Чистый исторический интернет
более 300 ресурсов с достоверной информацией

Главный исторический

портал страны

Автор: Леонид Крутаков
18 ноября 2016

Арест Улюкаева и резоны путинского НЭПа

Сверхновая история

Арест министра экономического развития России Алексея Улюкаева вызвал такой шквал публикаций по горячим следам, всплыло столько версий (от репрессий 1937-го до выборов 2018-го), прошлись по такому количеству персоналий (Навальный, Сечин, Ходорковский, Путин, Немцов), – что иначе, как истерикой это назвать сложно.

А с другой стороны, ничего удивительного: не каждый день арестовывают федерального министра. Сегодня на слуху другая тема: как изменится экономическая политика России после ареста Улюкаева и изменится ли?

Все решения приняты заранее

Обсуждаются фамилия потенциальных кандидатов на освободившееся кресло. По теме высказываются различные эксперты и аналитики. Спектр эмоций вновь диаметрально противоположный. От «всё пропало» (убирают лучших), до «наконец-то» (пора сбросить ярмо либералов-рыночников).

Понятно, что в любой власти (хоть тиранической, хоть демократической, хоть в Буркина-Фасо, хоть в милом сердцу Лондоне) существуют кланы, группы интересов, лоббисты и протагонисты. Понятно, что под властным ковром постоянно идут схватки. Понятно, что любое ЧП с высокопоставленным чиновником влияет на «подковёрный» расклад сил или явялется его следствием.

Однако точно так же понятно, что «подковёрные» силы в частности и власть в целом не заинтересованы в публичности этой борьбы. Публичность нарушает равновесие сил и дестабилизирует власть. Для того, чтобы власть пошла на такую дестабилизацию, нужны веские причины. В этой части многочисленные комментаторы министерского ареста правы, но причины, называемые в качестве веских, ничего кроме недоумения не вызывают.

С Улюкаевым ситуация ещё сложнее. Его не просто взяли с поличным, а оперативно сопровождали почти в течение года. Вывод из этой ситуации напрашивается простой: арест министра – не причина грядущих изменений во властной колоде, а следствие изменившихся подходов, в том числе и к экономической политике. Фамилия преемника Улюкаева, конечно, что-то будет значить, но сама по себе она ничего не изменит в уже сформированных подходах.

Когда скандал на пользу: дело Ходорковского

Приводимая в СМИ аналогия между арестом Улюкаева и Ходорковского, пожалуй, точнее всего отражает суть перемен. Власть хорошо понимала все политические риски ареста Ходорковского, однако, пошла на этот шаг. Последствия известны: структурообразующий бизнес усвоил, что вести переговоры с внешними контрагентами без внутриполитического одобрения нельзя. А путать себя с государством – вообще недопустимо и опасно.

Хорошо это или плохо – не суть данного разговора. Важно, что последствия и причины нынешнего ареста тоже были изначально осознаны властью. Кроме того в стране резко выросли налоговые платежи. Вопрос в том, что на этот раз заставило власть пожертвовать стабильностью, и ради чего.

Когда скандал огорчителен: «дело Сердюкова»

Как учил сингапурский классик борьбы с коррупцией Ли Куан Ю, начинать надо с посадки трёх своих друзей. И в этом смысле арест Улюкаева ближе всего даже на аресту Ходорковского, а к «делу Сердюкова». Опять же, речь не о посадках недрузей и о непосадках друзей. Речь о последствиях и обстоятельствах, которые вынуждают власть идти на огласку внутриэлитных проблем, несмотря на скандал. А скандал вокруг «дела Сердюкова» нанёс власти гораздо больше ущерба, чем арест Улюкаева.

Когда в Крыму мир неожиданно увидел хорошо экипированных российских военнослужащих или когда «Калибры» из акватории Каспийского моря нанесли удар по террористам в Сирии, – кто-нибудь задумался, откуда всё это появилось? При всем уважении к Сергею Шойгу за два года министерской работы, современную крылатую ракету или танк нового поколения не создашь.

Анатолия Сердюкова ставили на министерство именно для контроля за целевым использованием закрытых статей бюджета по проектному финансированию новых разработок. И в целом – для жестокого организационного переформатирования армии. Нужен был свой человек, не имеющий к тому же в реформируемой среде однокурсников, сослуживцев и собутыльников. И Сердюков таки проконтролировал, судя по каспийскому залпу.

А подвела бывшего министра излишняя деловитость. В подсобном хозяйстве Минобороны оказалось столько заброшенных объектов (к вопросу о реформируемой среде), что грех было предприимчивому человеку этим не воспользоваться. Воспользовался – за что и поплатился публично и со скандалом. А мог бы сегодня быть главным героем военных хроник.

Резоны новой экономической политики

В случае с арестом Улюкаева надо думать не о «подковёрных» раскладах, а о причинах, которые заставили Кремль пойти на публичную порку Белого дома. Первое, что приходит в голову, это исчерпанность государственных средств. Одно дело делить  доходы от массовой приватизации – сколько ни откати, всё равно все в прибыли, потому что предъявленная стоимость на несколько порядков ниже реальной. И совсем другое – деньги считанные.

Большая приватизация, родом откуда весь экономической блок, изначально строилась на коррупционном формате. Капитализация российских активов происходила на мировом фондовом рынке (в долларовой зоне). Пенки с процесса снимали там, а здесь местным элитам позволялось до поры ни в чем себе не отказывать. Это самое «до поры» заканчивалось ровно в тот момент, когда приходили серьёзные инвесторы. И чем больше себе местные элиты ни в чем не отказывали, тем дешевле дядям доставались активы.

Сегодня России доступ на западный финансовый рынок закрыт. Все инвестиционноемкие инфраструктурные проекты последнего времени связаны с восточными партнёрами, прежде всего, с Индией и Китаем. В Китае, например, своих коррупционеров расстреливает, и отдавать деньги на проекты, от которых зависит его энергетическое будущее, без понимания, как эти деньги будут расходоваться, Пекин вряд ли согласится.

В любом случае, когда работаешь на вывод денег, всякие условия хороши, а когда принимаешь деньги, приходится бить людям по рукам. И тут никакого значения не имеют прошлые заслуги этих людей или их политические убеждения. После «дела Сердюкова» никто не писал про демотивацию армии, а после ареста полковника Захарченко – про демотивацию правоохранительных органов.

***

В многочисленных комментариях по поводу ареста Улюкаева пока преобладают эмоции. Понять можно. Комментарий – это всегда внутренняя позиция, отделить которую от внутренних убеждений не всегда получается.

Однако не понимать происходящих сегодня в мире перемен – значит расписываться в собственной профнепригодности. А делать вид, что не понимаешь, – значит подтасовывать действительность под свои убеждения. Что тут хрен, а что редька, разберешься не сразу… 

0 Комментариев


Яндекс.Метрика