной разведки, систематически информировать РУ ГШ КА о причинах провалов его агентов, фактах внедрения противником своих источников в агентурную сеть нашей разведки и т.д.

ГУКР НКО «Смерш» наладило и деловое взаимодействие с Главным управлением наркомата внутренних дел по охране тыла действующей армии, созданным на основании приказа НКВД СССР №00792 от 4 мая 1943 г.

После подготовки и утверждения организационно-кадровых документов председатель ГКО Сталин поручил Абакумову принять действенные меры по активизации агентурно-оперативной работы и ликвидации выявившихся в ходе войны недостатков в деятельности следственных подразделений. На основании полученных указаний ГУКР НКО «Смерш» издало необходимые директивы для подчиненных органов, а позднее направило на места инспекционные группы для проверки реализации полученных из Москвы установок.

В апреле 1943 г. от НКГБ СССР в ГУКР НКО «Смерш» было передано контрразведывательное обеспечение штабов партизанского движения, включая и Центральный, а также партизанских отрядов и соединений.

Здесь следует отметить, что через несколько месяцев после указанного выше решения, на основании информации Главного управления военной контрразведки о серьезных недостатках в некоторых штабах, руководство страны посчитало излишним дислоцирование в Москве республиканских штабов партизанского движения, а в середине января 1944г. ГКО постановил ликвидировать Центральный штаб. Здесь также не обошлось без информации ГУКР НКО «Смерш».

В положение о ГУКР НКО «Смерш», как уже отмечалось, содержалось указание на то, что Главк и его подчиненные органы выполняют, помимо своих прямых обязанностей, конкретные поручения наркома обороны. На протяжении 1943-1945 гг. Сталин не раз использовал свое право. Так, в феврале 1944 г. военные контрразведчики проверяли информацию о серьезных недостатках в комплектовании гвардейских частей и по результатам проверки доложили председателю ГКО. В первой половине 1944 г. ГУКР НКО «Смерш», основываясь на решении ГКО о дополнительном изыскании людских ресурсов для фронта, провел негласную проверку в Приволжском военном округе. На основе полученных данных туда была направлена специальная комиссия НКО, подтвердившая содержание сверх штата более 2000 человек, годных к службе в боевых частях. На основании данных, изложенных в докладной записке в ГКО о грубых нарушениях руководством Главупроформа приказов наркома обороны и ряда решений Государственного Комитета обороны, была назначена комиссия ЦК ВКП(б) с участием сотрудников ГУКР НКО «Смерш», подтвердившая все приведенные чекистами факты. По итогам работы комиссии начальник Главупроформа, его первый заместитель и более десяти ответственных исполнительный лишились своих должностей.

Ряд комиссий ГКО выезжали на фронты для перепроверки доложенной контрразведчиками информации о недостатках в деятельности высшего командного состава фронтового или армейского звена. К примеру, на Калининском фронте в мае 1943 г. работала комиссия ГКО во главе с генерал-полковником А.С. Щербаковым. Основанием для поездки явились данные ГУКР НКО «Смерш» о неудовлетворительном состоянии тыла фронта, изъянах в снабжении войск. В выводах комиссии нашли свое подтверждение большинство данных, полученных от военных контрразведчиков. В постановлении ГКО, принятом по докладу председателя комиссии, командующий фронтом генерал-полковник Н.А. Пуркаев был освобожден от занимаемой должности, начальник тыла фронта отдан под суд военного трибунала.

Еще одна комиссия ГКО разбиралась весной 1944 г. с ситуацией на Западном фронте. Дважды, 14 и 29 февраля 1944 г., начальник ГУКР «Смерш» Абакумов докладывал председателю ГКО Сталину об обстановке на Западном фронте и, в частности, о «необеспеченности руководства боевыми операциями и издевательствах над командирами со стороны командующего 33-й армией генерал-полковника В. Гордова».

Изложенные в докладной записке сведения наложились на ранее имевшиеся у Сталина свидетельства о серьезных ошибках в деятельности Гордова, за что последний был снят в 1942 г. с должности командующего Сталинградским фронтом. Тогда, как и позднее, Гордов проявлял личное мужество, но как военачальник не отличался обдуманными решениями. Имелись претензии и к командующему Западным фронтом генералу армии В.Д. Соколовскому. Он в этот период не обеспечил решение поставленных перед фронтом задач: в ходе предпринятого наступления удалось продвинуться лишь на один-полтора километра, потеряв при этом убитыми 5858 и ранеными 17478 человек.

Об этом и многом другом, что происходило на Западном фронте, Абакумов доложил в ГКО в конце марта 1944 г. Для проверки приведенных начальником ГУКР «Смерш» данных приказом Ставки ВГК была создана специальная комиссия в составе: Г.М. Маленкова (член ГКО), начальника Главного политуправления КА генерал-полковника А.С. Щербакова, начальника Оперативного управления Генштаба генерал-полковника С.М. Штеменко и начальников Главного разведывательного управления КА И.И. Ильичева и Разведупра Генштаба генерал-полковника Ф.Ф. Кузнецова. Результаты работы комиссии подтвердили то, что ранее сообщал в ГКО ГУКР «Смерш».

Выяснилось, что для получения дополнительных войск, боеприпасов и т.д. командование фронта принудило начальника разведотдела увеличить в докладных записках количество немецких дивизий перед линией Западного фронта на пятнадцать. Только за февраль 1944 г. Западный фронт израсходовал 1300 вагонов боеприпасов и не имел желаемого результата (для сравнения: 2-й Украинский фронт израсходовал 370, а 1-й Украинский — 566 вагонов, выполнив поставленные задачи). При этом Западный фронт понес значительные потери. Общее количество потерь указывалось выше, но следует отметить, что свыше 50% составили потери 33-й армии генерала Гордова.

Своим постановлением №5606 от 12 апреля 1944 г. ГКО одобрил доклад комиссии и на этой основе Ставка ВГК издала свой приказ №220076 от 12 апреля 1944, в соответствии с которым Соколовский был снят с должности командующего фронтом, а другие генералы, включая и Гордова, строго предупреждены.

По указанию ГКО и Ставки ВГК оперативные группы ГУКР НКО «Смерш», возглавляемые помощниками начальника Главка, по нескольку раз выезжали на те участки советско-германского фронта, где намечались крупные операции. Эти группы обеспечивали координацию усилий аппаратов контрразведки ряда фронтов, оказывали им действенную практическую помощь, обеспечивали поступление в Москву более точной и всесторонней информации. Так, по итогам работы оперативных групп ГУКР НКО «Смерш» перед началом Белорусской стратегической наступательной операции в ГКО была представлена информация об активизации немецкой агентурной разведки именно в предполагаемой полосе действий 1-го, 2-го и 3-го Белорусских фронтов, что могло свидетельствовать о наличии у противника неких сведений о подготовке наступления советских войск.

Копия данного сообщения адресовалась и начальнику Генерального штаба для учета при выработке конкретных директив фронтовому командованию.

ГУКР НКО «Смерш» постоянно наращивало поток информации в ГКО. Архивные документы, сохранившиеся в ЦА ФСБ России, показывают, что в зависимости от существа информации, копии докладных записок направлялись (в ряде случаях по личному указанию И.В. Сталина) в адрес заместителя председателя ГКО В.М. Молотова, членов ГКО — Л.П. Берия, Г.М. Маленкова, А.И. Микояна, а также начальнику Генерального штаба, руководителям Главного политического управления РККА, начальнику ГРУ ГШ, командующим родами войск. На основе докладных записок и спецсообщений принимались постановления ГКО, издавались приказы наркома обороны и его заместителей, директивы и указания начальника Генерального штаба и т.д.

За период с 19 апреля 1943 г. (т.е. со дня образования ГУКР НКО «Смерш») и до 13 мая 1945 г. только членам ГКО было направлено 727 докладных записок.

Анализ этих документов позволяет определить их направленность. Так, наибольшее количество докладов относилось к отчетам о проделанной работе по основным контрразведывательным направлениям (разоблачению агентуры противника, внедрению в его разведывательно-диверсионные органы, проведению и итогам радиоигр, оперативной работе по иностранным военным формированиям в СССР, задержанию разыскивавшихся нацистских преступников и т.д.). Такого рода информация составляла более 60% докладных записок. Еще около 30% — относилось к недостаткам в боевой готовности войск, фактам очковтирательства со стороны командующих фронтами и армиями, грубым нарушениям ими правил скрытого управления войсками, расследованию крупных чрезвычайных происшествий, сопряженных с гибелью большого количества личного состава и материальных средств и т.д.

Из изложенного видно, что система органов военной контрразведки СССР как накануне, так и в ходе войны претерпела серьезные изменения, которые не могли не сказаться на эффективности ее функционирования. Причем, и это следует отметить особо, передача армейской и флотской контрразведки в состав наркомата обороны не дала положительного эффекта — не хватило времени на ее успешное завершение. Первый месяц войны показал необходимость концентрации всех структур, обеспечивающих государственную и общественную безопасность. На переломном этапе войны руководством страны было принято абсолютно оправданное решение о включении военной контрразведки в структуру военного ведомства. Однако, при этом нельзя забывать, что сам Наркомат обороны СССР возглавлял Верховный Главнокомандующий и председатель Государственного Комитета Обороны Сталин, которому и был непосредственно подчинен начальник Главного управления контрразведки «Смерш» Абакумов. Это позволяло военным чекистам напрямую информировать главу государства, как о деятельности по подавлению активности спецслужб противника, так и по вопросам состояния боеготовности войск, а также выполнять личные поручения Сталина по самым разнообразным вопросам. Независимый от других органов госбезопасности источник информации помогал Верховному Главнокомандующему, ГКО и Ставке ВГК в выработке взвешенных решений, в том числе и стратегического уровня.

Всю войну военные контрразведчики работали в тесном контакте со своими коллегами из НКГБ и НКВД, разведорганами РККА. При возникновении некоторых противоречий между спецслужбами, которые были неизбежны в сложнейшей обстановке войны, урегулированием конкретных проблем занимался ГКО, а именно И.В. Сталин и Л.П. Берия - заместитель председателя ГКО.


Об авторе:
Зданович Александр Александрович — доктор исторических наук, профессор.

 

 

0 Комментариев


Яндекс.Метрика